— А ты?
— А я буду к тебе приезжать.
— Разве мы не можем жить вместе?
— Когда все закончится, мы обязательно будем жить вместе.
— А это долго?
— Думаю, что нет.
Макс нежно коснулся губами моих волос, подул тихонечко, выдыхая теплый воздух, и закрыл глаза.
Грудь его равномерно вздымалась. Уснул, поняла я.
А мне спать не хочется. В эти часы я привыкла работать. Но это теперь в прошлом. С завтрашнего дня начинается новая жизнь. Собственно, она уже началась. Спокойная, счастливая жизнь. Вскоре мы с Максом поженимся. Я буду ему хорошей, верной женой. И дети у нас тоже будут. Первым родится мальчик. На подбородке у него будет ямочка — такая же, как у Макса. И волосы будут такими же густыми, и глаза такими же веселыми. А потом — девочка. Моя маленькая дочка. Уж ей-то не придется зарабатывать на жизнь, торгуя собой. Мы с Максом сделаем все, чтобы наши дети выросли счастливыми. Сначала я буду заниматься с ними сама, потом найду хорошую школу. Что еще? Музыка, теннис, английский — стандартный, но необходимый набор. Престижный вуз, хорошая работа. Лучше всего — за границей…
Ой, что это я замечталась? Может, пойти освежиться? Душно у Таньки. Окно она попросила не открывать — стекло на соплях держится, вылететь может в любой момент. Мастера вызывать — дорого. Хотя из моих ежемесячных «взносов» вполне могла бы выкроить сотенку-друтую на ремонт.
Бестолковая она!
Накинув на голое тело халат, я босиком пошлепала в ванную. Ванная у Таньки находилась рядом с кухней. Из-под двери пробивалась узкая полосочка света — там кто-то был.
— Да я это, я, — долетел до меня приглушенный голос Толика.
С кем это он? Ага, шнур телефонный. В Ригу, наверное, звонит. Клянется жене в верности.
Нет… С женой так не разговаривают. Уж больно тон деловой. Это в половине-то пятого утра?
Прижавшись к стенке, я затаила дыхание и прислушалась.
— Да, деньги уже у меня, — докладывал кому-то Толик. — Правда, я рассчитывал на большую сумму, но, перевернув вверх дном весь дом, ничего не нашел. Не понимаю, куда этот урод смог их спрятать? Я точно знаю, что деньги у него.
«Вот так так… — подумала я, плотнее приникая ухом к двери. — А Толик не такой простачок, каким старается казаться. Он переживает из-за каких-то денег… Из-за каких?»
— Не бери в голову, — продолжал Танькин ухажер, — у меня железное алиби. Бабы сами ничего не поняли. Представляю, как они испугались, увидев такой сюрприз. Но в общем-то все прошло без лишних осложнений. Правда, с деньгами неувязочка вышла. Ну да ладно, хоть какая-то сумма наскреблась. Получается, что я все-таки не зазря человека на тот свет отправил. Ну, до связи!
Я метнулась в кухню и, не включая света, затаилась у раковины, схватив со стола пустой стакан.
«Жажда замучила», — вертелась на языке глупая фраза. Дверь ванной едва слышно скрипнула. Неужели конец?
Удаляющиеся шаги прозвучали для меня как торжественный марш. Ликование труб, звон литавр — «Прощание славянки» да и только. Даже жалко, что, кроме меня, этой радостной какофонии не слышал никто из присутствующих в квартире.
Постояв немного, скорее для порядка, я прошла в ванную, сняла халат и встала под душ. Прохладные струи смыли с меня остатки оцепенения.
Голова заработала с удвоенной силой. «Получается, что я все-таки не зря человека на тот свет отправил…» С ума сойти: Толик — убийца. А с виду тихий такой. «Бабы сами ничего не поняли…». Какие бабы? Может, мы с Танькой? «Представляю, как они испугались, увидев такой сюрприз…» Когда в Танькину квартиру ввалился Драный, мы действительно испугались. Все сходится. Драного убил Толик. Нет… Он не мог его убить. Они же братья. Пусть не родные, двоюродные, но все равно братья. Сколько здесь было слез, сколько воспоминаний… Из одной рогатки стреляли, одну сигарету делили на двоих — ах, ах! Слезы-то как раз и настораживают. Не верю я картинно ревущим мужикам. Хотя… Нет, не знаю, не берусь судить. Утречком шепну потихоньку Таньке, чтобы была поосторожнее. Впрочем, говорить ей что-либо сейчас бесполезно. Влюблена, дурочка, в очередной раз влюблена. А значит, грудью встанет на защиту своего ненаглядного хахаля, будь он трижды проклят.
Что еще? Деньги. «Деньги уже у меня…» Рассчитывал он на большую сумму, но и эта его вполне устраивает. Тысяча рублей — уже сумма, но Толик, судя по всему, заполучил гораздо больше. Интересно, сколько? Вернемся-ка, кстати, еще разочек к этой фразе: «Деньги уже у меня». Переводим с русского на русский: они здесь. Остается только найти их.
Закрутив кран, я поспешно вытерлась стареньким полотенцем, до неприличия протертым на концах, натянула на влажное тело халат и вышла из ванной. Пиджак Толика висел на вешалке. Чтобы не быть застигнутой на месте преступления, я сняла его и унесла в комнату. Пиджак был тяжелый, почти как пальто. Наводит на мысли, однако.
Проверим, проверим, что у нас там…
Во внутреннем кармане лежал большой сверток.
Сквозь полупрозрачный целлофан, перетянутая тонкой резинкой посередине, на меня укоризненно смотрела знакомая физиономия американского президента. Так и есть, деньги. Доллары. Много долларов. Тысяч, наверное, двадцать или двадцать пять. Да, ровно двадцать пять. Сумма и в самом деле приличная. Но чтобы из-за нее убивать?
— Макс, — позвала я своего друга.
Макс, не открывая глаз, повернулся на другой бок.
Оставив деньги на столе, я отнесла пиджак на место.
— Макс, проснись, пожалуйста!
Я ласково потрепала Макса за ухо.
— А? Что? — Макс привстал и сонно посмотрел на меня, — Ленка, ты что не спишь?
— Не спится…
— А я вот наоборот… Даже не помню, как отключился…
Макс потянулся, сел рядом со мной и усиленно потер глаза. Затем посмотрел на пакет и с интересом спросил:
— Лен, а что это за пакет?
— Скажи, Максим, сколько денег ты еще должен? — задала встречный вопрос я.
— Какое это имеет значение?
— Большое. Это имеет большое значение не только для тебя, но и для меня.
— Всего каких-то двадцать пять тысяч баксов.
Остальное я уже погасил.
«Ну, Толик, ну, удружил, — возликовала я. — Получается, что теперь мы с Максом будем вместе!»
Не говоря ни слова, я протянула Максу пакет.
— Что это? — спросил он.
— Это деньги.
— Какие еще деньги?
— Те самые, в которых ты так нуждаешься! В пакете ровно двадцать пять тысяч долларов. Утром погасишь свой долг и переедешь жить ко мне. Это же так здорово! Просыпаясь по утрам, мы будем завтракать вместе, а вечером ложиться в одну постель. Пройдет какое-то время, и я подарю тебе очаровательного малыша. Он будет похож на тебя, ведь ты очень красивый! Я буду любить его еще больше, чем тебя. Из меня получится хорошая мать. Жизнь, настоящая жизнь, для нас только начинается, Макс. Мне хочется все начать с чистого листа, будто бы и не было ничего в прошлом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
