Читаем без скачивания Империя Машин: Пограничье - Кирилл Кянганен

Ноги подвели, и Неизвестный завалился на ставни, сгибаемый одышкой.

– Поплохело? Скоро проветримся…

Ему не понравился новый «спутник», но выбора особого не представлялось, и он последовал за ним, держа наготове меч. Они завернули в проулок, где едва бы нашелся хоть один лучик света. Метка автоматически усилила слух и слегка обострила зрение. Неизвестного удивило ровное дыхание Декарта, не сбивающееся несмотря на высокий темп. Он словно родился и всю жизнь провел в трущобах, хоть по одеждам того не скажешь.

Где-то у отдушин скреблись когти, из мрака выныривали крысы, прошмыгивающие в обломанные трубы, отводящие излишки влаги за пределы улиц.

Приблизившись к сливающимся со стеной воротам, ведущим в крытый дворик, Декарт достал какой-то складной инструмент, открутил ручку, и, согнув ее пополам в демонстрирующих силищу ручищах, разломал на две части, после чего, использовав одну как упор, а вторую, как ключ, попробовал выломать дверь, – непредвиденная задержка, – сообщил он как ни в чем не бывало Неизвестному, – потерпи маленько…

Тут то он и заметил скрываемые тем механизмы, прикрученные к мышцам на болтиках. Он не успел спросить, как дверь вскрыли, и спутник ввел его в сарай, напичканный сеном и подсушивающими его подвесными лампами. Найдя запирающий механизм, Декарт вернулся и запечатал дверь изнутри,

– Обойдемся без посторонних, – улыбнулся он, и повел Неизвестного на второй этаж, откуда они вышли на плоскую веранду, возвышавшуюся над землей примерно на этаж. Далее шла лестница, освещаемая приглушенным светом из-под абажуров, надетых на электрические лампы.

– Представь, каково тут будет, если из недр прорвется газ, – Декарт улыбнулся, – потому то фонари не в моде. Так кого ищем?

– Мне не нужны напарники.

– Ты прав, но тебе нужен проводник. Кого ищем?

– Травника, старика, очки, низкий, дл…

– Достаточно, – остановил его Декарт, – на Дне их всего двое – тот, что лысый и тот, что подлый. Полагаю, нам ко второму.

Декарт поднялся по лестнице и постучал в металлическую дверь. Отодвинулась заслонка, куда он просунул какую-то карточку и шевельнул губами.

Заскрипели отпираемые замки. Дверь заскользила, погружаясь в щель внутри стены.

– Проходи.

– Со мной гость.

Неизвестный последовал за Декартом, но ему на плечо упала рука.

– Смотри, без шалостей!

Зал, заставленный стульями и креслами, море народу, шум и гам…

Декарт вел его к дальнему углу, где открывался удобный обзор на всех находящихся в зале.

– Почему я ничего не слышал?

– Зеркалки, – махнул Декарт в сторону налепленной по стенам фольги.

– Звукоотражающий материал, – пояснил он.

Когда они подошли к угловому столу, с занавесками по бокам, там распивали ром имперский торговец и сомнительного происхождения субъект, разбрасывающийся ругательствами на правителя Скал.

Декарт отодвинул занавеску и подманил торговца. Неизвестный заметил перекочевавшую пригоршень монет, и отдельные слова «выразить… признательность». Когда торговец, расплываясь в улыбке, ушел, Декарт сразу сменил тон

– А ты – убирайся, покуда твоя клевета не достигла ушей Александра.

Декарт вальяжно расселся на мягких подушках, – ну вот, стол чист, остается принять вина и дождаться нужного человека.

Неизвестный сел в тени, не желая привлекать излишнего внимания. Под этим углом Декарт чем-то напоминал описание Медварда с острова Цветущих Роз. До Неизвестного ни раз доходили неприятные слухи о творившихся зверствах на вольных островах, но что его удивляло, так то, что Корона не ведала, или не желала знать о происходящем. Как и лорды Пограничья. Он встречал раз беглеца с Роз, мальчишка выдал себя за ублажителя господина, отправленного в виде подарка Александру, так как ходили слушки, будто он тоже любил мальчиков. Сбежал во время шторма. Его долго искали, но Амалия укрыла ребенка в Святилище. «Где ж он сейчас?»

Низкие потолки чередовались с высокими, и зал походил на изломанный бумажный домик. Похрустывали доски под топчущимися людьми, пивовары разливали пиво, подслащая медом, и словно и не было никакой катастрофы, словно ржавые постройки и имперский гнет не существовали для буйных и непокорных сердец, обитающих на весьма неприглядном пастбище, жалких пядях земли, огороженных, сжимаемых в тисках горной породой. Неизвестному показалось, что Дно – то самое место, народ, который он искал. Искра, соприкасающаяся с камнем. Подложи дров, и маленькая крупица запалит огонь свободы сквозь вздохи и тягость оков. «Вулкан извергнется» негодованием, которое не сдержит император сластивыми речами. Он или выполнит требования, или же…

«Разве есть что-то преступное в желании обладать собственным участком земли?» – подумал Неизвестный, и пообещал себе воздать им по заслугам за годы лишений и терпения, а метка… Вероятно, она давала подсказки, показала ему, как то можно осуществить.

На долю секунды он в ужасе задумался, точно та и направляла его руку, но вот, доски сотряслись от вошедших посетителей, и Декарт замахал им рукой.

– Богов ради, следи за языком, – шепнул он Неизвестному и поднялся на ноги, дабы обняться с четырьмя мужчинами, облаченными в черные накидки на манер лордов, и джинсовую ткань под ними. Неизвестный удивился тому, что им было позволено входить с оружием в руках, в то время как его пропустили лишь по той причине, что меч не виднелся под слегка работающим плащом теней.

– Он из ордена Кинжалов, – представил его труппе Декарт.

– Очередной сектант? – недружелюбно повстречал Неизвестного широкоплечий беловолосый мужчина, – кого спасать пришёл? По чью душу?

Неизвестный пораженно уставился на Декарта, «Какого?!» – промелькнуло у него, но он сумел сохранить самообладание.

– Я ищу освобождения…

– Обойдемся без проповедей. Мы – Братство Искателей.

– Хорошо… мне это для…

– И без подробностей. Чего надобно? Снаряга? Информация?

Неизвестный явно угодил не туда, куда полагал первоначально, и Декарт, похоже, не тот, кем представлялся.

– Когда ты узнал, кто я? – задал вопрос Неизвестный, а метка обожгла кожу на лбу. «Товарищи» Декарта как по команде машинально повернули шеи в его сторону, не заметив всполоха клейма. Декарт поморщился, сдавливая виски

– Я и не знал…

Казалось, присутствующие были удивлены не в меньшей мере, чем он. Однако, от них не ускользнуло само ее наличие,

– Меченых не жалуют у пограничья. Прежде, чем мы возьмемся за работу, нам надо убедится в твоей благонадежности. И чур без выходок с этим… твоим…

– Моя нужда ограничивается знахарем и торговцами с Сонтейва.

– Весьма скромные запросы…

– Скорее, где они находятся? – Неизвестный торопился.

Декарт выложил на стол наполовину заполненный иридиумом шприц. Один было потянулся взять его, но главный ударил его по руке

– Полагаю, наши проблемы этим не ограничатся.

Тогда Декарт добросил еще монет

– Ну, раз мы заодно… – улыбнулся он Неизвестному.

– Завтра, когда рубильники протрубят отбой, здесь же. А пока – выпьем? – Неизвестный предположил, что то – предложение без права отказа, ибо прочие Искатели расселись у углов, преграждая путь «к отступлению».

– И как вы отыскиваете цели клиентов? – поинтересовался Неизвестный, стараясь отвлечься от текучести времени.

– О! У нас в наличии особые средства… Вспомогательные приемы и методы…

Отделившийся Искатель принес выпивку, а первый, что принялся болтать без умолку, плел и плел бесполезную «воду». Он уже не следил за ходом беседы, выпивка его развезла, и чувство необъяснимой удаленности происходящего овладело его разумом. Неизвестному подумалось, что даже заставь Искателей говорить часами, вряд ли получатся выудить хотя бы пядь полезной информации. Посетители заведения обходили столик с Искателями стороной, и Неизвестный догадывался почему. Мало кто возжелал бы пойти на дополнение к какому-нибудь слушку, проданному за бесценок. Бармен же не предъявлял претензий, когда те гоготали, заливаясь смехом чересчур громко, и лишь в противоположном конце залы он заметил недружелюбные взоры, пусть и тщательно скрываемые. За годы на Безымянном он научился различать эмоции. Без сего навыка там не выжить. Как оказалось, в Севергарде тоже.

Говорили о приросте мигрантов, перебирающихся в Темплстер. Неизвестный так же узнал, что мост, соединяющийся с островом Скал разрушен, пути сообщения сбиты, и почтовые дирижабли ходят как получится. Таким образом, послание от Лейма он получит ой как не скоро. Он мысленно воспроизвел будущую роль Легата, и скривился в гримасе, вызывая у Искателей недоумение.

– Ну, а вы? Тоже отлыниваете от призыва? – спросил Декарт.

– Мы – орден Искателей.

– И граждане