повторяю я, одергивая юбку и поправляя волосы.
— Затем, ты присоединишься ко мне в «Утопии» после ужина. Сегодня вечером у меня для тебя запланирован сюрприз.
Он злобно ухмыляется, и я мгновенно начинаю опасаться.
— Еще один сюрприз? Я стара, Шейд. Я не знаю, сможет ли мое сердце вынести два сюрприза за один день.
Я шучу только наполовину.
Шейд смеется.
— Ты не старая. Ты в самом расцвете своей сексуальной силы. И я тоже. Давай используем это в наших интересах, хорошо?
Что ж, черт возьми. Если он хочет так выразиться.
Я возвращаюсь к столику Брайана и приношу извинения. Я объясняю, что у меня внезапно началась головная боль, но я приняла немного аспирина в ванной и что я уже чувствую себя лучше. Я съедаю всю тарелку макарон, чувствуя уверенность, что углеводы мне понадобятся в качестве топлива до конца моего вечера с Шейдом.
***
Оказывается, я была о-о-очень права. Мне нужны были эти углеводы.
Шейд встречает меня на обочине «Утопии». Под неоновыми вывесками улицы я в очередной раз поражаюсь тому, насколько он красив. Черт возьми. Он сильный, высокий и уверенный в себе. Его лицо абсолютно, идеально выточено. Он снова ведет меня по задним коридорам клуба в тихую комнату.
После того, как мы входим, Шейд притягивает меня в свои объятия и грубо целует.
— Я думал о тебе весь последний час, — признается он мне. — Это было чертовски сексуально, Элли Кэт.
И это было так классно, я должна признать. На самом деле, мои колени все еще немного подкашиваются после нашей маленькой выходки в ресторане.
Я позволяю его языку исследовать мой рот, шею, грудь, пока он стягивает бретельки моего платья и облизывает мои соски. Я снова зарываюсь руками в его волосы. У него густые темные волосы. К тому же они такие же мягкие.
Он отстраняется.
— Сегодня вечером я собираюсь оказать тебе услугу, — говорит он мне. — Я знаю, что скоро ты снова будешь встречаться. Такая сексуальная женщина, как ты, не собирается долго сидеть дома одна.
Я начинаю что-то говорить, но он прикладывает палец к моим губам.
— И я хочу, чтобы ты была готова. Я уже знаю, что тебе нравится быть хорошей во всем, что ты делаешь. Это в твоей натуре. Итак, сегодня вечером я собираюсь показать тебе, что именно сведет мужчину с ума. И тебе понравится этот урок.
Мои губы растягиваются в улыбке. Он очень проницателен, этот парень. Он уже раскусил меня.
— Значит, ты собираешься превратить меня в богиню секса? — спрашиваю я с усмешкой.
Он улыбается в ответ и притягивает меня к себе.
— Ты уже богиня секса, — говорит он мне. — Я собираюсь превратить тебя в очень искусную богиню секса, которая может поставить мужчину на колени ровно за пять минут.
Я улыбаюсь шире.
— Я собираюсь насладиться сегодняшним вечером, — отвечаю я.
— О, я тоже, — уверенно говорит он, подмигивая, прежде чем продолжить.
— Ладно. Во-первых, послушай сценарий. Ты собираешься притвориться, что я парень, с которым ты встречаешься, и я тебе очень нравлюсь. Это и есть «та самая ночь». Первая ночь, когда вы займетесь сексом. И ты возьмешь на себя полную ответственность, потому что это чертовски сексуально. И я собираюсь сказать тебе, что делать. Я не хочу, чтобы ты спорила — просто делай все, что я говорю, и запомни это. Ты можешь это сделать?
Я киваю, снова медленно расплываясь в улыбке.
— Конечно. У меня отличная память.
— Держу пари, что так оно и есть, — усмехается Шейд в ответ. — Ты в доме своего кавалера… в моём доме. Вы сидите в гостиной с бокалом вина. Скажи мне, что ты собираешься переодеться во что-нибудь более удобное. Затем зайди в его спальню и найди в шкафу одну из его рубашек. Сними лифчик и оставь на себе трусики. Сними чулки, но останься на каблуках. Расстегивай рубашку до тех пор, пока не станет виден изгиб твоей груди. Затем очень уверенно возвращайся сюда и встань передо мной.
— Считай уже сделано. — Я поворачиваюсь на каблуках и начинаю уходить.
— Подожди, — зовет Шейд. — Ты мне ничего не сказала.
Дерьмо. Я оборачиваюсь.
— Я собираюсь переодеться во что-нибудь более удобное, — говорю я ему. Я улыбаюсь, надеюсь, сексуальной улыбкой. Шейд кивает.
— Чувствуй себя как дома, — отвечает он, улыбаясь в ответ.
Я проскальзываю в ванную и оглядываюсь по сторонам. Ванная комната невероятно красивая, отделана мрамором, гранитом и оловянной сантехникой. Кроме того, в нашем распоряжении шкаф для одежды. Я открываю его, и о чудо, там висит рубашка.
Я улыбаюсь и снимаю ее с вешалки.
Я делаю в точности то, что сказал мне Шейд. Я расстегиваю рубашку до тех пор, пока не вижу в зеркале изгиб своей груди. Я взъерошиваю свои волосы, чтобы выглядеть сексуально. Я снимаю чулки и остаюсь в нижнем белье, но снова надеваю каблуки.
Шейд пересел на диван в гостиной. Он сидит, скрестив ноги, и потягивает вино из бокала. Он идеально соответствует своему характеру.
Он пристально смотрит на меня, когда я выхожу из ванной.
— Ты прекрасно выглядишь, — тихо говорит он мне. — Иди сюда.
Я подхожу к нему, ожидая, что он захочет посадить меня к себе на колени. Но когда я оказываюсь в нескольких футах перед ним, он говорит:
— Остановись.
Я останавливаюсь.
— А теперь постой здесь минутку. Посмотри мне в глаза.
Я делаю, как он сказал.
Он пристально смотрит на меня.
— Будь уверена в себе, — наставляет он.
Мой подбородок вздергивается, и я выпячиваю бедра.
Ухмылка медленно расплывается по лицу Шейда.
— Это прекрасно. Мужчинам нравится смотреть, — объясняет он. — А женщинам обычно не нравится, когда на них смотрят. Они чувствуют себя уязвимыми, незащищенными. Они стесняются своих предполагаемых недостатков. Чего они не понимают, так это того, что мужчины видят их не так, как они видят самих себя. Мы видим изгибы, и нам нравятся эти изгибы. Уверенность в себе чертовски сексуальна, Элли Кэт. Это самая сексуальная вещь, которую ты только можешь надеть.
Черт возьми. Я помню, как Сара сказала мне то же самое. Скорей всего, была права.
— А теперь иди прямо сюда, поддерживая зрительный контакт. Оседлай меня и хорошенько поцелуй.
Итак, я так и делаю. У него во рту вкус водки, тоника и лайма. Его большие руки обхватывают мою задницу и притягивают меня к себе так, что я прижимаюсь к его мышцам. Я чувствую влагу в своих трусиках, как только оседлала его промежность.
— А теперь перевернись.
Я смотрю на него в замешательстве.
— Закинь одну ногу
