И тут совершенно внезапно, как гром среди ясного неба, у стойки бара завязалась драка. Грохнул выстрел, кто-то вскрикнул, блеснуло лезвие ножа. Смуглые парни напирали друг на друга с руганью и проклятьями, сыпались удары и пинки. Свалка быстро разрасталась, втягивая в свой водоворот окружающих. Клубок сцепившихся людей шумно обрушился на ломберный столик как стадо молодых бычков. Столик опрокинулся, на пол полетели карты и фишки. Игроков раскидали вместе со стульями. Один Хэтфилд удержался на ногах — он успел по-кошачьи вскочить со стула и отпрянуть к стене.
Этот клубок пронесся через вопящую толпу и выкатился на улицу. Снаружи донеслись выстрелы и крики, затем послышался частый топот удаляющихся копыт.
Внутри салун «Первый шанс» превратился в настоящий сумасшедший дом. Там вопили, кричали, ругались. Сатана Анси Маккой поднялся на ноги и, стуча тростью, тряс кулаком под носом дона Себастиана.
— Ты, такой-растакой, — орал он, — ты это нарочно подстроил! Ты подмазал этих забияк! Ты специально организовал эту заваруху! Ты знал, что я тебя сделаю, и все это состряпал, чтобы спасти свою паршивую шкуру. У меня на руках был туз, такой ты растакой!
— Тихо! — зарычал дон Себастиан, потерявший на какое-то мгновение присущее ему спокойствие. — Ко мне тоже пришел туз и моя десятка старше, чем твоя девятка!
Тут выскочил вперед Чет Мэдисон и заревел:
— Это брехня! Как ты…
Педро Зорилья, покрытый шрамами старший объездчик дона Себастиана, прыгнул к Чету с ножом в руке. Мэдисон схватился за «Кольт». И тут молниеносно, как кугуар в прыжке, вмешался Джим Хэтфилд. Встречным ударом он сбил Педро с ног так, что тот покатился кубарем, и Чета Мэдисон а он крепко схватил за плечи и швырнул на стул.
— Сидеть! — заорал он старшему объезчику.
Есть какая-то психологическая особенность, которая ставит сидящего в положение не только физического неудобства. Чет задыхался и безумно вращал глазами. Распалившиеся ковбои с обоих ранчо колебались какое-то неизбежное мгновение.
И тут, расшвыривая парней как кегли, появились шериф Дент Крейн и Хайпокетс Хилтон. Оба держали в руках дробовики со взведенными курками. Вслед за ними выдвинулись Боров Холидей и его бармены, тоже с оружием в руках. Перед зияющими отверстиями стволов, грозящих смертью и разрушением, толпа подалась назад. А трубный глас шерифа вещал:
— На сегодня хватит! Вы ведь не собираетесь тут же разнести городок на кусочки! Гомес, ты и твои парни, седлайте своих кляч и валите из города — быстренько! Маккой, твои люди остаются здесь на полчаса. И не спорь! У меня чешется палец на спусковом крючке. И если здесь сегодня начнется заваруха, то ее начну я!
Бросая свирепые взгляды и сцепив зубы, вакерос Гомеса вывалили из салуна. Ответные взгляды ковбоев Маккоя были не менее красноречивы. Однако Джим Хэтфилд обратил внимание, что когда Карин Уолтере прощалась с Сидом Маккоем, в ее взгляде не было ненависти. И сжатые губы Одинокого Волка расплылись в улыбке. Отведя глаза от них, он обнаружил, что на него уставился Хайпокетс Хилтон и глаза его смеются.
— Да, — посмеивался Хайпокетс, дружески подмигивая, — рейнджеры, верно, как золото!
Когда Хэтфилд прошел в заднюю комнату, его остановил один из барменов и протянул свернутую бумажку.
— Один парень, похоже, мексиканец, весь замотанный в одеяло, вот велел передать, — сообщил король адских коктейлей. — И исчез прежде, чем я успел спросить от кого…
Хэтфилд развернул листок. На нем большими черными буквами было написано: ТЕБЕ СКОРО КОНЕЦ!
Какое-то время он смотрел на зловещую черную надпись, потом аккуратно положил записку во внутренний карман. Недоуменно пожал могучими плечами и постарался выбросить эту угрозу из головы. Но все это время в левой руке постоянно что-то жгло и пульс стучал в такт: тебе скоро конец, тебе скоро конец!
Глава 16
Когда на следующее утро Хэтфилд наведался в платную конюшню Бэнди Бертона, его там ожидала приятная неожиданность.
— Пришел расплатиться за лошадь, — сообщил он бывшему ковбою.
— Какую лошадь? — удивился Бэнди.
— Лошадь, которую нанял у вас, — ответил Хэтфилд. — Она…
Слова вдруг замерли на его устах, потому что Бэнди показывал пальцем в ближайшее стойло. Оттуда выглядывала знакомая гнедая морда.
— Где, черт побери, вы ее нашли, — поинтересовался рейнджер.
— Утром какой-то парень пригнал ее в город, — объяснил Бэнди. — Говорит, нашел ее на выгоне не привязанную и не спутанную. Был малость выбит из колеи, когда я показал ему закладную, где описана лошадка и упряжь, но спорить не стал. Там ему еще на прощание дал пару долларов.
Хэтфилд протянул Бэнди золотую монету.
— Надеюсь; это возместит ваши расходы, — добавил он. — А что за парень ее привел?
— Да мексиканец один — работает у дона Себастиана Гомеса, с ранчо «Ригал».
Из конюшни Хэтфилд направился прямо к доку Остину. Старый эскулап сердечно ему обрадовался.
— Конечно, можете осмотреть библиотеку, — пригласил он. — Буду весьма рад. Здесь не так уж много парней, которые ценят книги. Вы хотели что-то конкретно посмотреть? Прошу, располагайтесь!
Он наблюдал, как Хэтфилд выбрал несколько томов по минералогии и металлургии и усмехнулся, когда тот стал листать захватанные страницы.
— Забавная штука, — заметил доктор. — Вы первый человек за десять лет, листающий эти книги. Да, лет десять тому назад хаживал тут один паренек и, бывало, часами трудился над ними, обычно делая пометки на полях. Думаю, они еще сохранились. Да, смотрите, вот одна.
Долго и внимательно Хэтфилд изучал условные обозначения, набросанные карандашом на полях пожелтевших страниц.
— Звали того парня Пэкс… Бэкстер — нет, не так. Дайте-ка подумать. Ага, вспомнил. Его звали Пэкстон! Вот как! Был он старателем и вечно лазил по горам, искал золотишко или еще что. Как-то сдуру спустился в каньон Дьявола. И больше не вернулся. С ним еще ходил один индеец. — проводником. Бог ты мой! Как раз вспомнил! Так ведь вон тот такой-растакой Рябой, что вы ему плечо прострелили, как раз этот самый индеец и есть! Он как-то исчез с глаз долой после того, как Пэкстон пропал в каньоне. А пару лет назад объявился опять и нанялся работать к Анси Маккою. Картежник и, сдается, всегда у него куча денег при себе. Думаю, одна из причин, почему Анси взял его, так это, что он хорошо играет в покер. Старина Анси молится на всякого, кто может хорошо играть в покер, — если не считать Себастиана Гомеса. Слышал, говорили, что Анси всыпал по первое число «Ниггеру» Майку за то, что он сжульничал с вами. Анси не терпит никакого обмана, когда речь идет о картах. Удивительная штука, не правда ли, что я вспомнил о связи «Ниггера» Майка и Пэкстона, когда мы о нем заговорили! Я было совсем забыл, что они вместе ходили. Бедняга Пэкстон… Он был. такой красавчик. И силач, каких не видел. Подковы гнул…
