Вполне довольный проведенным днем, лорд Хейвуд сказал:
— Мне кажется, что мы достаточно сегодня поработали, поэтому я предлагаю отдохнуть немного, пока не сойдет жара, а затем мы пройдемся по саду.
— Эта идея мне нравится, — кивнула Лалита.
— Я бы хотел показать вам место, где моя мать однажды пыталась создать красивый уголок, — сказал лорд Хейвуд. — Правда, я боюсь, что сейчас все заросло сорняками, но там должны сохраниться небольшие фонтаны и пруды, где когда-то плавали золотые рыбки. Возможно, когда-нибудь мы сможем восстановить все это в том виде, как было раньше. Я тогда был еще мальчишкой, но помню, как все это было красиво.
Он сказал не подумав и, лишь когда поймал на себе внимательный взгляд огромных голубых глаз, понял, что его планы на будущее подразумевали, что Лалита пробудет здесь достаточно долгое время.
«Я не должен обнадеживать ее», — подумал он с горечью.
— Это действительно должно быть замечательно, — согласилась девушка. — И у меня тоже есть кое-что показать вам, если останется время.
— Что же это?
— Несколько рисунков. Я нашла их в ящике стола в комнате, которая, мне кажется, известна как Геральдический зал. Они чрезвычайно интересны и могут оказаться весьма ценными, если выполнены достаточно известным художником.
— Мне бы хотелось взглянуть на них, — заинтересовался лорд Хейвуд.
— Они настолько хороши, что, я уверена, вы не захотите с ними расстаться, — продолжала Лалита. — Мне кажется, их стоит вставить в рамки и повесить на стены.
— К сожалению, я неважно разбираюсь в рисунках, — признался лорд Хейвуд. — Но мы можем показать их оценщику из фирмы «Кристи», когда он приедет сюда. Помните, я говорил вам о нем?
Картер подошел к нему с бокалом портвейна, но он жестом показал, что не будет пить.
— Я очень скоро растолстею. Картер, если ты будешь так хорошо меня кормить. Кстати, это напомнило мне — ты, должно быть, истратил уже все деньги, которые я тебе дал. Полагаю, ты начал брать продукты в долг, а ведь я тебе это категорически запретил!
При этих словах Картер и Лалита обменялись тревожными взглядами, которые лорд Хейвуд, к счастью, не заметил.
— Так уж вышло, милорд, — сказал Картер. — Я просто ждал приезда вашей светлости, чтобы попросить у вас одну-две гинеи.
Лорд Хейвуд засунул руку в карман.
— У меня сейчас есть с собой эти деньги, — сказал он. — И смотри, ты должен платить реальную цену за все, что берешь у крестьян.
— Я так и делаю, милорд, — поклялся Картер.
— Не забывай об этом! — настойчиво повторил лорд Хейвуд.
Решив, что эта тема исчерпана, он направился к двери.
Лалита с облегчением вздохнула.
Было совершенно очевидно, что он не имел ни малейшего представления, сколько они с Картером уже истратили на еду, которую лорд Хейвуд находил такой вкусной.
Не желая, по понятным причинам, возвращаться к этому предмету, Лалита оживленно заговорила о рисунках, которые хотела бы ему показать. В кабинете она достала папку и, вновь устроившись в своей излюбленной позе, на скамеечке возле его ног, принялась раскладывать листы с рисунками так, чтобы лорд Хейвуд мог их увидеть.
— Взгляните на этот! — говорила она. — Какая тонкая работа!
— Мне кажется, это должен быть вид Рима, — сказал лорд Хейвуд, внимательно разглядывая рисунок. — И он, без сомнения, выполнен рукой большого мастера.
— Именно так я и подумала. А вот посмотрите на этот. Хотя я никогда не была там, но уверена, что это вид Парижа.
— Действительно! — согласился с ней лорд Хейвуд. — И я даже помню, что был однажды именно в этом месте.
— С кем? — невольно вырвалось у девушки.
— Мне кажется, я слышу подозрение в вашем голосе? — Он усмехнулся. — Я был там со сварливым старым генералом, который так много выпил за обедом, что с трудом держался на ногах даже с моей помощью.
— Как неромантично!
Лалита откинула голову и звонко рассмеялась.
И в этот момент дверь отворилась, и смех мгновенно замер у нее на устах.
В комнату вошла, словно видение из другого мира, самая прекрасная женщина, которую она когда-либо видела в своей жизни.
На красавице была накинута зеленая ротонда из сверкающего шелка, на голове — прелестная шляпка со страусовыми перьями того же цвета. Она была так восхитительна, так неотразима, что в первый момент Лалита подумала, что перед ней актриса.
При виде гостьи лорд Хейвуд поднялся, и девушка услышала, как он чуть слышно произнес:
— Ирен!
«Так вот она какая, — с невольным смятением подумала Лалита, — знаменитая леди Ирен, о которой так нелестно отзывался Картер и с которой, по его словам, лорд Хейвуд был рад расстаться, уезжая из Парижа».
Леди Ирен обвела взглядом комнату. На ее ярко-красных губах играла вызывающая улыбка, глаза сверкали под сильно накрашенными длинными ресницами.
Однако ее улыбка медленно погасла, когда она взглянула сначала на лорда Хейвуда, затем — на Лалиту.
— Как ты мог, Ромни, приехать в Лондон и даже не навестить меня? — спросила она довольно резким тоном. И, еще раз взглянув на Лалиту, добавила:
— Кто это? И что она здесь делает?
В последних словах красавицы сквозила бешеная ярость, которую та едва сдерживала.
Лалита поднялась на ноги. Леди Ирен подошла ближе, и девушка увидела открытую враждебность в ее взгляде.
И в следующую секунду Лалита приняла почти безотчетное решение. Она должна спасти лорда Хейвуда от этой женщины.
Девушка не думала в этот момент о себе. Она беспокоилась только о нем, так как понимала, что, обнаружив их здесь вдвоем, леди Ирен может поднять такой скандал, который нанесет ощутимый вред лорду Хейвуду.
Действуя импульсивно, словно по наитию свыше, Лалита подошла к леди Ирен и протянула ей руку.
— Полагаю, — сказала она с улыбкой, — вы леди Ирен Давлиш. Я давно хотела с вами встретиться, ведь я столько слышала о вас от своего… мужа.
После слов Лалиты в комнате повисла напряженная тишина. Девушка почувствовала, как лорд Хейвуд и леди Ирен застыли от изумления, словно каменные изваяния.
Затем леди Ирен переспросила:
— Вы сказали… вашего мужа?
Лалита не смела взглянуть на лорда Хейвуда и не сводила глаз с лица женщины, стоящей прямо перед ней.
— Да… мы… поженились недавно, — ответила она, — но, видите ли, мы держим пока в тайне это событие, потому что я… ношу траур по своему дедушке. Но я уверена, что вы все понимаете и не станете никому ничего говорить до тех пор, пока мы не сможем объявить об этом так, как полагается.
— Поженились! — воскликнула леди Ирен, и это слово эхом прокатилось по комнате.
Она шагнула вперед и оказалась лицом к лицу с лордом Хейвудом.
