Но тут в стройной картине боя произошли неожиданные изменения.
Наместник короля Файра в северных провинциях находился в самом центре своей гибнущей армии, окруженный отрядом в три десятка пехотинцев. Телохранители еще не успели войти в соприкосновение с врагом, но они уже не в силах были повернуть ход сражения.
Сомкнувшись вокруг низкорослого толстяка, воины в длинных одеждах и глухих шлемах мрачно наблюдали картину агонии, опираясь на тяжелые двуручные секиры. Вокруг них метались дворяне Д'Алви, азартно рубящие чизпекских пехотинцев, пролетали стрелы, которые пускали через головы атакующих лучники мятежников — телохранители оставались ко всему этому безучастными.
Вдруг странная дрожь прошла по рядам молчаливых воинов. Они словно получили невидимый сигнал со стороны и ожили. Забрала шлемов полетели в сторону, на землю соскользнули длинные плащи, взметнулись тяжелые топоры, и над полем пронесся грозный охотничий клич Волосатых Ревунов.
Более всего он напугал союзников. Многие пехотинцы Чизпека шарахнулись в стороны, когда три десятка лемутов врезались в ряды воинов Лучар.
Кто бы ни был дрессировщиком, подготовившим этих бойцовых животных к боям, он крепко знал свое дело. Могучие звери, мерно работая секирами, вмиг разметали противостоящих им флоридян.
Жители Лантического побережья давно не видели перед собой лемутов, верных рабов мастеров Нечистого. Испуганные видом оскаленных клыкастых пастей, окровавленными топорами и жутким воем, хопперы начали сбрасывать своих седоков и спасаться бегством.
Из дальнего леса, откликаясь на клич Ревунов, появилась стая гигантских собак, Псов Скорби. Испустив не менее впечатляющий вой, они галопом ринулись на войско Лучар.
— А вот и Нечистый, — мрачно сказал Артив, поднимая к губам сигнальный рог и отдавая приказ к отступлению.
Стоявший рядом командир му'аманов воскликнул, потрясая саблей:
— Командор, в чем дело? Мы раздавим эти несколько десятков шелудивых псов и дрессированных мартышек! Сколько их мы перебили при мятеже Черного Герцога и во Флориде?
— Кто знает, сколько еще лемутов прячется в этих лесах, — сказал Артив, хмуро наблюдая, как откатывается его армия, оставив посреди поля несколько сотен врагов, счастливо избежавших гибели и пленения. — Я должен взять столицу, а не рисковать войсками.
Му'аман понурил голову, исподлобья следя за маневрами врага. Вскоре лицо его озарилось хищной радостью.
Если осторожный маршал не собирался зря терять солдат, то руководитель войск Нечистого имел совершенно другое мнение по этому поводу. Едва дав возможность остаткам полка оправиться, а лемутам вскочить на спины своих собак, он повел отряд на прорыв к столице.
— Ну, вы сами напросились! — взревел Артив, нахлобучивая на голову шлем.
Разбрызгивая грязь высокими сапогами, он тяжело побежал по полю к своим войскам. Рядом с ним несся, молчаливый как смерть, командир му'аманов.
Они достигли своего войска одновременно с лемутами. Верховые лемуты атаковали мятежников с самоубийственной яростью.
Ни громадные собаки-людоеды, ни рыжие бабуины, размахивающие топорами, не собирались оставаться в живых. Бешеная злоба и стальная воля мастеров Нечистого гнала их вперед, в самую гущу неприятельских солдат.
При поспешном отступлении ряды мятежников смешались. Командиры потеряли управление войсками. В воцарившемся хаосе метались воины Зеленого Круга, словно спущенные с цепи демоны из самых черных глубин ада. Каждого из них мало было убить: до тех пор, пока Псы Скорби или Ревуны не оказывались в буквальном смысле изрубленными на куски, они продолжали кидаться на врага. Эта обескураживающая бесноватая смелость причиняла войскам Лучар больше урона, чем могли бы нанести целые полки Файра.
— С этим мы еще не сталкивались, — хрипло выдохнул Артив, снося голову бросившемуся к нему Псу.
Упавший на землю Ревун, в спине которого торчали две стрелы, встал на четвереньки, неловко скакнул в сторону командора и взмахнул обломком топора.
Артив скорее оскалился, чем улыбнулся. Он наступил сапогом на ладонь лемута, дробя пальцы и заставляя отпустить обломок. Но бабуин, рыча и плюясь во все стороны кровавой пеной, попытался укусить его за ступню.
— Силы небесные! — Маршал впервые в своей жизни был вынужден добить мечом поверженного врага.
— Случись на поле боя сотен пять таких психованных мартышек, и нам пришлось бы туго, — вынужден был признать командир му'аманов.
— Видно, на такой эффект и рассчитывал тот, кто ими командует, — скрипнул зубами маршал, снимая шлем и зло глядя на опушку леса.
Там в поле выезжали две сотни верховых лемутов, потрясая в воздухе оружием и оглашая окрестности заунывным воем.
Тридцать «телохранителей» северного наместника пали, как и их чудовищные собаки. Шедший на прорыв полк Чизпека медленно сбивался в штурмовую колонну.
— Если они кинутся, — сквозь зубы произнес Артив, указывая на лемутов у леса, — придется пропустить в город людей. Разделять войско на две части опасно.
— И тогда осада затянется, — буркнул му'аман.
— Скольких солдат мы потеряем, пока расправимся с Ревунами? — Артив смотрел на мертвых флоридян и дворян, попавших под сумасшедшую атаку бойцов Нечистого.
— Так что же, отступить? — Му'аман, небывалое дело, вытер окровавленную саблю полой своего белого одеяния и несколько раз взмахнул клинком, разминая кисть.
— Нет, — Артив вновь нахлобучил шлем. — Столица получит подкрепление и сможет выдержать штурм. А Нечистый будет подтягивать и подтягивать свои части в эти леса. Тогда нам придется отступать.
— А отступать, собственно, некуда, — ответил му'аман, бешено вращая саблей. — Сначала появились корсары в сопровождении крейсера Нечистого, теперь вот лемуты. Или мы закончим войну в ближайшие дни, или Зеленый Круг раздавит нас в лепешку.
— Согласен. — Артив коротким сигналом созвал к себе командиров отдельных подразделений, моля Вечные Небеса, чтобы солдаты врага не кинулись бегом к столице, а лемуты на собаках — в очередную сумасшедшую атаку.
Однако на этот раз противник оказался не столь резвым. Воины из Чизпека двигались медленно, словно не веря в то, что город так близок, а они все еще живы. Ревуны, в свою очередь, кружились на самой границе леса.
Маршал построил войска в огромный квадрат с пустым центром. Внутри строя находились легконогие му'аманы, лучники и немногочисленные дворяне на хопперах. Ощетинившись копьями, армия мятежников ринулась через поле к войскам северного наместника Файра.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
