Столица Риилморского государства располагалась прямо внутри огромного железного скелета квадратной конструкции. Фантом никогда не замечал за собой особой впечатлительности - по крайней мере того себя, которого помнил - но и ему становилось не по себе, стоило поднять голову вверх. Дома, мастерские, цеха и целые кварталы, висели на каркасе, словно ульи. Снизу Нешер напоминал шипящую и дышащую нечистотами многоголовую химеру. В промежутках незанятого воздушного пространства курсировали фрегты и когги, а намного выше них, едва ли не под облаками, вальяжно скользили эспары.
-- Я знаю все названия, но не знаю откуда, - вслух подумал он, но ни девушка, ни наемник не обратили внимания на его слова.
Нижняя часть Нешера была отдана на откуп беднякам: содержимое ночных горшков выливали прямо на улицу, здесь же, на жидкой поросли травы, пасли домашнюю птицу. Попрошайки лезли под ноги и хватали за руки со звериной яростью, но быстро отлипали, стоило Дору показать свой клинок. Фантом насчитал всего два квартала, когда Аккали заметно качнуло. Ноги девушки подкосились и, не окажись наемник рядом, она оказалась бы в куче навоза. Дору похлопал ее по щекам, выругался и посмотрел на Фантома.
-- Если не найдем гостиницу, придется нести неженку на руках.
Не успели стихнуть его слова, как рядом, словно по волшебству, оказался чумазый человек, чей возраст и даже пол тяжело было угадать за мешковатой одежей и толстым слоем грязи на лице.
-- Добрые господа ищут гостиницу? - он гнул спину и покорно смотрел снизу вверх, словно привыкшая к палке собака. При этом, старательно обходил взглядом Фантома, наверняка испуганный его внушительным ростом и комплекцией.
-- У добрых господ нет денег заплатить тебе, - отбрил Фантом.
-- Если добрые господа остановятся в гостинице, в которую я их приведу, то хозяйка даст мне хлеба. - Нищий - голос выдал в нем юношу - сглотнул слюну и с собачьей же покорностью уставился на Фантома. На один взгляд ушел весь нищенский запас его храбрости.
"Не будь он так голоден - обошел бы нас десятой дорогой. А если мы откажем - еще и удавиться у нас на глазах".
-- Узнаю старую добрую Риилмору, - проворчал Дору, - за горсть крошек можно поиметь шлюху, а за миску каши она будет сладострастно стонать, даже если с нее будут сдирать шкуру.
Архата, которая к тому времени пришла в себя, окинула нищего мутным взглядом, после посмотрела на ковыляющую мимо одноногую старуху и зажала рот ладонью.
-- Я не останусь тут ни одной лишней минуты, - сказала она сквозь рвотные позывы.
-- Придется, - "успокоил" наемник, - или у тебя есть деньги, чтобы нанять когг? Если нет, то мне очень интересно, как ты собираешься попасть туда, - его палец указал вверх.
-- Я чистокровная ар... - вспылила она, но присутствие нищего заставило оставить фразу незаконченной.
-- Ну так что, добрые господа? - продолжал скулить юноша. - Я отведу, тут недалеко.
-- Веди, - согласился Фантом.
"Чем мы заплатим за комнату?"
О том, чтобы брать две он даже не думал - слишком большая роскошь для тех, чьи карманы богаты разве что паутиной.
-- Если она, - Дору кивнул на девушку, - даст хозяину потискать себя минуту-другую, он вам еще и доплатит за постой.
-- Не хозяину - хозяйке, - мальчишка шмыгнул носом, окинул девушку взглядом и, стараясь выглядеть знатоком, произнес: - Говорят, в молодости старуха была падка на хорошеньких девушек, но теперь в ее пальцах не хватит силы потискать даже вымя козы.
Мальчишка торопливо вел их путаными улицами. Грязи здесь было много, а шлюх - еще больше, чем грязи. Нищих же - втрое больше и того, и другого. Продажных девок брали там же, где они себя предлагали. За следующим поворотом Фантом увидел, как мужик, спустив нужду в шлюху с подбитым глазом, швырнул ей позеленевший от плесени сухарь. Аккали снова зашаталась, но на этот раз устояла. Дору, глядя на муки архаты, только посмеивался.
Вскоре, когда Фантом начал подозревать, что мальчишка ведет их в западню, они оказались около кособокого здания с крышей, покрытой толстым слоем птичьего дерьма. Когда-то стены украшала красивая фреска - Фантом различил части фигур воинов, копье, объятое пламенем и, почему-то сохранившийся лучше всех, рисунок трех голубых цветов. Последний, однако, выглядел на общем фоне чужеродно. Вывеска болталась на единственной из трех некогда целых цепей, и время старательно размазало написанное на ней название. Большая часть стен стала пристанищем красного плюща, чьи сморщенные ягоды как раз собирала старуха с металлической пластиной на лице. Она осмотрела всех четверых и, прокашлявшись, обратилась к мальчишке:
-- Зачем ты приволок их в мою гостиницу?
-- Они ищут ночлег, - со старухой юноша не расшаркивался, хотя и держался нарочито смирно.
-- Этот, - она кивнула на Фантома, - наверняка головорез, иначе с чего бы ему морду прятать.
-- Я приехал в Сотню наниматься, - сказал Фантом первое, что пришло на ум. Сотня, похоже, была у всех на слуху, и вранье могло сойти за правду.
Старуха пожевала губами, а потом посмотрела на Дору, спросив:
-- Ты тоже, что ли, в Сотню наниматься будешь?
-- Буду, - ответил он смешливо, - еще и этому накостыляю.
Его бравада вызвала у старухи кашляющий полу-смех, полу-лай. Она оценила содержимое своей корзинки - ягод в ней было едва ли на треть, но остальные висели слишком высоко. Старуха еще раз оценила рост Фантома, подошла к нему и, всучив корзину, сказала:
-- Наполнишь ее доверху - считай, за тобой кровать. - И, не дав ему опомниться, посмотрела на девушку: - Ты с которым? - Старуха хотела поближе рассмотреть ее лицо, но Аккали отступила Фантому за спину.
-- Она моя сестра, - снова соврал Фантом.
-- Сестра, как же, - не поверила старуха, но спорить не стала. - На одну ночь вас, так и быть, пущу, только кормить не буду - больно вы упитанные, чтобы на вас харч переводить. А ты заплатишь, - ткнула пальцем в Дору, - или убирайся. По глазам вижу, что не бедствуешь.
Фантом не стал заходить внутрь, а сразу занялся ягодами. Потратив на это занятие добрых полчаса, понял, что продешевил: темно-желтые ягоды покрывала тонкая оболочка, которая лопалась от малейшего усилия. Из десятка сорванных целыми в корзину попадала едва ли треть. Очень скоро ладони Фантома стали липкими, желтыми и вонючими. И, когда ягоды закончились, корзина все равно не была полной.
Внутри оказалось еще гаже, чем снаружи. Воздух впитал в себя запах старого тряпья, мочи и дешевого пойла. В каменном зале с голыми стенами ютились несколько дряхлых столов и стульев, за которыми сидели еще более дряхлые посетители. Место напоминало скорее ночлежку для бродяжек, чем гостиницу, но об этом Фантом предусмотрительно не стал говорить вслух. Старуха встретила его на пороге, недовольно осмотрела полупустую корзину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
