Читаем без скачивания Искусство значимости - Дэн Кларк

Методы дисциплинарного взыскания и наказания тесно связаны с нашим восприятием и отношением к самим себе. Если мы ограничиваемся наказанием в строгом соответствии с законом, то тем самым дистанцируемся от нарушителей, как бы говоря: «Они не такие, как я». Мы не принимаем их потому, что в глубине души не принимаем стороны самих себя, которые побуждают нас совершать дурные поступки и не делать того, что должно. Мы подавляем эти стороны, скрываем их, старательно поддерживаем иллюзию своей идеальности. Но когда мы проявляем милосердие, то принимаем даже кажущиеся на первый взгляд уродливые, менее благородные и достойные экземпляры человечества – и проявления самих себя. Это и есть высший путь.

Данное утверждение хорошо иллюстрирует один из моих рассказов, написанных в тринадцатилетнем возрасте. Моя семья и я очень гордимся этим рассказом и постоянно пересказывали его на протяжении многих лет, пока не напечатали на поздравительной открытке, а затем в моей первой книге в 1983 году. Впоследствии она была включена в серию «Куриный суп для души» («Chicken Soup») в качестве иллюстрированной детской книги и легла в основу удостоенного награды фильма Рона Краусса с покойным Джеком Леммоном в главной роли. Музыку для фильма написал лауреат премии «Оскар» Элмер Бернстайн, а одну из ролей, ставших первой его ролью в кино, сыграл десятилетний актер Джесси Джеймс (снявшийся затем во многих других картинах, включая «Перл-Харбор» и «Лучше не бывает»).

Владелец магазина прикрепил на дверях табличку с надписью «Продаются щенки». Подобного рода объявления были призваны привлекать внимание детей, и вскоре, как и следовало ожидать, в магазине появился маленький мальчик.

– Сколько стоят ваши щенки? – полюбопытствовал он.

– От 35 до 50 долларов, – ответил владелец магазина.

Мальчик достал из кармана какую-то мелочь.

– У меня есть 2 доллара 37 центов, – сказал он. – Могу я посмотреть на щенков?

Владелец магазина, улыбнувшись, свистнул. Из будки выскочила Леди и побежала по проходу, а за ней выкатились пять крошечных комочков шерсти. Один щенок хромал, заметно отставая от своих собратьев. Мальчик тут же заметил это и спросил:

– Что с ним такое?

Владелец магазина объяснил, что, по словам ветеринара, который обследовал щенка, у того отсутствует вертлужная впадина, поэтому собака навсегда останется хромой. Мальчик радостно воскликнул:

– Я хочу купить этого щенка.

На что продавец заметил:

– Не надо покупать. Я подарю его тебе.

Мальчик сердито взглянул в глаза взрослому и возразил:

– Нет, не нужно мне его дарить. Этот щенок стоит не меньше, чем все остальные, и я заплачу полную цену. 2 доллара 37 центов я отдам сейчас и каждый месяц буду приносить по 50 центов, пока полностью с вами не рассчитаюсь.

Владелец магазина предпринял еще одну попытку переубедить маленького покупателя.

– Да не нужен тебе этот щенок. Он никогда не сможет бегать, прыгать и играть с тобой, как другие щенки.

Услышав эти слова, мальчик нагнулся, закатал штанину и показал продавцу изуродованную, искривленную левую ногу с огромной металлической скобой. Посмотрел вверх и тихо сказал:

– Я тоже не очень хорошо бегаю, а маленькому щенку нужен тот, кто его понимает.

Очень важно научиться принимать собственные недостатки и несовершенства, с тем чтобы принимать чужие. Прежде чем мы сможем принять других с их слабостями, изъянами и ограничениями, прежде чем поможем им подняться на одну ступеньку вверх, мы должны приложить все усилия, чтобы стать именно тем, кем должны. Это автоматически вынуждает нас давать окружающим некоторую поблажку и принимать их такими, какие они есть, поскольку мы и сами знаем не понаслышке, как тяжело всегда поступать правильно.

Аутентичность

Мы должны стремиться стать аутентичными существами, если не хотим терять надежду на истинное глубокое принятие. Понятие аутентичности исследовали многие авторы, если вкратце, она означает быть настоящим, не упускать текущий момент, оставаясь открытым и уязвимым и привнося в свою жизнь самодисциплину и любовь к себе. Аутентичность в числе прочего предполагает активное принятие себя, демонстрацию готовности спокойно мириться со всеми качествами, которые делают нас уникальными и неповторимыми, включая несовершенства и ограничения.

Аутентичность позволяет нам становиться успешными учителями и наставниками, поскольку благодаря ей мы служим убедительным и позитивным примером для остальных. Наши сердца смягчаются, а мы сами с большим удовольствием играем со своими детьми, развитие и рост которых зависят от нас. И в бизнесе, и в семейной жизни значимые личности являются аутентичными людьми, которые замечают, прощают и обучают других, вместо того чтобы наказывать и осуждать. Они поощряют рост окружающих людей, поскольку непрерывно совершенствуются сами.

Аутентичные люди не судят окружающих также и потому, что понимают непредсказуемую нелинейную природу роста. Траектория развития большинства из нас напоминает известный цикл роста китайского бамбука, речь о котором шла в главе о втором законе: никаких признаков роста в течение первых восьми лет, а затем тридцать метров за четыре месяца. Не видя общей картины, многие из нас тормозят такой рост, уступая и сдаваясь в первые пять лет в разных жизненных аспектах, поскольку не достигают «самого лучшего» статуса по сравнению с теми, кто очевидно растет и совершенствуется. И по мере роста мы умаляем достоинства остальных, в особенности находящихся на более низком уровне развития, не осознавая того, что завтра они вымахают на тридцать метров вверх! Теперь видите, что самое лучшее не настолько важно, как об этом повсюду трубят?

Величайший

Есть и еще одна причина, объясняющая, почему нам не стоит судить тех, кто занимает более низкую ступеньку развития: какими бы достижениями мы ни могли похвастаться, как человеческие существа мы все равно остаемся несовершенными. Этот урок я усвоил во время визита к американскому герою, великому боксеру Мохаммеду Али, который прекрасно понимал закон принятия. Урожденный Кассиус Марселлус Клей, родившийся в Луисвилле, Кентукки, Али рос в культурной и социальной атмосфере, где к афроамериканцам относились как к людям второго сорта. Все общественные удобства в городе были сегрегированы, и афроамериканцы были слугами и бедным рабочим классом. Им светила в лучшем случае должность священника в церкви или учителя в школе только для черных. Но молодой Кассиус строил большие планы. Он знал, что собой представляет, отказывался мириться с такой судьбой и в попытках дать выход своему неудовлетворению открыл для себя бокс.

Впервые участие в официальном боксерском матче юный Кассиус принял в двенадцать лет и победил. Хотя он весил всего сорок килограммов, принялся прыгать и кричать: «Я самый лучший. Я стану величайшим боксером в мире». Многие годы спустя его одноклассник вспоминал: «Мы вместе учились в начальной школе, и тогда Кассиус ничем не выделялся среди остальных ребят. Все толкаются, время от времени возникают обычные драки. Иногда он одерживал верх, иногда терпел поражение. Поэтому, когда ему предстояло драться с Сонни Листоном за звание чемпиона мира в тяжелом весе, мы все смеялись, приговаривая: „Да он даже в районе не всех победил. Куда ему стать чемпионом мира?!“»

Кассиус Клей выиграл матч, принял мусульманство и стал Мохаммедом Али, но из-за его отказа проходить службу в армии США по религиозным соображениям был лишен всех титулов. По возвращении в бокс он еще дважды завоевал звание чемпиона.

В подростковом возрасте я принимал участие в ежегодных любительских боксерских матчах «Золотые перчатки» и считал Али своим кумиром. Я подражал ему во всем: от шнурков на кроссовках до фирменных приемов и ударов. Обладая быстрыми руками и желанием всех одолеть, я прославился как «Большая белая надежда». Мохаммед Али был моим кумиром, и я мечтал встретиться с ним лично.

В 1988 году я выступал перед студентами университета Эндрюса в Берриен-Спрингс, Мичиган, когда случайно обнаружил, что там как раз жил Мохаммед Али. Врачи совсем недавно диагностировали у него болезнь Паркинсона, и недуг еще не успел отнять у него речь и ловкость рук. Я попросил двух джентльменов, показывающих мне город, захватить фотоаппарат и подвезти меня к дому Али. С бешено стучащим сердцем я позвонил в дверь. На пороге показалась женщина и поинтересовалась, чем она может мне помочь.

– Скажите, Мохаммед дома? – спросил я.

– Могу я узнать, кто его спрашивает?

– Конечно. Дэн Кларк, – робко ответил я.

Она скрылась в глубине дома, и через несколько секунд дверной проем заполнила внушительная 190-сантиметровая и 100-килограммовая фигура чемпиона мира. Мохаммед улыбнулся мне своей знаменитой улыбкой и пригласил войти мягким голосом с придыханием. Я попросил разрешения пригласить и своих друзей и свистнул им, предлагая зайти.