Читаем без скачивания Куколка последней надежды - Вадим Панов

Счастливый Контейнер выпрыгнул на ринг и сгреб Грэмми в охапку.

Окрестности аэропорта J.F.K.

США, Нью-Йорк, 6 сентября, пятница,

08.23 (время местное)

Никто не сомневается, что в другой ситуации летчики сумели бы бросить падающий самолет в лес. Или на пустынное поле. Или в озеро. Ни один пилот не направил бы машину на жилые дома. Погибая сам, он всеми силами постарался бы избежать дополнительных жертв. Это закон для всех пилотов, закон для любого нормального человека. Но у капитана злополучного «Боинга» не было возможности влиять на ситуацию — его машина потеряла управление задолго до соприкосновения с землей, и тонны металла обрушились на мирный квартал, застроенный стандартными двухэтажными домиками. Мощный взрыв смешал железо с деревом, авиационную электронику с бытовой техникой, алюминиевую обшивку с металлочерепицей. Два дома, еще мгновение назад радующие глаз прохожих, смешались с самолетом в кошмарный коктейль. Казалось, что в этой адской смеси не способно выжить ни одно живое существо, но…

Среди жуткой кучи костей, кресел, переломанной мебели и битого стекла, среди камней и расплавленного металла, по которому скользили языки пламени, в самом эпицентре ужасающей катастрофы, вдруг кто-то зашевелился. Тихий стон не услышал никто: спасатели еще не подъехали, а шокированные обитатели квартала не рисковали приближаться к месту трагедии.

Стон прервался, повторился опять, и среди обломков красавца «Боинга» появилась голова единственного оставшегося в живых пассажира несчастливого авиарейса. Странная голова. Издалека ее еще можно было принять за человеческую, но только издалека. Лысый череп украшали короткие рога, надбровные дуги низко нависали над глубоко запавшими глазами, горящими пронзительным зеленым, нос обозначали два черных провала, а лишенный губ рот не скрывал мощных клыков. Существо, пытающееся выбраться из-под обломков, даже в таком, почти беспомощном состоянии, было способно внушить дикий ужас. Оно не было человеком. Да и какой человек мог выжить в этом аду?

Сдавленный обломками монстр отчаянно пытался освободиться. Он подался вперед, из-под кучи выглянули мощные плечи, замер, набираясь сил, еще рывок, и дикая боль заставила существо вновь издать полустон-полурычание. Сознание ушло, рогатая голова безвольно упала на оплавленные камни, но когтистая лапа продолжала крепко сжимать элегантную дамскую сумочку.

Первая пожарная машина подъехала через восемь минут после катастрофы, почти сразу же за ней подоспели полицейские и две медицинские бригады. Тихий квартал наполнился воем сирен.

Место трагедии оцепили, спасатели бросились к дымящимся развалинам, в тщетной надежде отыскать хоть кого-то живого, а собравшихся вокруг зевак уже штурмовали телевизионные стервятники — неизменные спутники любой драмы.

— Я видела, как он падает! Это было ужасно! Я даже не поняла, что произошло! Какая-то туча закрыла солнце! А потом я сказала себе: боже мой, это же самолет! Он падает!

Один из двигателей «Боинга» вызвал пожар в гараже, пламя стремительно заливали, и оператор не знал, кого снимать: работу спасателей или говорливую свидетельницу. Картинка прыгала с одного объекта на другой.

— Я крикнула: «Исаак, Исаак!» Исаак — это мой муж! Я крикнула: «Исаак, скорее сюда!» Он тоже выбежал во двор!

Крашеная матрона стискивала на необъятной груди толстые руки. Ее носатый муженек откашлялся и, воспользовавшись драматической паузой супруги, влез в кадр:

— Я видел, как фюзеляж упал на дом мистера Аранзона. Слава богу, что не на детскую площадку! Бедный мистер Аранзон. Это было так интересно.

Тем временем матрона перевела дух и немедленно вернула себе внимание оператора:

— А еще я сказала: «Боже мой, Исаак, ведь в этом самолете могли оказаться мы!»

— Мы с женой собирались лететь в Мексику…

— Исаак хорошо поработал в этом году и заслужил отдых.

— У меня небольшая фирма…

— Это такая трагедия!

— Просто ужас!

— Скажите, вы успеете передать мое интервью в блок новостей?

— У нас прямая трансляция, — буркнул оператор.

— Что же вы не сказали?!! Исаак, скорее включай видеомагнитофон: нас показывают по телевизору!! Скорее позвони маме!! Она должна это видеть!!

Оператор выругался сквозь зубы, но тихое проклятие не попало на звуковую дорожку — он был профессионалом и знал, как громко можно говорить во время съемки. В кадре вновь появился план развалин, обломки «Боинга», почти потушенный гараж, сосредоточенные лица спасателей. Оператор стоял довольно далеко от места трагедии, а потому на его пленке не оказалось самого главного. Он не сумел заснять вытаращенные глаза одного из спасателей, вынырнувшего из самого эпицентра катастрофы, и не услышал его испуганный крик:

— Гарри, черт тебя побери, Гарри! Скорее сюда!!

ГЛАВА 4

«В своих публикациях мы уже рассказывали о деятельности благотворительного фонда „Дело Гиппократа“, занимающегося оснащением муниципальных больниц самой современной медицинской техникой. Только в текущем году эта организация безвозмездно передала городу оборудование общей стоимостью свыше пятнадцати миллионов и не собирается останавливаться! По словам исполнительного директора фонда, Олега Семеновича…»

«Тотализатор в панике! Сенсационное продвижение Мубы к титулу абсолютного чемпиона внесло сумбур в стройные ряды наших букмекеров. После вчерашней победы в четвертьфинале Кубка Дуэлей ставки на хвана стали расти в геометрической прогрессии. Тем не менее многие аналитики считают, что фактор Лунатика все равно помешает кому-либо в этом году взять Молот Трех Драконов. Из других неожиданностей следует отметить выход в четвертьфинал Кубка Големов выставленного Красными Шапками…»

Москва, улица Тверская,

6 сентября, пятница, 16.30

Заурядная сценка, которая не вызовет никакого интереса на улице большого города: живенький, добротно одетый старичок возбужденно говорит по мобильному телефону. Что может быть обыденней? Разве что полицейский у светофора или почтальон. Но содержание бурного диалога могло вызвать живейший интерес и у случайного прохожего, и у полицейского, а потому старик предусмотрительно отошел к самой обочине, и его слова улетали вдоль Тверской вместе с ветром и проносящимися мимо автомобилями.

— Я только что узнал: ее самолет разбился на подлете к Нью-Йорку! — Старик покачал головой, выслушивая ответ собеседника, и решительно бросил: — Нет, я перепроверил: у Диты действительно не было с собой «двери». С Куколкой вряд ли что-нибудь случилось. — Пауза. — Согласен, это несколько меняет планы, но что делать? Я уже позвонил наемникам. — Пауза. — Я не мог до тебя дозвониться! А что, возникли бы возражения? — Снова пауза. — Я понимаю, что это не по плану, но у нас форсмажор. Наемники в любом случае должны были появиться. — Старик нахмурился. — Может, для тебя это дико, но в наших делах форсмажор не менее заурядное явление, чем в твоих — простуда. Пойми, планы мы составляем, чтобы осмыслить ситуацию, это линия поведения, а не инструкция. Нам повезло, что я в таких делах немножко понимаю, а потому давно продумал, что делать в случае форсмажора. — Старик улыбнулся. — Доверься мне. К тому же, теперь все равно ничего не исправить, говорю: я уже позвонил наемникам. Нет, еще ничего не рассказывал, но расскажу в самое ближайшее время. Доверься мне, все будет ОК.

Офис компании «Неприятные Ощущения»

Москва, улица Большая Лубянка,

6 сентября, пятница, 16.47

Тон, которым Кортес попросил Артема приехать в штаб-квартиру, не предвещал ничего хорошего. Впрочем, не так: наемник был слишком опытен, чтобы позволить интонациям выдать свои чувства, но Артем хорошо знал напарника и понимал, что бесстрастное «срочно приезжай», выражало крайнюю степень неудовольствия. Вот только чем?

Артем застал Кортеса развалившимся в глубоком кресле, в главном помещении офиса. Пальцами правой руки наемник небрежно гонял по коврику мышку, но в монитор компьютера не глядел, предпочитая задумчиво изучать потолок в дальнем углу комнаты.

— Долго ехал, — констатировал Кортес, когда Артем закрыл за собой дверь.

— Пробки замучили, — буркнул молодой человек. — Торопился, как мог.

Он медленно прошелся по комнате и опустился на диван.

— Где Яна?

— Скоро придет.

— Будет сбор?

— Вроде того.

— Намечается контракт?

— Звонил Мехраб, — неохотно протянул Кортес. — Старику требуется какая-то услуга.