— Отвалите, — пренебрежительно кричу я, отворачиваясь от них прежде, чем они успевают ответить.
Сучкам повезло, что они вообще здесь сегодня вечером. Я бы отправил их под домашний арест до конца месяца за то дерьмо, которое произошло сегодня ранее, но моя мать, очевидно, отменила мое решение, так что вот они. Она, конечно, управляет городом, она следит за всеми гребаными передвижениями.
Делая глоток пива, я проглатываю горький привкус вместе со своим аналитическим умом, возмущенным вмешательством моей матери.
Итак, вот мы здесь, смеемся и шутим на пляже поздно ночью, а посреди всех нас бушует огонь. И из всех присутствующих здесь лиц я хочу быть рядом только с двумя из них — Хантером и Тобиасом. Арчи тоже, просто не на том же уровне.
Этот парень всегда прикрывает нашу спину, хотя мы и не пускаем его в наш маленький круг, но он никогда не спорит и не жалуется, и именно за это он мне нравится еще больше. Но его внезапная потребность защитить Иден от нас, дошедшая до того, что он устроил сцену ранее на тренировке, когда я уносил Иден от девочек, удивила меня. Он не согласен с этим, но обычно он слишком беспечен, чтобы обращать на это внимание, особенно с тех пор, как умерла его мама.
— Что у тебя на уме, придурок? — Спрашивает Хантер, садясь рядом со мной и отрывая меня от моих мыслей.
Я хочу сказать о разнице между тем, как моя рука сжимала горло Иден и горло Рокси. Одна практически мурлыкала, в то время как другая плакала, как маленькая сучка, но я отказываюсь признавать это дерьмо.
Вместо этого я жду, пока Тобиас плюхнется на сиденье справа от меня, прежде чем ответить.
— Я думаю, пришло время поиграть с нашей маленькой Иден, не так ли? Эта вечеринка чертовски нудная с теми же старыми скучными людьми. Давайте оживим ее.
— Да, да, да. — Тобиас мгновенно хлопает в ладоши, в то время как Хантер просто качает головой. — Но сначала ты должен позволить мне попробовать трахнуть ее, потому что ты знаешь, что она не захочет трахать меня после того, как ты придумаешь одну из своих дурацких игр.
Он не ошибается. — Убеди ее спуститься с тобой, а мы с Хантером устроим мозговой штурм.
— Мне рассказать ей о телефоне?
— Нет, — мгновенно отвечаю я, и через несколько секунд он вскакивает на ноги, пробегая прямо мимо КитКат и Рокси, когда они пытаются снова ухватится за него, но Тобиас даже не оборачивается на них.
Мой взгляд возвращается к балкону, но ее нигде не видно. Мои руки сжимаются. По какой-то причине мне нравится держать ее в поле зрения.
Я не могу не вспомнить, что сказал Арчи об убийстве ее отца, и именно поэтому она здесь. Если ты наткнешься на Грейди, это потому, что я их туда поместила. Слова моей матери повторяются в моей голове, и я не могу перестать хмуриться, размышляя о ее причастности к этому делу.
— Черт возьми, Хантер. Развлеки меня, я, блядь, тону в своих мыслях, — признаюсь я себе под нос, и он быстро вскакивает на ноги.
— Погнали, придурок. Арчи и еще несколько человек из команды чуть дальше по пляжу с футбольным мячом. Пойдем поиграем в мяч. — Его слова полны сарказма, но он знает, что бросок мяча вернет меня сюда и сейчас.
Это именно то, что мне нужно. Тогда я смогу сосредоточиться на развлечениях, которые мы сможем провести с Иден.
Идеальное развлечение.
Иден
— Это моя любимая часть фильма, — бормочу я, пряча лицо в ладонях, когда ложусь на живот поперек кровати, а Чарли рядом со мной.
— Твоя любимая часть фильма, когда Джокер взрывает больницу? — подтверждает она, и я ухмыляюсь.
— Посмотри, какой он счастливый. И его небольшой прыжок, когда на самом деле прогремел взрыв. Это заводит меня каждый раз.
Качая головой, она засовывает в рот еще попкорна, пока мы продолжаем прятаться от гостей на вечеринке внизу. Их музыкальный вкус довольно приличный, но все люди там в значительной степени придурки, кроме Арчи, конечно.
Бедняга продолжает переписываться и проверять нас, как будто мы дети. Это почти мило, но я почти уверена, что это потому, что ему интересно узнать Чарли немного больше. Я сказала ей спуститься и присоединиться к нему, но она отказывается.
Итак, вместо этого мы здесь, расслабляемся с закусками, фильмами и вином, как профессиональные подростки в наших майках и шортах, поскольку на улице так тепло.
— О, я забыла упомянуть, что в воскресенье собираюсь навестить свою бабушку, и если в этом городе есть что-то, о чем стоит знать, то бабушка Джеймс знает это. Так что, если я смогу вытянуть из нее какие-нибудь подробности об имени Грейди, я сразу же приеду. — Она с энтузиазмом кивает собственным словам, и легкий проблеск надежды согревает меня.
Мне нужно что-нибудь, действительно что угодно, потому что прямо сейчас мне совершенно не за что зацепиться. С такой скоростью я никогда не получу ответов и не выберусь из этого города.
— Спасибо, Чарли, — бормочу я в ответ, откусывая от ириски.
— Хм, без проблем. Так мы собираемся поговорить о том, что было раньше?
Усмехнувшись, я качаю головой, не отрывая взгляда от телевизора. — Какая часть? Просто сегодня было очередное дерьмовое шоу.
— Рокси и КитКат — суки. Я не могу поверить, что они забрали все твои вещи, что ты собираешься делать без своего телефона?
— Я верну свой телефон, чего бы мне это ни стоило. — У меня там есть фотографии моего отца. У меня болит сердце, но я не позволю им унизить меня. — Арчи сказал, что поспрашивает на вечеринке, может, кто-нибудь знает, что они с ним сделали.
— Скрестим пальцы, — бормочет она в ответ. — Что происходит между тобой и "Звездами"? — добавляет она, заставая меня врасплох, и я, наконец, поворачиваюсь и хмуро смотрю на нее.
— Со "Звездами"?Ты издеваешься надо мной, да? Я появляюсь здесь, и все, что они делают, — это устраивают мне разнос.
Она нервно заправляет волосы за ухо, принимает сидячее положение, скрещивает ноги и смотрит на меня сверху вниз.
— Да, но КитКат уже проделывала этот трюк раньше, и никто ее не останавливал. Во всяком случае, в последний раз, когда кого-то заставляли ходить голышом по залам, ""Звезды" поощряли все словесные оскорбления, которые сыпались им на пути. — От меня не ускользает удивление на ее лице при этом заявлении.
— Подожди, что? — спрашиваю я, вставая с кровати и уперев руки в бедра. Зачем тогда им было меня прикрывать?
— Честно говоря, все гораздо больше шокированы тем, как они защитили тебя от посторонних взглядов, по сравнению с тем, что ты на самом деле обнажена.
Расхаживая в изножье кровати, я пытаюсь осмыслить ее слова, но я в полной растерянности. В этом нет никакого смысла.
Останавливаясь, чтобы посмотреть ей в лицо, я собираюсь задать вопрос, когда голос позади меня заставляет меня выпрыгнуть из собственной кожи.
— О чем вы, девочки, здесь, наверху, разговариваете?
Развернувшись, я сталкиваюсь лицом к лицу с Тобиасом, когда Чарли кричит, за чем следует глухой стук, когда она падает с кровати.
— Какого хрена, Тобиас Холмс! Ты напугал меня до полусмерти, — хнычет Чарли, подходя и становясь рядом со мной, прижимая руку к груди. Мое сердце бешено колотится в груди, но он просто улыбается нам.
— Как, черт возьми, ты сюда попал? — Спрашиваю я, проходя мимо него на балкон, поскольку это, должно быть, была его единственная точка входа.
— Я взобрался наверх, как большой мальчик, Иден.
Я поворачиваюсь, чтобы свирепо взглянуть на него, замирая при виде его шапочки на месте и выставленной напоказ груди, и хотя мое имя в его устах звучит как эротический сон, я указываю за край балкона.
— Ну, ты можешь убираться восвояси, откуда пришел, большое тебе спасибо. — Моя маленькая вспышка гнева только заставляет его рассмеяться, в то время как Чарли продолжает переводить взгляд между нами.
— Шарлотта, дай нам, пожалуйста, несколько минут. — Говорит Тобиас, глядя на Чарли с нежной улыбкой, но она бросает на него острый взгляд и снова смотрит на меня в поисках совета.
