еще?
В следующий момент у меня все мысли как-то разом вылетели из головы, потому что раздался щелчок. В руках Валентайна как по волшебству оказалась коробочка, а в коробочке оказалось кольцо. Красивое такое, тоненькое, с удивительно крупным, но не броским камушком в каплевидной оправе.
– Ты сказала «Не то чтобы я ждала предложения руки и сердца», а я понял, что и так слишком долго это откладывал. Поэтому спрошу сразу: ты станешь моей женой, Лена?
Такого я точно не ждала. Поэтому и зависла, глядя на кольцо. Нет, в моей жизни было много всякого, но темные архимаги мне еще предложений не делали. Тем более таких. Тем более…
Я подняла голову, чтобы встретиться с пылающим взглядом, совершенно не представляя, что сказать. Меня как будто выключило. Я сидела и смотрела на Валентайна, понимая, что надо что-то ответить, но…
– Я не готова, – слова сорвались с моих губ раньше, чем я успела их остановить.
Зато становилось понятно, к чему у меня был такой нервяк. Почему я вообще шла на эту встречу, как по стеклу. Очевидно, наша связь с Валентайном сработала. Очевидно, это были его чувства, я их поймала, а сейчас я брякнула такое… кошма-а-ар! Все это пронеслось в моей голове в один момент, будто какая-то вспышка.
– Валентайн, я…
Коробочка защелкнулась. Он положил ее на стол и подвинул ко мне.
– Это в любом случае твое. Я покупал это для тебя.
Не так все должно было произойти. Не так, не так, не так! А как? Я в принципе никогда не отличалась излишней сентиментальностью, но, наверное, где-то в глубине души о таком мечтала. Об отношениях, о чувствах, из-за которых кружится голова, о неожиданном предложении руки и сердца… хотя кому я вру, не мечтала. Я никогда не мечтала о таком, потому что, будучи сиротой из хрущевки, я прекрасно понимала, что никому не сдалась. Это только в сказках девушки вроде меня встречают принцев и миллиардеров, выходят замуж, преодолев все невзгоды, а потом живут долго и счастливо. Поэтому и не мечтала, чтобы потом не разбить больно лоб о суровую реальность.
Кто ж знал, что реальность выдаст мне такое, на чем только психиатрию изучать? Родителей из другого мира, ментальную близняшку, помешанного на мне злобного темного властелина и его сына, который… который что? Сделает мне предложение, от которого я откажусь. Тут впору истерично рассмеяться, но вместо этого я схватила бокал вина и выпила его. Залпом. Поскольку официанты ретировались (очевидно, на время предложения), стесняться было некого. Я потянулась за бутылкой, но Валентайн перехватил мою руку.
– Не стоит. Если хочешь, я налью тебе еще, но мне бы хотелось провести этот вечер за приятной беседой. С тобой.
За приятной беседой?
– То есть ты совсем не злишься? – уточнила я, затаив дыхание.
– Не злюсь? Нет, Лена, я в бешенстве, – Валентайн посмотрел на меня в упор. – Но мое бешенство ни коим образом не должно затронуть тебя и то, что я собирался сегодня сделать.
– А что… – Голос прервался на выдохе, поэтому пришлось взять паузу и продолжить: – Что ты собирался сделать?
– Провести невероятный вечер, как я уже сказал. С тобой. Я не хочу его портить просто потому, что ты не готова. И уж прости, но с тобой никогда просто не было. Поэтому я, наверное, отчасти был к такому готов.
Отчасти.
Ха.
Я накрыла его руку своей:
– Валентайн, я сморозила чушь.
Он нахмурился, но вместо ответа просто накрыл мои пальцы, заключив их между своими ладонями.
– Я испугалась. Правда. Я еще… ну во-первых, я не ожидала. Вы же, темные, не женитесь, или как там у вас. А во-вторых, мне девятнадцать. Лет, зим, без разницы. Я не представляю, готова ли я к семейной жизни, особенно после истории с Соней.
Валентайн нахмурился еще сильнее:
– Не стоит сравнивать, Лена.
– Да я и не сравниваю! Я просто говорю о своих страхах. Соня совершила ошибку, что, если и мы ошибемся тоже? Что, если эта свадьба все испортит? Все, что между нами было, есть…
– Почему она должна что-то испортить?
– Не знаю, – честно сказала я. Обхватила себя руками, потому что меня словно накрыло каким-то холодом. Хотя холодно здесь быть не могло, артефакты и согревающий щит работали на полную.
Валентайн поднялся из-за стола, обошел его и опустился рядом со мной на одно колено.
– Испортить можем только мы сами, Лена, – произнес он, глядя мне в глаза. – Ты или я. Свадьба тут ни при чем. Она не изменит моего отношения к тебе. Так же, как его не изменит твой отказ. Для меня важна ты и твои чувства, и я сделаю все, чтобы их сберечь. Каким бы ни было твое решение.
У меня задрожали губы. Наверное, нужно быть совершенно черствой ледышкой, чтобы не проникнуться после такого. Но я черствой ледышкой не была, а еще я устала от того, что в моей жизни все невероятно сложно. Причем усложняю (не считая Ленор и Адергайна) преимущественно я. Так зачем трепать нервы мужчине, который меня любит, и которого люблю я? Просто из-за каких-то дурацких страхов.
– Давай попробуем еще раз, – сказала сквозь непролитые слезы. – Сделаем вид, что ничего этого не было, можешь даже вина мне налить. Как будто я не всосала его в один глоток.
Валентайн снова улыбнулся, а я подумала, что мне бы не помешал еще бокальчик. Первый, похоже, прошел порожняком, причем даже не известным путем, а через поры выветрился. Потому что я себя ощущала совершенно трезвой. Мысли не путались, приятной слабости в теле не было.
– Предлагаю обойтись без вина, – произнес он. – Я просто сделаю так.
Он взял коробочку, лежащую на столе. Раскрыл ее:
– Ты выйдешь за меня замуж, Лена?
Я точно сплю. Сплю и вижу сон, потому что тот Валентайн, с которым я познакомилась, и этот, который сейчас стоит передо мной на одном колене и делает мне предложение – разве я могла представить, что такое возможно?
– Да, – ответила я. – Да, я стану твоей женой, Валентайн.
Почему-то я вздрогнула, когда он надел мне на палец кольцо. А потом резко, рывком поднялся, увлекая меня за собой. Я ахнула в окутавшем меня облаке силы: мы оторвались от земли в тот же миг, когда за его спиной раскрылись мощные черные крылья. Покрытые серебрящейся чешуей снаружи, внутри они были полностью напитаны тьмой: так же, как и его глаза, в этом черном водовороте в радужках мерцало серебро искр, серебро чешуи бежало по его скулам.
Я
