— Весь ум в мире не заменит осознания истинного положения вещей.
— Рет побери! Может быть, Гарет после всего собирается убить большую часть вас! Ты, женщина, не боишься?
— Страмм не боялся, так же как ты, — сказала Алата, — так же как мой отец. И где они?
Донахью проревел что-то нечленораздельное и зашагал дальше. Со вздохом Алата пошла за ним следом. Они прошли немного больше мили, когда женщина неожиданно потянулась и взяла Донахью за руку.
— Что теперь? — требовательно спросил он.
— Что-то не так! — сказала она настоятельным полушепотом.
— О чем ты говоришь? — спросил Донахью, тоже понизив голос до шепота.
— Я не знаю, — сказала она. — У меня такое чувство.
— Что?
— Не ходи этой дорогой.
— Почему?
— Не знаю. Я только чувствую опасность.
— Все в порядке, моя храбрая Баронесса. Каким путем нам следует идти, как ты думаешь?
— Я не знаю. Налево, возможно.
— Ба! Ты видишь духов и гремлинов в каждой тени!
Донахью пошел в первоначальном направлении. Еще через полмили он услышал впереди голоса. Толкнув Алату, чтобы она отступила, Донахью вытащил дубинку и пополз вперед.
Теперь он увидел их — четырех воинов-Нормалов, сидящих в тени огромного дерева.
— Это самая безумная погоня, в какой я только участвовал, — сказал один из них. — Даже если Рыжебородый в этом районе, наши шансы обнаружить его: один к тысяче.
— По меньшей мере, — прибавил другой, делая большой глоток из фляги.
— Может, мы вернемся назад и скажем Барону Рислеру, что мы не нашли никаких его следов, — сказал первый воин. — Что ты скажешь на это, Эдвард?
Но Эдвард больше ничего не успел сказать, потому что Рыжебородый, проломившись через кусты, пробил ему череп одним ударом дубинки.
Второй Нормал был мертв раньше, чем оставшаяся пара поняла, что на них напал Донахью. Мгновением позже оба воина без движения лежали на земле.
Донахью вернулся назад к Алате.
— Ты была права, — задыхаясь проговорил он. — Черт возьми, удачный расчет. Что привело их сюда?
— Я не знаю, — сказала она.
— Что ты там разглядела? Я превосходный охотник, но тем не менее ничего не заметил.
— Это было всего лишь чувство. Я почувствовала что-то, и это очень сильно испугало меня.
Донахью пожал плечами.
— Ну, теперь нечего бояться. Они все мертвы.
— Так я и думала.
— Не жалей их. Они убили бы нас, если бы у них был шанс.
— Я знаю.
— Или ты снова считаешь меня убийцей?
— Нет. Честно, нет. Я просто не люблю убийств, не важно, правы убитые или нет.
— Тогда скажи своим друзьям — Нормалам, чтобы они перестали охотиться на меня.
— Они и на меня охотятся, — напомнила Баронесса Рыжебородому.
Донахью протяжно, глубоко вдохнул, потом выдохнул.
— Я знаю, — он посмотрел на Алату и смягчился. — Не думаю, что твое положение чем-то лучше моего.
— Да.
— И мы ничего не можем поделать с этим.
— Знаю. Хотя это кажется так глупо. Убегать несколько недель, убивать своих же подданных, так чтобы когда мы вернулись в Ступицу, нас назвали бы убийцами.
— Что же ты хочешь?.. Чтобы мы прожили в этом проклятом лесу остаток жизни?
— Нет, конечно.
— Тогда? — он выжидающе посмотрел на Алату.
— Есть другие города Нормалов. Почему бы не отправиться в один из них.
— Если бы я не собирался вернуться в Ступицу, ты бы уже была мертва, — сказал он. — Ты ведь понимаешь это, не так ли?
— Да, — мягко сказала она. — Я знаю это. Но я не говорю, чтобы ты остался там навсегда.
— И на какой срок мне отправиться в изгнание?
— Пока Эндрю не охладеет к идее убить тебя.
— Охладеет к идее? Рет побери! Весь твой проклятый город не сможет убить меня! Пусть даже каждый из них думает, что это я убил Страмма и твоего отца.
— Я забыла, — согласилась она. — Эндрю — единственный, кто хочет моей смерти, и я стала думать, что это применимо и к тебе.
— Нет, неприменимо, — грубо сказал он. — Теперь, когда все определилось, пойдем.
Они направились к Ступице, но когда достигли места, где Донахью убил воинов, там оказалось только три тела. Рыжебородый выкрикнул проклятье и повернулся к Алате.
— Черт! Я могу поклясться, что все были мертвы!
— Эти — да, — сказала она, обозревая сцену резни.
— Нет, не все. Тут нет еще одного дурака.
— Где же он?
— Не знаю, — сказал Рыжебородый. — Но если он проживет достаточно долго, чтобы добраться до другого патруля, скоро в это место сползутся Нормалы.
— Что ты собираешься делать? — спросила она.
— Не уверен, — сказал он, яростно потерев бородатый подбородок. — Я хотел отправиться в Ступицу, но теперь враги будут поджидать меня за каждым кустом и деревом.
— Мы можем отправиться в какой-то другой город.
— И я потеряю шанс стать Бароном? Нет! Мы еще некоторое время поживем в лесу, а потом воспользуемся другой дорогой, чтобы войти в Ступицу, — он сделал паузу. — Если не…
— Если не… что?
— Если ты не согласишься пройти через официальную брачную церемонию, как только мы войдем в другой город, — сказал он. — Это будет сделано официально, и Крастон с Рислером не смогут отказаться отдать мне имущество Дрейка и Повича. Договорились?
Вначале Алата хотела отказаться. Дрейк был достаточно плохим мужем, но мысль о том, чтобы выйти замуж за этого варвара, почувствовать его огромные, мозолистые руки на своем теле, осознать, что она снова стала чьей-то физической и политической собственностью и служит определенной цели, была невыносима. Только потом, обдумав все возможности, Алата поняла, что, если откажется, все будет намного неприятнее. Если она откажется выйти замуж за Донахью, он отправится в Ступицу, и они оба будут убиты на месте или станут влачить ужасное существование в лесу неопределенно долгое время, после чего ей все равно придется выйти за него замуж.
Выбора у нее не было, но, выйдя замуж за Донахью сейчас, она избежит неприятностей в самом ближайшем будущем и сможет манипулировать Рыжебородым.
— Да, договорились, — наконец-то сказала Алата.
Глава 20
Они поженились, но это получилось не так быстро и не так легко.
Рыжебородый и Алата около недели пробирались на юг в направлении Кингстона, который оказался аграрным поселением, окруженным фермами и полями, расположенными на том месте, где некогда были лишь кирпичи и бетон. Кингстон показался Рыжебородому идеальным местом, достаточно удаленным от Крастона и от Ступицы, так что здесь не нужно было беспокоиться о слепом Бароне, и достаточно близким к Туннелям, так что царства Кола можно было достигнуть дня за два.
