— Вы сказали, что проверили все комнаты в этом доме? — Уилл пробежал пальцами по клавишам. Комната наполнилась звуками.
— Когда я еще раз перечитала все найденные тетрадки, одна запись натолкнула меня на мысль, что моя мать могла спрятать в тайнике еще один дневник. Несколько дней назад, когда вы ездили с детьми в Гайд-парк, я обыскала их комнату.
Уилл улыбнулся, и у нее екнуло сердце.
— Так вот почему у вас был такой взъерошенный вид.
Элизабет улыбнулась:
— Да. Вы вернулись домой раньше, чем я ожидала.
— Я бы хотел помочь вам, Элизабет.
— Каким образом вы могли бы помочь мне?
— Я подумал, что, может быть, вечером вместо урока по истории мы с вами могли бы осмотреть мой кабинет. Может быть, ваша мать подумала, что надежнее всего спрятать дневник под носом у герцога, что именно там он никогда не найдет его.
— Помощь будет мне весьма кстати.
Это было сущим безумием.
Все происходящее походило на странный сон. Они занимались любовью или это был сексуальный контакт, когда чувства к мужчине отсутствуют? А она ведь не влюблена в Уилла. Что означает — это был просто порыв страсти.
Нелюбовь.
Она знала этого человека немного больше недели. Вряд ли этого достаточно, чтобы полюбить. Желание — это одно, а любовь — совершенно другое.
А если она не влюблена в него, почему она сидит здесь, и смотрит на него, словно девочка-подросток? Почему у нее такое чувство, словно его предложение помочь ей отыскать дневник — самая замечательная вещь, которую кто-нибудь когда-либо делал для нее?
Почему ей хочется взять его за руку и повести прямо в его спальню, закрыть дверь и до конца дня оставаться с ним в постели?
Вожделение, не любовь.
Она не верила в любовь с первого взгляда. А неделя в ее понимании — это первый взгляд.
— Думаю, что дети уже возвратились, — сказал Уилл, прерывая ее размышления. Он встал и подал ей руку. — Посмотрим, как там дела?
— Да. Я буду через минуту. Мне нужно поправить волосы.
— Конечно. — Уилл прошел к двери, открыл ее и повернулся к ней: — Двух недель достаточно, чтобы приготовиться к свадьбе?
Он увидел ошеломленное лицо Элизабет и внутренне улыбнулся. Как ни старалась она демонстрировать спокойствие и бесчувствие после случившегося, он был уверен, что она взволнована и расстроена. Что было совершенно естественно для женщины, в первый раз вступившей в интимную близость с мужчиной.
— Простите? — не сразу произнесла она.
— Наше бракосочетание? Надо назначить дату.
— Никакой даты, — сказала она, подходя к нему и на ходу закалывая волосы. — Свадьбы не будет.
— В самом деле?
— Если вы думаете, что я хочу выйти замуж за человека, который все еще любит другую женщину, то вы сумасшедший!
— Так вас не пугает перспектива родить ребенка вне брака? — спросил он.
Она моргнула, словно только сейчас осознав вероятность такого поворота событий.
— Родить ребенка? — Прошептала она.
— Да, детей делают именно так.
— Я это знаю! — выкрикнула она. — Но мы, скорее всего не сделали ребенка прямо сейчас.
— Мы сможем узнать это только через…
— Несколько дней, — оборвала она его. — Мы узнаем это через несколько дней. У меня не бывает задержек.
— Очень хорошо. Тогда вы дадите мне ответ не позже, чем через неделю.
— Хорошо. Но я не выйду за вас замуж, если ребенка не будет. — Элизабет обошла его и двинулась по коридору. Она, должно быть, придумала какое-то объяснение для детей, потому что, не замедлив шаги, прошла мимо них.
— Уилл!
Возбужденные голоса детей вызвали у него улыбку. Последние два года он заботился о детях, так что мысль о собственном ребенке не вызвала у него энтузиазма. И все же на сердце стало теплее, когда он представил себе, как он держит в руках маленького сына или дочку. Он всегда думал, что это будет ребенок его и Эбигейл и произойдет это в маленьком фермерском доме в Виргинии.
Но если Элизабет согласится выйти за него замуж или, в самом деле, забеременеет, все его надежды уехать из Англии окажутся напрасными. Она никогда не уедет отсюда, а он не сможет просить ее поехать с ним.
— Уилл, вы с Элизабет снова спорили? — сердито подсмотрела на него Элли, подходя к нему.
— Нет, — ответил он.
— У нее был не слишком радостный вид, когда она опрометью бросилась в свою комнату.
— У нас был урок по историй семьи. Это все. Может быть, ее что-то расстроило. Но мне она ничего не сказала. — Уилл направился в кабинет. — А теперь мне надо работать.
У него не было срочных дел, но ему хотелось закончить разговор об Элизабет. Усевшись за стол, он взглянул на портрет покойного герцога. Внушительный — вот слово, лучше всего характеризующее его. Он, должно быть, был в ярости, когда обнаружил, что его жена изменила ему.
Уилл знал, что никогда бы не стал терпеть такую жену. Хотя, если покойная герцогиня была похожа на Элизабет, она, должно быть, любила того человека. Он был уверен, что Элизабет любит его. Он видел это по ее глазам. И не важно, что она сказала. Она не из тех женщин, которые вступают в отношения с мужчинами, не испытывая к ним любви.
Он понимал и то, почему она отвергла его предложение. Любит ли он еще Эбигейл? Чем дольше он размышлял над этим, тем тверже убеждался в обратном. Пять лет назад он любил ее. Но после того как она отклонила его последнее предложение, его любовь стала ослабевать.
На корабле у него оказалось много времени, чтобы подумать об их отношениях. Из-за нее после войны Уилл захотел стать американцем, хотя его отец был против. Сделай он это, он разорвал бы связи с Англией и лишился титула. Она сказала ему, что не может лишать его такой возможности.
Еще одна отговорка, подумал он. За пять лет их было немало. И хотя он пока не любил Элизабет, но мог бы ее полюбить.
Однако этого могло быть недостаточно для Элизабет. Она принадлежала к тому типу женщин, которые никогда не выходят замуж за того, кто их не любит, и это вызывало уважение.
— И что же мне теперь делать?
— Не знаю. Может быть, если бы я знал, в чем дело, я бы помог.
Уилл повернул голову в сторону двери и увидел Сомертона, который стоял, прислонившись к косяку.
— Добрый день, Сомертон. Лакей, что, забыл доложить о вас?
— Он был занят — убирал за щенком то, что тот оставил в холле.
У Уилла отвалилась челюсть.
— За каким щенком?
Сомертон усмехнулся:
— Затем, которого я принес для мальчиков.
— Какого черта вы это сделали? Мне только щенка недоставало.
Сомертон прошел в комнату и опустился в кресло.
— Я решил, что детям нужно чем-то заняться после отъезда леди Элизабет.
