каша из потоков. Реальность повреждена настолько, что, если с тобой что случится, никто не сможет найти.
– Это же опасно? Почему вы не занялись?
– Магистрат жмотится платить за то, что за жопу не кусает, а бесплатно только кошки мышек ловят. Дело хозяйское.
– Но ты же сказала, там живут?
– Даже я толком не знаю, кто. И что. Нам сюда.
Аори и сама догадалась – не просто так же измененная остановилась у забранных частой металлической решеткой дверей. Прямо на прутьях крепился рассохшийся щит с выгравированной поверх невнятного герба надписью.
– Таверна “Кабинет”, – вслух прочла Сиэ и толкнула створку. Та вздрогнула, но не поддалась.
Аори, не удержавшись, хихикнула. Бросив на нее раздраженный взгляд, измененная потянула за ручку.
И пол, и стены изнутри хозяева таверны обшили толстыми нелакированными досками. В отдельных местах они едва просматривались под своеобразными картинами – варварски разодрав на страницы книгу с чертежами, их приколотили, где только влезло, без всякого порядка и вкуса. Из углов смотрели довольно-таки реалистичные чучела – питон, незнакомая Аори птица с перепончатыми лапами, и то ли хомяк-переросток, то ли очень разочарованная в жизни выдра. С потолка свисали на цепях шестирожковые газовые люстры, но огонь не разгонял царящую внутри прохладу.
В общем, таверна старалась соответствовать названию. Аори улыбнулась, весьма одобряя добравшиеся до нее запахи.
Как вообще возможно в полумраке, в шуме, заметить, кто зашел? Но тишина, как волна, прокатилась по залу. Грохот от упавшего на дощатый пол стакана прервал молчание, превратил его в испуганный, презрительный шепот.
Посудина подкатилась прямо под ноги Сиэ, и она пнула ее каблуком в сторону высокой стойки. За ней до прихода гостей копошились двое разносчиков, замерших теперь с полотенцами в руках.
– Стол на двоих, – отрывисто приказала измененная.
Судя по шуму, за широкой аркой позади стойки скрывался проход на кухню. Оттуда на шум, точнее, его отсутствие, как раз высунулся хозяин таверны и избавил прислугу от необходимости решать, кто отправится на заклание. Он бы, может, и скрыл свой статус, но дружный поклон служек не оставил низкорослому усачу другого выхода, кроме как так же согнуться перед Сиэ и поспешить перед ней вглубь зала, то и дело оборачиваясь и подобострастно улыбаясь.
Им достался огромный угловой стол, отделенный от остальных перегородкой до самого потолка. Сиэ тут же развалилась на широком диване, в отличие от скромно устроившейся на краю подруги. Хозяин, покусывая кончик уса, попытался было всучить им кожаные папки с меню, но измененная отмахнулась и бросила на стол крупную зеленоватую монету.
– Принеси вина и проследи, чтобы мы не сидели голодными.
Усач просиял и, схватив плату, умчался обратно на кухню, следить и властвовать. Изменяющие всегда платили по счетам, но выписывать их и предъявлять… удовольствие, мягко говоря, ниже среднего.
Вино, сыр и остро пахнущие сухарики усач притащил со скоростью пикирующего дракона. Аори уткнулась носом в глиняный стакан, не столько пробуя, сколько заинтересовавшись резьбой снаружи и внутри.
– Ты была здесь раньше? – прогудела она, не отрывая губ от края.
– Пару раз. Неплохое место хотя бы потому, что тут не пытаются отравить изменяющих или подраться с ними.
– Ты так говоришь, как будто всем только этого и хочется, – Аори окинула взглядом тот кусок зала, что был виден между деревянных перегородок.
Потеряв пришлых из виду, прочие гости постарались забыть об их существовании. Натужный гомон разросся, вытеснил недобрую тишину.
Возле стойки изменяющая заметила фонограф с полукруглым верхом и разнокалиберными шестеренками за стеклянными дверцами. Разносчик дернул за ручку на боку механизма, шестеренки завертелись одновременно во всех направлениях, и зазвучала хриплая мелодия. Что-то струнное и несомненно танцевальное, судя по тому, как оживился народ за столами.
Удовлетворенно кивнув, разносчик обернулся и едва ли не подпрыгнул, заметив, что Аори за ним наблюдает.
Изменяющая отвела взгляд, убеждая себя, что ей плевать.
– Так почему меня выпихнули с Астрали?
– В чем разница между нами? – налив себе вина и едва не уронив бутылку, Сиэ наконец-то сняла капюшон.
– Э… Мной и тобой?
– Как частность. Изменяющие и измененные.
– Ну, я не могу что-то сделать со своим телом.
– Глобальнее.
Аори сморщила нос и пожала плечами. Ну вот почему просто не ответить? Зачем все превращать в урок?
Вздохнув, Сиэ подлила вина и подруге.
– Изменяющие – узелки в сети реальности. Слышала?
– Да. Измененные – свободны.
– Не суть. Если где-то что-то не в порядке, оно лопнет как нарыв, стоит появиться изменяющей. Например, тебе.
– Почему сразу мне? Я что, единственная изменяющая на Астрали? И Люс, и ребята, и вообще все, кого я встретила, были мороками?!
– Не ори, а? – Сиэ поморщилась и подтолкнула к ней тарелку с сухариками. – На Астрали некоторая задница последние пару лет не из-за демонов, родов или Арканиума. Все завязано на нападение Теней и его последствия. А ты – единственный живой триггер. Пока что всем везло выкручиваться из прорвавшихся событий, но их накопилось слишком много. Астрали надо выдохнуть, восстановиться. Ну, а наша база – второе по безопасности место в Сущем. А ты для Мишруми – лишь одна из.
– Понятно, – процедила Аори.
Сбоку вынырнула перепуганная девчонка в темном платье и белом передничке поверх, удерживая заставленный тарелками поднос на вытянутых руках. Приблизившись чуть ли не боком, она скорчилась дерганым движением, слабо похожим на поклон и, жалобно хлопая глазами, приоткрыла рот, пытаясь что-то сказать. Но голос у нее пропал от страха, и ничего, кроме дрожания подбородка и пары мычащих звуков, не получилось.
– Да ставь уже, годится, – буркнула Сиэ и, выудив из кармана сигареты и зажигалку, закурила.
Взгляд измененной ощутимо теплел с каждым новым блюдом, появляющимся на столе. И, когда служанка снова поклонилась и обернулась, собираясь улизнуть, Сиэ наградила ее смачным шлепком по попе и усмехнулась, сдвинув сигарету в уголок рта.
– Ты не переигрываешь? – поинтересовалась Аори, проводив взглядом пунцовую от смущения девушку.
– Кто тебе сказал, что я играю? Иди сюда.
Сама себе удивляясь, изменяющая подвинулась поближе. Рука Сиэ тут же оказалась на ее плече, кончики пальцев принялись ласкать шею.
От каждого прикосновения по коже бежали мурашки, низ живота болезненно заныл, и Аори прижалась к подруге бедром, словно это могло вернуть те минуты посреди болот, когда Сиэ стала прежней… прежним. Пальцы измененной тут же скользнули вниз, сильные и беспощадные, и ее подопечная прикусила губу, пытаясь сдержать стон.
Желания грызли душу сильнее тела. Пусть даже это снова Сиэ, почему так хочется позволить ей владеть собой, принять, что угодно, лишь бы снова чувствовать ее внимание, ее ласки, ее… любовь?
