являлся подходом, который видел дальше сухой буквы закона, пытаясь охватить более широкие общественные и культурные силы. Молодой Кригер был лучшим представителем нацистской разновидности реализма. Его интерпретация Америки – один из наиболее впечатляющих примеров нацистских трудов в реалистическом ключе.
Труд Кригера, интерпретирующий американское законодательство, начинается с его статьи в «George Washington Law Review» о законах об индейцах. Это исследование правового реалиста, целью которого было определить основные общественные ценности и устои, способные объяснить то, почему в США появляются противоречивые расистские законы подобного рода. Молодой нацистский юрист, воспользовавшись годом исследований в юридической библиотеке университета Арканзаса в Файетвиле, представил тщательный и подробный обзор истории американского законодательства об индейцах, чтобы показать непоследовательность американского формального права. Кригер утверждал, что есть лишь один способ постичь резкие противоречия американских законов об индейцах: следовало просто понимать его как разновидность расового законодательства, основанного на непризнанном убеждении, что индейцы отличаются от других рас и потому должны подчиняться отдельному законодательному режиму[371]. Статья производит крайне неприятное впечатление в свете нацистской истории: установление отдельного законодательного/расового режима для евреев, естественно, являлось центральной идеей Нюрнбергских законов, а американское отношение к индейцам позднее использовалось как прецедент для германских завоеваний на Востоке. Какой ужас все мы должны ощущать, узнав, что Ганс Франк говорил о евреях Украины в 1942 году как об «индейцах»[372]! Но, хотя интерпретация Кригера и может выглядеть зловеще, она была вовсе не глупа: нет ничего странного в том, что в американском законодательстве, касающемся индейцев, был обнаружен расизм.
«Расовое законодательство в Соединенных Штатах» – еще один труд Кригера, который нельзя назвать пустым или глупым. Эта книга, хотя и наполненная омерзительными нацистскими суждениями, свидетельствует о серьезном изучении вопроса и глубоком проникновении в суть американских законов. Генрих Кригер был своего рода нацистским Гуннаром Мирдалем, и его книга заслуживает сегодня хотя бы частичного перевода. В ней он изложил историю американского законодательства на богато описанном социально-экономическом фоне. Книга во многом способна удивить сегодняшнего читателя – хотя бы потому, что героями Кригера стали Томас Джефферсон и Абрахам Линкольн. «Расовое законодательство в Соединенных Штатах» – юридическое дополнение к нацистской мировой истории, которая приписывает отцам-основателям создание «сильнейшего примера для арийской борьбы за мировое господство»; по сути, это героическая интерпретация американской истории как долгой и трудной борьбы против смешения рас, возглавленной величайшими президентами Америки.
Джефферсон уже упоминался в работе Кригера 1934 года, где главное место отводилось его заявлению, сделанному в 1821 году, о невозможности сосуществования различных рас: «Несомненно, две одинаково свободные расы не могут жить в одном государстве»[373]. «Расовое законодательство в Соединенных Штатах» содержит описание эпохи Гражданской войны, которое включает точную и подробную информацию о заявлениях Линкольна, сделанных до 1863 года. Суть этих заявлений сводится к тому, что единственной настоящей надеждой для будущего Америки является переселение чернокожих в другое место[374]. В Германии Нюрнбергских законов подобные материалы выглядели крайне полезно: нацистская политика в отношении немецких евреев сходным образом сводилась к тому, что их следует изгнать из Рейха. Для Кригера Линкольн был достойным примером государственного деятеля, на которого он уважительно ссылался, утверждая, что Америка могла установить у себя по-настоящему здоровый, основанный на расе порядок, если бы Линкольна, мудро осознававшего, что разные расы не могут населять одну и ту же страну, не убили[375]. Злодеями для Кригера были радикальные республиканцы, и его окончательный диагноз, поставленный Америке в 1930-е годы, являлся еще одним примером нацистского правового реализма. Радикальные республиканцы навязали Америке крайне формальную юриспруденцию Четырнадцатой поправки, основанную на абстрактной концепции равенства, чуждого всему опыту человечества и определенно чуждого базовому расистскому мировоззрению населения Америки. В результате американское законодательство разрывалось между двумя «формирующими силами» – формалистическим либеральным эгалитаризмом и реалистическим расизмом[376]. Оставалось надеяться, что реалистический расизм в конечном счете победит.
Естественно, это крайне неприятное прочтение истории американского законодательства, но как на Севере, так и на Юге хватало американцев, веривших в то время в нечто подобное[377]. Более того, книга Кригера опирается на триста пятьдесят страниц подробного разбора американского статутного и прецедентного права, который сопровождается статистическими и качественными исследованиями американского общества; она полна теоретических рассуждений и проницательных наблюдений на тему того, как работает американский законодательный расизм. Возможно, не слишком приятно говорить о «первоклассной нацистской науке», но именно ее олицетворяло «Расовое законодательство в Соединенных Штатах» Кригера. Кригер был лишь одним из многих прекрасных ученых, чей дар не препятствовал им быть сторонниками нацизма.
Стенограмма собрания от июня 1934 года демонстрирует влиятельность взглядов молодого Кригера. «Материал», который цитировал Гюртнер, вероятно, был взят из исследования, включенного в другую статью Кригера, также называвшуюся «Расовое законодательство в Соединенных Штатах», опубликованную в середине 1934 года в специализированном журнале по административному праву «Verwaltungsarchiv» и впоследствии неоднократно цитировавшуюся нацистскими политиками[378]. Эта статья представляет собой краткое изложение того, что было известно о законах США в Германии к лету 1934 года. Кригер описывал своим читателям жесткий характер американских законов против смешения рас начала 1930-х:
Попытка вступить в незаконный смешанный брак практически всегда имеет своими последствиями как признание его недействительным, так и уголовное наказание для вступивших в брак подобного рода. Что касается первого из этих последствий, законы используют следующие термины, как в отдельности, так и в сочетаниях: ничтожный, незаконный, недействительный, полностью ничтожный. Пределы гражданской недействительности определяются по-разному, но результатом всегда являются незаконность брака и невозможность потомства унаследовать правильную расу.
Нарушения подобных брачных запретов грозят как штрафами, так и тюремным заключением. Законы, предусматривающие оба вида наказания, иногда разрешают применять и то и другое сразу, иногда по отдельности. Соответственным образом различается степень правонарушения, к примеру, оно считается наименее опасным в Неваде, средней тяжести в Теннесси и тяжелым позорящим преступлением в Мэриленде, соответственно – различны и меры наказания.
В нескольких штатах может применяться тюремное заключение на срок до десяти лет, в других же максимальный срок составляет всего шесть месяцев.
В ряде штатов (Миссури, Индиана) закон в явном виде использует понятие преднамеренного правонарушения, основанное на признании распространенного невежества по поводу расового происхождения тех или иных людей[379].
Вероятно, именно эти строки, или некая их версия, лежали перед Гюртнером во время собрания 5 июня.
Статья Кригера также подчеркивала свободный и «не слишком четко определенный юридически» подход американского законодательства, размышляя над тем фактом, что американские законы удовлетворялись разделением общества на две во многом произвольные категории «белых» и «цветных». Как и Фрайслер, Кригер особо отмечал, что в данной концепции нет ничего научного: обе эти категории являлись результатом
