— Конечно, не возражаю. Я давно об этом мечтал.
— Тогда начнем с самой колыбели города — острова Сите, расположенном посреди Сены. Именно там когда-то и возникла древняя Лютеция, предшественница Парижа.
Сергей Александрович подозвал одно из стоявших возле вокзала такси. Когда пассажиры усаживались в него, водитель, привлеченный русской речью, обернулся. Иван чуть не обомлел. Прямо перед ним сидел Боря Скворцов, с которым они расстались в Москве почти десять лет назад при весьма драматических обстоятельствах. Ивану неоднократно приходилось слышать, что многие бывшие белогвардейские офицеры работают в Париже таксистами, но он никак не ожидал здесь встретить в подобном качестве именно своего старого приятеля. Оказывается, он жив. Надо же, а штабс-капитан Уланов говорил, что он погиб. Ошибочка, значит, вышла!
Борис также явно узнал Ивана, но, очевидно, правильно оценил ситуацию, и не стал подавать виду. Скользнув равнодушным взглядом по пассажирам, он спросил на чистом русском языке:
— Куда поедем?
— К мосту через Сену, по которому можно попасть на Иль-де-Франс.
— Сейчас сделаем.
Поездка не заняла много времени. Расплатившись с водителем, Сергей Александрович повел Ивана к возведенному на острове собору Нотр-Дам. Они долго любовались его готическими шпилями и знаменитой галереей химер, расположенной между двумя башнями собора. Затем по пешеходному мосту направились на соседний остров Сен-Луи, и некоторое время бродили между раскинувшимися здесь старинными домами с мансардами. Во многих из них, по словам Сергея Александровича, некогда жили знаменитые французские писатели, художники, скульпторы и прочие деятели культуры. Впрочем, поспешил он добавить, здесь и сейчас проживает преимущественно богемная публика.
Затем они посетили Сорбонну, а также Лувр и королевский сад Тюильри, расположенные на правом берегу Сены. За разговорами и осмотром достопримечательностей время пролетело незаметно. Ближе к вечеру Иван со своим спутником вновь отправились на вокзал, где они благополучно сели на поезд, отправлявшийся в Гавр.
Там он получил заказанный на его имя билет на пароход до Нью-Йорка, куда и отплыл на следующий день. Сопровождал ли его кто-то в пути, он точно не знал, хотя время от времени у него возникало ощущение, что за ним кто-то наблюдает со стороны. Само двухнедельное путешествие показалось ему скучным и однообразным. Один день сменялся другим, а безбрежная гладь океана оставалась все такой же неизменной.
В Нью-Йорке Ивана встретил очередной сопровождающий, который назвался просто Юрием. Поскольку дипломатических отношений, как, впрочем, и любых других, у Советского Союза с Соединенными Штатами на тот момент не существовало, не ясно было, в каком качестве он здесь обретается. Можно было предположить, что он является сотрудником нелегальной резидентуры, однако Иван предпочитал в такие тонкости не вдаваться. Юрий также предложил организовать гостю экскурсию по городу, но предупредил, что у них очень мало времени, так как до отправления парохода в Рио-де-Жанейро оставалось всего три часа.
Несмотря на лимит времени, Иван решил последовать совету Барченко, и отправился в Естественно-исторический музей, где работал известный специалист по истории и культуре американских индейцев Кларк Висслер. Как удалось выяснить, именно с ним непосредственно перед отъездом в Бразилию консультировался Фосетт. На этот разговор Иван возлагал большие надежды, надеясь выяснить у Висслера некоторые важные для себя подробности.
Однако в ответ на вопросы Ивана, Висслер сначала лишь с недоумением посмотрел на него, а затем, после некоторых раздумий, произнес:
— Фосетт, Фосетт! Как же, как же, припоминаю!.. Этот весьма энергичный джентльмен заходил ко мне несколько лет назад. Ничего конкретного о своих планах и предполагаемом маршруте своей экспедиции он мне не сказал, но был полон оптимизма и не сомневался в своем конечном успехе.
— Может быть, он о чем-то Вас расспрашивал?
— О горной цепи Сьерра-ду-Ронкадор.
— Что это за горная цепь?
— К сожалению, почти никакой достоверной информации о ней не имеется, поскольку ни одному европейцу или представителю бразильских властей до нее добраться пока так и не удалось.
— Неужели не пытались?
— Пытались, и не раз. Но все попытки неизменно заканчивались полным фиаско, при этом погибло множество людей. Возможно, именно по этой причине вокруг этой горной цепи и сложилось множество самых разнообразных легенд, согласно которым, там расположены руины древних городов, вокруг которых живут белые индейцы с голубыми глазами и рыжими волосами. Но пока никто подтвердить их истинность так и не смог.
Стараясь не выдавать своего волнения, Иван спросил:
— Больше Фосетт ничем не интересовался?
— Еще он расспрашивал о затерянных рудниках Мартириус.
— Что это за рудники?
— О них также мало что известно. Вполне возможно, что они существуют только в воображении искателей приключений. Якобы их открыл примерно двести лет тому назад один португальский авантюрист, имевший странную привычку бродить в одиночестве по бразильским дебрям. Тайну точного местоположения этих рудников он унес с собой в могилу, и постепенно о них стали забывать. Однако легенда не могла умереть просто так, это противоречило бы законам жанра.
Впоследствии внук этого португальского авантюриста заявил, что ему удалось обнаружить в семейном архиве подробное описание маршрута к этим рудникам, который вел как раз в сторону горной цепи Сьерра-ду-Ронкадор. Снарядив за свой счет хорошо вооруженный отряд, он отправился на их поиски. Когда до цели оставалось рукой подать, на отряд неожиданно напали индейцы, которые его почти полностью уничтожили. Спаслись только несколько человек, которые и рассказали подробности всей этой истории.
К сожалению, лично меня смущает уже хотя бы уже то обстоятельство, что все легенды подобного рода построены по одной и той же незамысловатой схеме, Каждый раз, когда искомая цель кажется уже почти достигнутой, в последний момент обязательно происходит нечто такое, что путает все планы искателей сокровищ. С тех пор рудники Мартириус, не смотря на все усилия, так никто и не смог обнаружить…
В целом разговор с Висслером разочаровал Ивана. Он не только не прояснил ситуацию, а, наоборот, задал множество новых вопросов. Видимо, Фосетт не зря интересовался этой загадочной горной цепью Сьерра-ду-Ронкадор, и не исключено, что именно туда он в конечном итоге и решил направиться. Таким образом, у него намечалось третье направление для поисков. Проблема заключалась в том, что все они вели в противоположные концы Бразилии…
Иван вышел из музея в глубокой задумчивости. На ступеньках около входа его поджидал Юрий. Поскольку свободного времени в их распоряжении оставалось совсем немного, он предложил провести его за обедом в небольшом итальянском ресторанчике, находившемся поблизости. Затем он проводил своего спутника в порт, где и посадил на пароход «Вобан» компании «Лэмпорт и Хольт», который следовал в Буэнос-Айрес с заходом в Рио-де-Жанейро. Именно на этом пароходе Фосетт со своими спутниками несколько лет назад отправился из Нью-Йорка в свою последнюю экспедицию…
За день Иван настолько вымотался, что, едва пройдя все необходимые пограничные и таможенные формальности, сразу же отправился отдыхать в свою каюту, даже отказавшись от предложенного ужина. Хорошо выспавшись, он утром вышел на палубу, овеваемую легким морским бризом. Вокруг, куда ни кинь взгляд, простирался безбрежный океан. Стояла ясная безоблачная погода, солнце уже припекало довольно сильно.
На палубе Иван заметил расположившегося в шезлонге пожилого седоусого джентльмена, который в полном одиночестве курил трубку и читал вчерашний номер газеты «The New York Times». Видимо, ему было скучно и хотелось хоть с кем-нибудь переброситься хоть словечком. Окинув палубу равнодушным взглядом, и не заметив на ней никого другого, кроме Ивана, он для начала произнес сакраментальную для любого англичанина фразу:
— Доброе утро! Отличная погода, не правда ли?
— Доброе утро! Да, погода и на самом деле ничего.
— У Вас какой-то странный акцент. Швед?
— Нет, я русский.
— Русский? Большевик?
— Нет, я эмигрант, пришлось покинуть родину после октябрьского переворота.
— Ах! Да, да! Белая гвардия, красные, гражданская война, моря крови. Читал! Читал! Все это так ужасно.
— Еще бы!
— Разрешите представиться! Ник Слоуп!
— Очень приятно! Иван Иванов!
— Мне также очень приятно! Будем знакомы.
— Конечно, Ник, конечно!
— Вы знаете, что эта судоходная компания, которой мы доверили свои драгоценные жизни, пользуется очень плохой репутацией?
— Нет, впервые слышу!
