Он видел разницу между своей бывшей женой и его возлюбленной. Словно небо и земля, они отличаются не только внешне, но и характерами. И пускай, россиянка менее доступна, она дарит ему то, чего так хотелось в браке — уверенности, смелости и возможного совместного будущего.
— США… Куда дальше? Люди уходят. — Внезапно взяла его за руку девушка, возвращая США в реальность.
— О… Уже все? — виновато улыбнулся он ей. — Тогда, как насчет ужина в отеле? Я забронировал номер, он тебе очень понравится.
— А как же телохранители?
— Будут неподалеку. Все же и им я номера оплатил.
Все просчитал. И это России нравилось в нем. Ее надежный и смелый мужчина… Но оставался вопрос: “А будет ли он дальше в их жизни организовывать подобные сюрпризы? Делать все ради их отношений?”. Она боялась, что их чувства угаснут со временем, оставляя лишь простую привязанность. Или все же он способен сохранить все до конца их дней?
— О чем задумалась? — улыбнулся ей США, проведя пальцами по нежной коже возлюбленной.
— Я не знаю чего ожидать, когда эти два года закончатся… — Честно ответила ему россиянка. — Мы сейчас всегда рядом и время постоянно проводим вместе. Но что будет, когда это закончится? Мы разъедемся по своим столицам, окунемся с головой в работу, станем чужими друг другу… Я даже за несколько лет не смогла сестрам позвонить. А что будет с нами?
Осторожно убрав за ее ухо выпавшую прядь волос, Штаты молча обнял девушку, словно прося ее успокоиться. Чтобы забыть россиянку, это надо родиться другим человеком. Кто-то сказал: «Такие женщины рождаются не каждые сто лет». И с этим сложно не согласиться.
— Запомни, что бы ни случилось в будущем, я буду рядом. Даже если я окажусь за океаном, все равно найду тысячу и одну причину прилететь к тебе.
— Если бы это было так просто… — Вздохнула русоволосая, опустив свой взгляд полный печали. — Вдруг пройдет время, и наши отношения просто забудутся? Все же работа поглощает и убивает чувства. Еще разругаемся во время саммита…
— Я докажу, что тебе нечего бояться.
— И каким образом?
Трудно представить способ сохранить отношения на расстоянии. Не раз они достигали порога и заканчивались расставанием, если не ненавистью. Что он сделает ради них? Как покажет, что способен любить ее, даже если они будут за тысячи километров?
Мужчина не спешил, ласково касаясь ее щеки, видя перед собой бесценное сокровище. Они смотрели друг на друга какое-то время, не робея, не смущаясь, молча понимая их влечение, их возросшую страсть. Отчего-то, впервые в жизни, девушке безумно хотелось, чтобы он продолжал ее рассматривать, впитывать ее образ в себя.
Когда его приоткрытые губы коснулись губ России, она почувствовала, что никогда не сможет оставить США, никогда не бросит его в этом холодном мире. Тихо простонав в поцелуй от удовольствия, она сдалась его чувствам, желая еще. Больше, жарче, сильнее, глубже… Но стоило американцу оторваться от русской, как она с недовольным вздохом смутилась, ощущая огромную неловкость. Что же делать? Зачем только россиянка вообще издала подобный звук? Это произошло само по себе…
— Ты не против, если мы поужинаем чуть позже? — произнес он, еле сдерживая свою страсть.
— К черту его…
Табличка «Не беспокоить» предупреждала всех непрошенных гостей оставить в покое молодую пару и дать им насладиться друг другом. В то время, пока за окном выла вьюга, заметая снегом все на своем пути, в комнате россиянки и американца пылал настоящий огонь страсти. Она ощутила пронзившую ее тело дрожь, когда США уложил ее на кровать, когда коснулся ее бедра и груди, когда отыскал застежку на платье. Поцелуй был нежным, пробующий ее на вкус, но настолько искусный, что Россия сама не заметила, как стала расстегивать его рубашку и пиджак, забываясь под влиянием нарастающей страсти, от которой начало гореть ее тело. Пальцы Штатов не путались в петельках бюстгальтера, стащив его с желанного тела возлюбленной. Его губы следовали за рукой, и от ощущения теплого обнаженного тела американца возбуждение русской росло.
— Ты очень красивая… Нежная… Ты меня сводишь с ума.
Из-за внезапных ласковых слов на ее глаза навернулись непрошеные слезы. Она любила его. Чувствовала, что может доверять ему. И мысли о расставании вновь и вновь пронзали кинжалами несчастное хрупкое сердце.
— Рос, все хорошо? — обхватил блондин ее щеки руками.
— Да… Не хочу, чтобы это заканчивалось…
— Никогда…
Русская выгнулась ему на встречу, с наслаждением принимая все ласки США. Жадно целуя ее упругую грудь, горячее и влажное тело, он хищно облизнулся. Теперь ее разум заполнен только им, нет посторонних и печальных мыслей. Штаты никогда не оставит ее, никого не подпустит к его зимнему цветку.
От влажного и жаркого прикосновения его языка, кружившего вокруг пупка, у нее перехватило дыхание. Он был так нежен, но также и властен. Не слыша собственных стонов, россиянка сжимала светлые волосы возлюбленного на голове, ощущая жаркие пальцы и язык на бедрах. Подобного острого удовольствия она не испытывала никогда, даже не представляла, что это возможно. А почувствовав его внутри себя, Россия пронзительно вскрикнула, жадно глотая ртом воздух. Она извивалась, задыхалась и стонала от желания. Девушка видела только его, чувствовала лишь быстро растущее внутри нее сладкое возбуждение. Движения мужчины были ритмичными и любящими. Он погружался в нее вновь и вновь, принося с каждым движением все больше и больше удовольствия. Вся его, каждая клеточка тела россиянки принадлежала только ему.
Все чувства смешались в один миг, заставляя США сжать ее руки. О, как же она застонала, побуждая его двигаться с каждым мгновением все быстрее! Его поцелуй был больше простой жажды, русоволосая ощущала, как по телу пробежали мурашки. Вот-вот ее конец, она не может продлить сладкое удовольствие. Неспособная больше думать, она протяжно застонала, крепко обняв Штаты. А он, рыкнув от желанного наслаждения, жадно припал к губам возлюбленной, излившись в нее.
Часто дыша в объятиях друг друга, они не произнесли и слова, слушая биение собственных сердец. Слов не надо, они смогли все сказать до этого. Их тела, их движения и нежные шептания — этого достаточно, чтобы никогда не сомневаться в скором будущем. Они слишком сильно любят друг друга. Никто не посмеет разлучить их.
— Запомни, я всегда буду тебя оберегать. Чтобы ни произошло. — Произнес американец, сладко целуя ее в нос. — Даже на другом конце света смогу спасти тебя.
— Как твои супергерои? — тихо засмеялась Россия, прижимаясь к сильному телу возлюбленного. — Супермен? Правильно?
— Именно. — Улыбнулся тот. — Прилечу к тебе на супервертолете и дам суперпиздюлей
