— И-и… каким образом он связан со мной и с этой комнатой.
— Мы всего лишь прорабатываем все варианты и предположения. И данный дом — не единственное место, в котором мы сейчас проводим тщательные обыски. Он весьма сильный представитель нашей расы. У нас даже имеются подозрения, что он один из последователей ордена Древних Созидателей, но, увы, выяснить это сейчас не представляется возможным. До того, естественно, момента, пока мы его не найдём.
— А вы можете его не найти?
— Подобные, как Лиан Ар-Ториан хамелеоны весьма мимикричны и способны сливаться с любой окружающей их средой, где бы то ни было. Выследить их бывает крайне сложно, но вполне допустимо. Найти его в каком-нибудь конкретном месте, конечно, нереально, а вот обнаружить оставленные им там следы…
— Думаете, он мог здесь побывать и даже наследить?
— Это мы как раз сейчас и выясняем.
— Ну-у… а я-то чем могу вам помочь? Я с ним говорила всего несколько минут и в присутствии своих владельцев. Едва ли я скажу вам что-то новое.
— Как я уже говорил, — следователь в этот раз не просто посмотрел на рамку своего полиграфа, но и провёл ею над моей головой, как каким-нибудь миноискателем. — Мы ищем любые зацепки и оставленные им следы, в том числе и ментальные. Если он успел вчера как-то воздействовать на ваше сознание и мозг, мы должны это выяснить и воспользоваться полученными данными в соответствии со следственным уставом.
— Он сам меня вчера расспрашивал про каких-то энергетических паразитов. Думаете, он мог оставить или как-то прицепить ко мне своего?
— Вполне вероятно. Но ещё не факт. Если он действительно относится древнейшей расе ар-сереанцев, у нас может возникнуть ряд непредвиденных сложностей. Но, поскольку вы всего лишь человек… — следователь наконец-то убрал от меня свой чудо-полиграф, и я, почти с облегчением, поняла, что он так ничего на мне (или во мне) не обнаружил. — Определить его воздействие на ваш мозг будет проще всего.
— Но что такого он мог со мной сделать, и как бы это выявилось впоследствии?
— Управлять людьми, как марионетками, через ментальное воздействие — самая простейшая для нас практика. Вот и включите своё воображение по данному поводу. Так что, считайте, вам сказочно повезло, поскольку он не успел инфицировать ваш мозг, как, видимо, планировал до вчерашнего нападения на «Селесту».
— А что ему мешает это сделать позже?
Ар-сереанский следователь почему-то вначале обернулся, будто проверяя работу других ищеек в моей комнате, а уже потом снова посмотрел на меня, решив всё-таки ответить на мой очередной вопрос, а заодно проигнорировать тот факт, насколько странным, на деле, выглядел весь его «допрос».
— Мы пока не обнаружили его следов в самом доме, так что… Вполне вероятно, что он выбрал иное место, где сейчас скрывается. Но, если вдруг вы что-то почувствуете необычное, у вас появятся странные провалы памяти, очень вас прошу. Поставьте об этом в известность своих владельцев. Они и сами будут проводить с вами профилактические процедуры время от времени, но, повторяю. Не всегда легко вычислить очень древних и крайне опытных в ментальном воздействии ар-серейцев. Поэтому, постарайтесь прислушиваться к своим ощущениям более внимательней.
— Хорошо. Просто… я очень плохо знакома с жизнью за пределами интерната и поэтому не знаю всех ваших инопланетных тонкостей. Но, постараюсь отныне выполнять наставления своих владельцев более ответственно.
Надеюсь, мои слова прозвучали не слишком… пафосно? Или на худой конец, иронично.
Хотя, судя по выражению непрошибаемого лица следователя, ему явно было плевать — говорила ли я искренне или же просто пыталась сказать ему то, что он и ожидал от меня услышать.
— В таком случае, у меня всё, мисс Сандерс. И постарайтесь не выходить из своих комнат, пока мы не закончим поиски во всём доме.
— Мы за этим проследим. — поспешно вставил свои пять центов Велдор.
— Прекрасно. Тогда можете пока вдохнуть спокойно. Ваша подопечная чиста. Но, если вас не удовлетворяют наши тесты, вы всегда можете проверить её в Центре Ментальных Анализов более основательно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Мы доверяем вашим методам, ир Мандрий. И пока не видим особых причин в них сомневаться.
Я так и продолжала сидеть за трапезным столиком, вплоть до того момента, пока из моей комнаты не ушли все эти странные «люди», при этом не испытывая ни раздражение, ни какого-либо волнения на их счёт. Как будто наблюдала со стороны за очень странным спектаклем. А когда они наконец-то исчезли за закрывшимися дверями…
«Умница, Алана. Ты невероятно способная девочка. Уже не терпится вознаградить тебя за это…» — в моей голове очень чётко и ясно проговорил голос Лиана.
Я даже с перепугу уставилась в спину Имани, которая в это время крутилась у гардеробной, недовольно бурча об учинённых незваными гостями беспорядках, почему-то решив, что она тоже могла расслышать голос Лиана-Ноэла. Но девушка, как говорится, и ухом не повела. Правда, легче мне всё равно не стало, если вспомнить о напичканном внеземными ищейками доме. Хотя беспокоиться об Ином, который использовал меня все эти годы не пойми как и зачем, заблокировав о нём впоследствии воспоминания, тоже было как-то странно.
Я и сейчас не могла определиться со своими чувствами. И, откровенно говоря, они были очень странные. Во-первых, меня тянуло к нему, прямо в эти самые мгновения, ещё и на трезвую голову, отчасти из любопытства, отчасти из-за испытываемых по этому поводу необъяснимых ощущений. Во-вторых, мне действительно казалось, будто я его знаю. И не просто знаю, а нас связывает очень многое. Как связывает далеко не чужих друг другу людей. Пусть я и думала упрямо всё это время о том, что он мне никто. И, возможно, все эти эмоции ненастоящие. Может он специально мне их навязал, как и несуществующие воспоминания? Он же Иной! Ещё и из какой-то древнейшей расы иных? Что стоит подобному существу играться с более слабым человеческим разумом? Ровным счётом ничего!
— И часто происходят… подобные террористические акты? — я всё же решила воспользоваться моментом, задав вопрос Имани до того, как ей, возможно, захочется вызвать сюда для уборки более низших по рангу служанок.
— В национальных новостях о них не распространяются. Только о самых крупных, если таковые успели стать достоянием общественности. Но, думаю, вы и сами должны понимать, кем именно выставляются в этих новостях все подпольные повстанцы. И разговаривать о них, кстати, особенно в домах Высших — запретная тема.
— Похоже… я вообще не в курсе, что творится в нашем мире, и во что он успел превратиться за последние двенадцать лет.
— Поэтому вас и растят в интернатах, подальше от современной цивилизации, чтобы вы были наименее адаптированы к этому миру. Чем меньше вы о нём знаете, тем удобнее вас использовать. Всё просто. Никакой высшей математики. Но, даже несмотря на это, вы умудрились поставить в тупик многих Иных. В том числе и меня.
— Это плохо? — я задала свой очередной вопрос глядя в глаза Имани, когда та наконец-то отошла от гардеробной, выбрав мне на сегодня очередное лёгкое платье из жёлто-зелёного ситца с незамысловатыми белыми шлёпанцами. И, как всегда без нижнего белья. Похоже, игрушкам Иных неглиже не положено по их же особому статусу.
— Смотря, с какой стороны посмотреть. Высшие не из тех существ, кто использует земных девушек для каких-то иных целей. И чем больше вы станете их о чём-то расспрашивать или заводить с ними долгие беседы, тем меньше им это будет в вас нравиться, а то и вовсе начнёт вызывать некоторое подозрение.
— Но я же действительно ничего не знаю ни о них, ни об этом мире! Это естественная реакция и желание! Что в этом такого преступного? Людям всем свойственно испытывать любопытство, как и узнавать что-то новое. Я же пока ещё живой человек.
— Да, пока ещё. Но воспитанный для конкретных целей. Только без обид, мисс Сандерс. Но едва ли вы сможете добиться подобным поведением хоть чего-то. Будет лучше (и не только для вас), если вы примите свою участь, как должное и перестанете искать себе неприятностей на стороне. Многим девушкам вашего поколения, живущим в мегаполисах или в пригородных резервациях, куда тяжелее, чем вам. Большинство из них даже читать не умеет, и они бы многое отдали за то, чтобы поменяться с вами местами, даже если им будет это стоит здоровья.
