Подобные мысли высказывали 3–4 тысячелетия назад, а возможно, и еще раньше. Кстати, тогда же они предположили, что человека создал Бог по своему подобию; более того, с помощью разума и образа, возникшего в душе:
«Энки все силы свои собрал, разум свой всемерно расширил. Энки образ себе подобный в сердце своем разумением создал».
Материалом для своего творения он избрал глину, земной прах. Люди понадобились богам, чтобы трудиться за них (и на себя тоже). Как видим, в этом варианте мифа о творении труд не наказание, а необходимость. А в легенде одного африканского племени говорится, что люди происходят от обезьян, оторвавших свои хвосты и решивших работать, чтобы жить в достатке. Это были глупые обезьяны, которые лишились свободы.
В Древнем Двуречье был создан эпос о Гильгамеше, где, между прочим, говорится о бренности жизни и бессилии человека перед неизбежностью небытия: «Спящий и мертвый друг с другом схожи — Не смерти ли образ они являют? Человек ли владыка жизни?!» Хотя высказана мысль о причастности человека к высшему: «Плоть богов и людей в твоем теле таится» (так сказано герою). Показывая посмертное разложение тела и томление бесприютной души, безымянный автор предлагает человеку проводить жизнь достойно и радостно.
Когда боги в наказание погрязшим в пороках людям решают устроить всемирный потоп (сюжет, повторенный через много веков в Библии), об этом предупреждают праведника с назиданием:
Покинь изобилье, заботься о жизни,Богатство презри, спасай свою душу!
Одно из замечательных достижений мыслителей «дофилософской» эпохи — признание Неведомого не только людьми, но и богами; извечной тайны Мироздания и Разума Вселенной. В Двуречье о верховном Боге говорили: «Суть твою не понять, не распутать нити… Твои замыслы кто угадает? Твои тайные силы никому не подвластны! Твой лик невидим ни одному богу!»
Нечто подобное высказывали древние египтяне: «Бог есть сокрытое Существо, и ни один человек не знает Его образ. Ни один человек не может искать Его облик; Он скрыт от богов и людей, и Он — тайна для своих творений».
А наиболее мудрая (пожалуй, верная) версия о начале мира приведена в космогоническом древнеиндийском гимне из «Ригведы»:
"Тогда не было ни сущего, ни не-сущего;
Не было ни воздушного пространства, ни неба над ним.
Что в движении было? Где? Под чьим покровом?..
…Из чего возникло это Мирозданье, создал ли Кто его или нет? Кто видел это на высшем небе, Тот поистине знает… А если не знает?"
Значит, даже для Высшего Разума может быть нечто недоступное, и нет возможности наверняка узнать вечную тайну начала всего сущего (мысль, которую не пожелали принять — или не смогли понять — философы и ученые многих последующих веков, вплоть до нашего).
Впрочем, мы не станем вникать в философию мифов. Перейдем к изложению краткой европейской философии — в лицах и высказываниях. Начнем с греческих мыслителей.
Анаксимандр (ок. 610–547 до н. э.). Ученик и последователь Фалеса в основе всего сущего предполагал особую первоматерию — апейрон (то есть бесконечное, вечное, неизменное). Из него все возникает и в него возвращается. (В современной науке этому, пожалуй, соответствует космический вакуум.) Сохранились лишь немногие фрагменты его сочинений. Его труд «О природе» считается первым научно-философским сочинением, где сделана попытка дать разумное объяснение мирозданию. В его центре Анаксимандр располагал Землю, имеющую форму цилиндра. Он первым в Элладе начертил географическую карту, изобрел солнечные часы (гномон, вертикальный стержень, тень от которого падала на подобие циферблата) и астрономические инструменты. Одна из идей Анаксимандра: «Из тех же вещей, из которых рождаются все сущие вещи, в эти же самые вещи они разрушаются по неизбежности»…
Анаксимен (ок. 585–525 до н. э.). Он считал началом всех вещей воздух; при разрежении из него получается огонь, при сгущении — вода и камни. Этот воздух (не путать с нашим, привычным!) — «начало души, богов и божеств». «Воздух однороден, недоступен чувствам, беспределен» (следовательно, он похож на «апейрон» Анаксимандра).
Говорят, услышав от своего ученика вопрос, почему его одолевают сомнения, Анаксимен очертил на земле два круга: маленький и большой. «Твои знания — это малый круг, мои — большой. Но все, что осталось вне этих кругов, — неизвестность. Маленький круг мало соприкасается с неизвестностью. Чем шире круг твоих знании, тем больше его граница с неизвестностью. И впредь, чем больше ты станешь узнавать нового, тем больше будет возникать у тебя вопросов».
Ксенофан (ок. 570–478 до н. э.). Философ и поэт, спасаясь от нашествия персов, скитался, был бродячим певцом. Критиковал тех, кто богов представляет в виде людей. Считал, что в мире неразрывно соединены материя и божественный разум, а Дух пронизывает все мироздание (пантеизм). Отвергал божественную природу солнца и звезд. По находкам в горах ископаемых остатков сделал правильный вывод о том, что суша была некогда морем и вновь когда-нибудь им станет (эта идея укоренилась в науке лишь спустя более чем 2 тысячелетия).
Ксенофан отличался остроумием. Когда кто-то похвалился, что видел угрей, живущих в горячей воде, Ксенофан усмехнулся: «Итак, станем варить их в холодной». Высказывания Ксенофана:
— Следует признать единство всего.
— Из земли все возникает, и в землю все возвращается.
Гераклит из Эфеса (554–483 до н. э.). Считал огонь первоосновой всего сущего. Был противником демократии, с горечью и презрением смотрел на окружающих людей и не имел желания управлять ими. За склонность к труднопонимаемым изречениям получил прозвище «Темный». До нас дошли лишь разрозненные фрагменты его труда «О природе». Гераклит первым назвал мироздание Космосом. До него этим словом обозначали порядок в государстве или личной жизни (отсюда — «косметика»). Афоризмы Гераклита:
— Все течет, все меняется.
— В одни и те же воды мы погружаемся и не погружаемся, существуем и не существуем.
— Природа скрытна.
— Многознание уму не научает.
— Мудрость состоит в том, чтобы говорить истину и прислушиваться к голосу природы, поступая согласно с ней.
Парменид (ок. 540–480). Происходил из родовитой семьи, занимал государственные посты, разрабатывал законы. Сохранились фрагменты его философской поэмы «О природе». Он четко отделял мнения, основанные на чувствах, от истины (объективной, независимой от мнений), основанной на разуме. Один из древних мыслителей утверждал: «Могучий, надменный Парменид… освободил мышление от обмана воображения». Вселенную Парменид считал вечной и неизменной: «Есть бытие, а небытия вовсе нету…» Тем не менее утверждал: «Быть или вовсе не быть — вот здесь разрешение вопроса». У Парменида есть мудрое суждение о единстве мысли (сознания) и бытия, жизни. Иначе говоря, наши мысли возникают благодаря окружающему миру, но и весь этот мир существует для нас благодаря нашему мышлению:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
