Читаем без скачивания Киллера заказывали? - Борис Бабкин

– Ты думай, о чем базаришь! – с угрозой проговорил Пахан. – Про это никто вякнуть не может, с любого спрошу!

– Жива в тебе еще удаль молодецкая! – засмеялся Баптист. – Но теперь давай серьезно гутарить. Бумажки, которые убиенный Слава Лапин своему братцу отослал, надобно найти. И не потому, что, если они к ментам попадут, всем мало не покажется, а для того, это главное, чтоб московских за горло взять. И тогда во главе всего окажемся мы. Я тебя подставлять не буду, ежели ты, конечно, мне подлянку не подстроишь или замочить не попытаешься, с тебя станется. Но вот кадрами ты зазря раскидываешься. Худой сейчас очень даже нужен, а ты его чуть ли не врагом объявил. Зря. Но уж сделанного не воротишь. В общем, вот что, Гоша, кто-то нам войну объявил. И бьет по выбору. Поварова хлопнули, Илью и Веньку. И нагло бьет, гад, с предупреждением, да еще ментов вызывает.

– Чего? – не понял Пахан.

– Закрой чевокалку, – вздохнул Баптист, прошел к бару и достал бутылку коньяка. – Армянский пьешь? – усмехнулся он. – Скажи своим, чтоб баньку истопили. – Баптист сел в кресло, взял шоколадку.

– Фрукты в холодильнике, – сказал Пахан, – как ты любишь, замороженные.

– Насчет баньки распорядись. – Открутив пробку, Баптист сделал два глотка из горлышка. – А мужикам своим сегодня отбой дай. Только прежде пошли шестерок, нехай во дворе у задних ворот в кустах пошарят, там твои фраера пушки побросали. Ништяк менты не стали шмон делать, а то бы уплыл ты за хранение пушечек. Остальным скажи, чтоб завтра к вечеру подтянулись, базар очень серьезный имеется. А твои боевики пусть на стреме будут. Чего от тебя менты-то хотели?

– Привет! – кивнул Ломовик вышедшему из подъезда Худому.

Отпрянув к стене, тот сунул руку за ремень сзади.

– Не лапай пушку. Хотели бы мочкануть, уже кровью умылся бы. Просто перебазарить нужно.

– Да вроде как не о чем нам с тобой базарить, – не разжимая пальцев на рукоятке „ПМ“, сказал Худой.

– Еще как есть! Садись, – Ломовик кивнул на машину, – отъедем и почирикаем.

– Я ж говорю, – скользнув взглядом по сторонам, отозвался Худой, – интересы у нас разные, и базарить нам не о чем.

– Да не бойся ты, – усмехнулся Ломовик, – не трону.

Стиснув челюсти, Худой подошел к задней дверце джипа и сел.

Ломовик устроился рядом с водителем.

– Покатили в центр, к бару нашему.

Услышав про бар, Худой облегченно вздохнул.

– А кто он? – спросил, разливая водку, Каштан.

– Из Москвы, – отозвался нарезавший колбасу Пингвин. – Из-за него Пахан и собирал нас. А с какого хрена к нему менты вдруг сунулись? – Он посмотрел на Шустрого.

– Видать, светанулся где-то, – пожал плечами тот. – Правда, тачка ментовская одна была. Видно, что не брать приехали. А мы там волыны побросали. Вот если бы мусора шмон начали делать, хана бы Пахану.

– Да и неплохо было бы, – поставив на стол вазу с фруктами, сказал Пингвин. – Мне он, например, уже давно поперек горла, как кость рыбья, достал.

– Это точно, – согласился Каштан. – Я с братвой базарил, некоторые сомневаются, что Пахану корону надевали. Да и вообще…

– Слышь, мужики, – сказал Шустрый, – мы из-за Пахана в дело с лесом влезли. Бабки клевые маем, а вы недовольны. Кто он – это его головная боль. Нам никто ничего по этой части предъявить не может. Пахан не лезет никуда и судьбы не решает. С ним считаются. В общем, зря вы…

– Да можно все это иметь, – перебил его Каштан, – и еще прибавить. Ведь Пахан самый жирный кусок забирает. И дела какие-то у него с москвичами. Все делаем мы, а он бабки мает. Например, я буду крутиться сам на сам. И добазариваться с московскими деятелями тоже буду сам. И бабки пусть мне дают. К черту этого Пахана!..

– Интересно, почему Баптист не укатил с нами? – спросил Пингвин. – Ведь там мусора, а ему начхать. Странно…

– И насчет Пахана он что-то намеками базарил, – поддакнул Каштан. – Надо будет перетереть с ним. Если что знает про Пахана, пусть выкладывает.

– А мне, например, с Паханом в кайф дела крутить, – усмехнулся Шустрый. – Мы же ничем не занимаемся, а бабки идут.

– А сколько он себе в карман кладет? – зло спросил Пингвин. – В общак тоже не все доходит. Мне тут мужики говорили, что в общак Пахан отстегнул около двадцати кусков. А давали тридцать. Помните, наверное?

– Да как не помнить, – кивнул Каштан. – Надо предъявить это Пахану. И еще, почему мы ничего не знаем об остальном? Что за ксивы были у Тольки Лапина, кто его убил? На кой хрен Пахану понадобилось мочить Сысоя?

– Насчет Сысоя Ленчик выступал. – Шустрый кивнул на Пингвина. – Его кента Сысой прижал…

– Но Пахан хочет мочить Сысоя из-за ксив, которые были у Лапы, – напомнил Каштан. – Надо все это предъявить Пахану, и пусть ответит на каждый пункт. И еще надо найти тех, кто, в натуре, знает о его коронации. А то что-то некоторые сомневаются, и только потому, что Ломовик с Бурым здесь загуливают, рот никто не открывает. Да и не суется никуда Пахан, ни в одни разборки не влез. А ведь сколько раз к нему обращались. В общем, надо все это выяснить.

– Давно пора, – согласился Пингвин.

– Мне нужно с ним встретиться, – улыбаясь, проговорил Бурый.

– Так Тополь в город не суется, – объяснил по пояс голый тучный мужчина с татуированным телом. – Ни разу его в Вологде не видел, он города не признает, в тайге постоянно обитает. То в Кировской области, то в Архангельской, то в Коми уйдет. И крутится около границ этих областей. Тополь одиночка, и кентов у него не было и нет. Никому не верит. Его как-то раз кенты по большому счету подставили, и с тех пор Тополь близко ни с кем не сходится. А на кой он тебе-то вдруг понадобился?

– Слушай сюда, Туча, – усмехнулся Бурый, – ты чего это приблатовывать начал? Раньше молчал в тряпочку, а сейчас чирикать начал. Нехорошо.

– Ну так раньше кто я был? – Туча пожал жирными плечами. – Никто и звать никак. Туча да Туча. А сейчас предприниматель Тучин Антон Павлович, прошу любить и жаловать. Две пекарни моих, и хлебушек не чета государственному. И блаткомитет ко мне претензий не имеет. Отстегиваю прилично и на общак даю. Так что…

– А ты, в натуре, изменился!.. – покачал головой Бурый и вдруг сильно ударил Тучу основанием левой ладони в лоб.

Тот отшатнулся, тряхнул головой и, выпучив глаза, открыл рот.

– Во блин, – промычал он, – в глазах зайчики запрыгали… – и завалился на правый бок.

– Туша мясная, – презрительно проговорил Бурый.

Взял стоявшую на столе бутылку и вылил пиво на голову Тучи. Отфыркиваясь, тот тряхнул головой и сел.

– Ты чё, Бурый?! – Схватив полотенце, он начал вытираться. – Крыша поехала? Я те чё, груша?

– Строишь из себя заблатненного… Короче, Туча, вот что. Мне твои байки о том, какой ты уважаемый, по хрену. У тебя магазинчики почти по всей области. Меня интересует север. Там обитает Тополь. И ты быстренько выяснишь, где именно его можно нащупать. Через пару дней я заскочу, и ты мне скажешь, где его найти. Понял?

– Ага, – испуганно глядя на него, закивал Туча.

– Знаешь, Андрей Валентинович, мне кажется, что мы сыграли против себя, – сказал майору Сысоев, войдя в его кабинет.

– Тот удивленно пожал плечами:

– Что-то я не пойму, о чем ты?…

– Да Тополь мне покоя не дает, – усаживаясь, вздохнул капитан. – Я покопался в его делах и не пойму, почему он помог нам. Ведь благодаря ему мы вышли на „Ниву“ с трупами, на Лохина и Лопату. Но их сразу убрали. А сейчас Тополева ищут Пахан и Ванюта. Кто такой Ванюта, тебе объяснять не надо. По нему давно камера для пожизненно осужденных плачет. Но если Ванюта ищет Тополя за убийство своего родственника, то зачем Пахану подставляться? Ведь все уже сделано, свидетелей нет, те, кого мы взяли, мертвы – кто повесился, кто себе вены вскрыл. В общем, убрали всех. Так почему же Пахан хочет убить Тополева?

– Да я и сам об этом думал. Пахан не из тех, кто мстит. Он старается не испачкаться ни в чем. Что-то тут в самом деле не то. Но если ты думаешь, что документы находятся у Тополева, то, получается, он нас с тобой просто использовал.

– Значит, мы мыслим одинаково, – подытожил Сысоев.

– Однако все как-то слишком просто. Он оказался на том же месте, где остановились мы. Сразу понял, кто мы и зачем приехали. И оказалось, что он видел, как „Ниву“ с Лапиным Лопатин завернул к болоту. И место примерно назвал. И нашел. Хотя я там особых примет, которые указывали бы на то, что туда машину спустили, не видел. И как-то все это навалилось, вот уже два дня из головы не выходит. Получается, что Тополев нас просто навел, мы нашли машину, убийц, которых перебили, и в то же время не нашли ничего. Получается, нас на убитых навел сам убийца. Но тогда кто и зачем убил Лопату и Лохина? Почему Пахан прислал киллеров, чтобы кончить нас и Тополева? Что это были парни Тополева, я исключил сразу. Вот чего я не пойму никак. Выходит, Тополев не виноват и действительно просто помог нам. А в это я сейчас тоже не верю. Так что ты вовремя заскочил.