Домик появился как-то сразу, вырисовавшись в темноте черным силуэтом. Сопровождающий открыл дверь, и, пропустив их вперед, сам остался за порогом.
Как только щелкнул дверной замок, вспыхнул свет. Арика машинально моргнула несколько раз, прежде чем ее слезящиеся глаза смогли что-то различать. Они с Роджером стояли в коридоре, неожиданно длинном для такого невзрачного фасада. Впрочем, в этом коридоре маячила только одна дверь — впереди, в торце. Арика переглянулась с Роджером, и, пожав плечами, пошла вперед. Робот следовал за ней, отставая на каких-то полшага. Оказавшись перед дверью, Арика пару раз стукнула в нее фалангой пальца. Дверь распахнулась внутрь, и девушка оказалась в просторной комнате.
Стандартная обстановка кабинета, в стиле чиновника среднего звена. Если забыть о том, что все, что у подобных чиновников было сделано под дерево, картийский бархат, серебро и гритулийский мрамор, здесь действительно было — деревом, дорогим бархатом, серебром и мрамором, плита которого стоила целое состояние.
Мужчина лет сорока с небольшим, сидящий за столом, чуть приподнялся.
— Добрый вечер, господа!
У Арики от удивления расширились глаза: он был одет в светлый брючный костюм, а из короткого рукава рубашки торчала зарубцевавшаяся культя, кончающаяся локтевым суставом.
«Ничего себе! И ведь даже рубашку с длинными рукавами не считает нужным одевать, не говоря уже о протезе.». В остальном мужчина был чересчур холеным. Ухоженная кожа, отглаженная до малейшей складочки одежда, да еще невыносимо самоуверенный вид вызвали неприязнь. Хотя, не приходилось сомневаться, что основания для самоуверенности у этого типа были.
За спинкой кресла мужчины стояли два молодых человека в строгих и аккуратных, несмотря на лето, костюмах. Впрочем, в помещении атмосфера поддерживалась весьма удовлетворительная.
— Добрый вечер! — ответила Арика, а Роджер отозвался более нейтральным «Здравствуйте.»
Мужчина внимательно глянул на собеседников
— Садитесь, пожалуйста.
Оглянувшись, Арика увидела удобное кресло — одно. Она решительно уселась, сдвинувшись в угол и, взглянув на Роджера, похлопала ладонью по подлокотнику. Тот оккупировал предложенное ему место с заметным изяществом, при этом чуть усмехнувшись.
Мужчина, похоже, оценил их демонстрацию, но исправлять положение не посчитал нужным. Его властный голос наполнил помещение — отнюдь не маленькое.
— Итак, вы владелица вещи, которая меня заинтересовала.
Арика прищурилась и заметила: — По способу вашего приглашения угадать причину было весьма затруднительно.
Девушка, как не раз бывало в критических ситуациях, почувствовала эмоциональный подъем — состояние эйфории, которое она сознательно постаралась не «гасить». Вызвать такое состояние она не могла, но если оно приходило, пользовалась. В подобные минуты Арика не совсем контролировала себя, но зато реагировала на все в несколько раз быстрей и удачней, чем обычно. Правда, после спада ее обычно била дрожь, за которой следовали несколько часов полного упадка сил. Но дело того стоило.
Мужчина гулко расхохотался, потом, внезапно замолчав, отрубил:
— Если бы вы не явились сюда, я посчитал бы, что ваше право владения не подтверждено вашей способностью удержать столь ценное имущество.
— Думаю, одно мое тут появление не является для вас стопроцентным подтверждением моих прав. Хотя я-то их считаю безусловными.
— И что вы можете представить в качестве доказательства?
— Вероятно, вы также можете представить доказательства — со своей стороны, — заметила девушка, — Будем сравнивать?
Арика, с момента входа в дом, держала активированным Умение, и, уловив движение, отдернула руку. В кожу подлокотника вонзилась оперенная стрелка. В ту же секунду она изогнула ладонь и послала импульс боли, подцветив его для большего эффекта зеленоватым сиянием, и неудачливый стрелок, стоящий за портьерами, заорал благим матом. Быстро скрестив запястья на груди, она улыбнулась:
— Пока хватит, э? Кроме того, должна вас предупредить, что как только меня убьют, или если нас попытаются разлучить, там, где окажется Роджер, произойдет маленький взрыв. Метров на двадцать вокруг всего-то и разнесет — мелочи!
Мужчина заметил:
— Если я поставлю условием вашу жизнь…
— Если бы я ее сильно ценила, меня бы тут не было.
— …Взрыва не будет.
Роджер невозмутимо возразил:
— Приказ абсолютно ясен и недвусмысленен. Неподчинение невозможно.
Арика, усмехнувшись, пожала плечами:
— Приоритет хозяина. Вы, вероятно, в курсе, что этот самый приоритет уже однажды почти привел его к смерти. Причем процесс этот был медленный и неприятный. Мой вариант более милосерден, и совесть меня не мучает. Кроме того, извините, пожалуйста, я абсолютно не понимаю вашей заинтересованности в Роджере. — Подавшись вперед, Арика прищурилась. — Его сделал интеллигент, навтыкавший внутрь столько запретов, что для вас Роджер просто бесполезен. Даже в качестве красивого слуги он проживет у вас не больше месяца, потому что будет наблюдать за вашими манипуляциями — оградить вы его не сможете — и разрушаться. Если же вы его прочите на роль воспитателя вашего наследника — это тоже не лучший выбор — вряд ли вам понравится то, что вырастет в результате. Впрочем, это так, размышления на тему. Поскольку они слишком далеки от реальной ситуации, — Арика вновь откинулась на спинку кресла.
— Вы весьма красноречивы, — заметил мужчина. — И весьма уверенно лжете.
Девушка усмехнулась:
— Если это сказал маг, который стоит вон там, — она небрежно махнула головой в сторону одной из занавесей, — то лучше подыщите более искусного.
В эту минуту в зал вошел еще один мужчина. Он выглядел лет на пять-семь старше Арики и был смазливо-красив — в сравнение с ним Роджер казался грубым.
Арика, быстренько сообразив, что к чему, бросила встревоженный взгляд на Роджера. Она не представляла, какую реакцию может вызвать появление Бэтиана, но ничего хорошего не ждала.
Бэтиан подошел к вставшему Роджеру и хотел взять его за подбородок, но Арика, предугадав его действие, ударила болью, и мужчина с проклятием отскочил, тряся кистью в воздухе.
Девушка, тоже встав, процедила, глядя разъяренному Бэтиану в лицо:
— Я очень не люблю, когда дают волю рукам. И любое действие, направленное против моего слуги, считаю направленным против себя.
Однорукий, так и не удосужившийся представиться, вновь расхохотался. Вдруг Арика, уловив резкое движение, отшатнулась назад и попыталась оттащить Роджера. Она не успела бы — но угроза была направлена отнюдь не против них. Бэтиан, не меняя своего удивленного выражение лица, осел на пол. Кровь залила светлую щегольскую одежду и удивительно быстрыми ручейками стала разливаться по мраморному полу. Глядя под ноги, Арика невольно сглотнула, справляясь с тошнотой. И, сообразив, что Роджер должен себя чувствовать еще хуже, в ужасе перевела на него взгляд. Робот повернул голову, показывая, что в состоянии двигаться, но жест был настолько механическим, что девушка, забыв про осторожность, с холодной яростью взглянула на однорукого. Похоже, он решил на практике проверить характеристику Роджера — другой причины случившемуся Арика найти не могла. Тот откровенно усмехался, и она, не раздумывая, кинула болевой посыл, на этот раз не удосужившись подсветить его.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
