Читаем без скачивания W&H (СИ) - "Тринадцатая Причина"

Миссис Аддамс кивнула им и пошла на выход из Невермора, Пагсли и Уэнсдей последовали за ней. Дочь Аддамсов лишь успела бросить на Гарри красноречивый взгляд, но что конкретно он означал — было непонятно.

— Если бы я женился на подобной женщине, мать бы простила мне все прошлые грехи, — ни к кому конкретно не обращаясь, произнёс Сириус. — И будущие тоже

Гарри промолчал. Он не разбирался в том, какую девушку сочли бы родственники его крёстного достойной для продолжения их рода.

— Давай доедим, — пробормотал Сириус.

Гарри в это время думал немного о другом.

— Может, мы сможем им помочь?

— Гарри, — Сириус развернулся, глаза его были серьёзными, — прекрати брать на себя все проблемы этого мира.

— Но…

— Никаких но. В этой ситуации мы ничего сделать не можем и лезть не должны, — твёрдо сказал Бродяга. — Уверен, Аддамсы сами справятся со скелетами в своих шкафах. Всё, что мы могли сделать, — это предложить помощь, не больше.

Гарри недовольно что-то пробурчал. Семья Уэнсдей была ему симпатична. Да, возможно столь явное проявление эмоций на публике — какое демонстрировали Мортиша и Гомес — его смущало, но он верил в их любовь. И верил в их искренние чувства к своим детям. Когда-нибудь он хотел бы достичь подобного взаимопонимания со своей будущей супругой.

Спорить с крёстным по вопросу Аддамсов Гарри не хотелось совершенно, так что он смирился, пусть и далось ему это с трудом: порой комплекс героя не давал ему нормально жить.

Через полчаса обед благополучно закончился, хотя настроение, что у изгоев, что у Сириуса с Гарри, было не таким уж и хорошим — в основном из-за произошедшего с Гомесом. Но жизнь не вертится только вокруг семейки Аддамс, так что люди разбрелись по округе кто куда и снова начался более-менее весёлый галдёж.

Гарри провёл для Сириуса небольшую экскурсию по школе. Бродяга каждый раз забавно качал головой, когда его крестник показывал что-то из маггловских технологий, которые успели ускакать далеко вперёд, пока он сидел в Азкабане. Они заглянули и в комнату Гарри, где оказался Кент, с которым он познакомил Бродягу. Через десяток минут они напоролись на одинокого Ксавьера, к которому никто не приехал, так что художник коротал время наедине со своим скетчбуком. Они втроём разговорились, и, кажется, Торпу понравился Сириус. По крайней мере, Ксавьер поддерживал лёгкий трёп с интересом. Хотя, что уж тут говорить, Бродяга при желании мог и самого Дьявола очаровать.

Сириус и Гарри успели посетить пасеку, которая выглядела покинутой и одинокой, остро реагируя на отсутствие Юджина.

— Никогда не думал, что ты станешь пчеловодом, — прокомментировал Сириус, рассматривая стройные баночки с мёдом.

— «Жужжащие» был единственным клубом, где находился только один участник. Потом нас стало трое: я, Юджин и Уэнсдей. Ты же говорил, что надо не привлекать к себе внимания, вот я и подумал… — попытался объяснить свой выбор Гарри.

— Да ладно, так и скажи, что хотел ничего не делать, — подколол его Бродяга. — Сомневаюсь, что ты прилежно ухаживаешь за пчёлами.

Гарри всеми силами попытался опровергнуть слова крёстного, но получалось у него это из рук вон плохо, судя по собачьему фырканью на каждый аргумент.

День проходил лучше, чем того ожидал Гарри, но всё равно потихоньку клонился к концу.

Они медленно шли по одной из множества лесных тропинок, направляясь в сторону поляны, где сейчас проходил пикник, организованный администрацией школы. Они и не собирались заходить на луг — просто прогуливались рядом.

Разговор шёл о семье Сириуса. Бродяга поведал о славных (больше в негативном ключе) временах Блэков. Он сам был воспитан на таких рассказах своей невероятно суровой, по его же словам, матери. Блэки были многочисленны, сильны и внушали почтение каждой из магических семей магической Британии. Семейное древо ветвилось, разрастаясь вширь, пока не стало редеть. Первые из двадцати восьми стали угасать. Они потеряли связь со всеми родственниками из других стран, а частые браки между состоявшими в родстве друг с другом чистокровными семьями привели к печальному исходу.

— Безумие, мрак и смерть, — равнодушно подвёл итог своему рассказу Сириус. — И остался только я, послед… — Он резко замолчал, прислушиваясь.

Гарри остановился. Он ничего не слышал, зато вскоре увидел: по тропинке, ведущей с луга, где как раз и проходил пикник, к ним навстречу быстрым шагом направлялась Инид. Девушка, как всегда, была одета в разноцветные тряпки с превалирующим розовым цветом. Только Инид не улыбалась, а зло смахивала слёзы с глаз.

Завидев их, подруга Гарри застыла на секунду, но потом подошла и первой поздоровалась. В ответ Гарри познакомил её с Сириусом, обозначив его как своего отца. Они не стали задавать вопросы по поводу слёз Инид, за что она была благодарна.

— А вы на пикник? — поинтересовалась она с присущей ей непосредственностью.

— Нет, просто прогуливаемся, — ответил Гарри.

— Присоединишься? — Сириус заразительно улыбнулся, и оборотень несмело улыбнулась в ответ.

— Если не помешаю, — скромно потупилась Инид, что на неё совершенно не было похоже.

— Не помешаешь, — уверенно заявил Бродяга, — так будет даже веселее, да, Гарри?

— Конечно, — сказал Гарри и кивнул, поддерживая их собственной улыбкой. Всё казалось таким, каким и должно было быть.

Дальше путь продолжали втроём. Сириус много шутил, улыбался и рассказывал весёлые истории из жизни, опуская некоторые магические моменты. Инид совсем не ожидала такого от отца своего друга и иногда кидала нечитаемые взгляды на Гарри.

Под напором весёлого Сириуса хандрить становилось невозможным, и Инид, не выдержав, стала такой же, как и всегда. Она много рассказывала о Неверморе и изгоях, а в ответ расспрашивала об Англии. Уже через пять минут она впервые — очень несмело — назвала Бродягу по имени, зато через десять спокойно обращалась к нему только как к Сириусу и никак иначе. Он перестал казаться ей старше. Девушка видела перед собой не умудрённого жизнью человека, а такого же молодого парня, лишь по ошибке угодившего во взрослое тело.

— Нравится какой-нибудь мальчик? — неожиданно спросил Сириус. Пока до замерших в ступоре мозгов ребят доходил вопрос, Бродяга хлопнул своего крестника по плечу. — Смотри, какой у меня сын. Настоящий герой, да и симпатичный вроде, а?

Гарри и Инид моментально залились краской с головы до ног.

— Я-я-я… — Инид начала заикаться, совсем не зная, как отвечать. Мозг выдавал только какую-то белиберду или фатальные ошибки.

— Отец… — змеёй зашипел Гарри, едва не назвав крёстного по имени. Он был чрезвычайно смущён и растерян.

Наблюдавший за их лицами Бродяга захохотал от всей души, неосознанно добавляя лай и подвывания. Для посторонних людей искренний смех Сириуса казался странным, но Инид как будто слышала в этих звуках что-то своё. Она всё ещё была смущена, но глаза её странно блестели, когда Инид смотрела на Бродягу.

Ещё несколько минут Гарри и Инид не могли смотреть друг на друга, чтобы не начать краснеть.

Гарри ругал себя в мыслях. Он ведь сражался с тёмными волшебниками, много раз едва не погиб, а теперь смущался от какой-то глупой шутки.

Подходя ближе к реке, они всё так же непринуждённо общались между собой, перебрасываясь шутками и историями. Затем Инид замерла, к чему-то прислушиваясь, а через секунду остановился и Сириус. Гарри в непонимании завертел головой, но до него доносились звуки курлыканья каких-то птиц на ветке, да шелест листьев на деревьях. Зато он практически ощущал, как его крёстный и подруга напрягают свои уши.

— Это петарда? — наконец спросил Сириус у Инид, а она в ответ отрицательно покачала головой.

— Граната Ф-1, — безошибочно определила она, услышав повторный взрыв не так далеко.

Гарри в удивлении вздёрнул брови, смотря на подругу, затем перевёл взгляд на крёстного, встретив у него в глазах такое же изумление.

— Посмотрим? — вдруг весело спросил Бродяга, улыбаясь как в то время, когда ему самому было лет семнадцать.