Читаем без скачивания Небесный лабиринт. Прощение - Мейв Бинчи

На десерт каждой досталось по яблоку и куску сыра. Мать Фрэнсис объяснила, что больше ничего принести не могла, потому что тропинка скользкая. Кроме того, большее количество еды могло бы вызвать подозрения.

— Почему вы пришли за мной? — спросила Хитер.

— Понимаешь, я учительница и считаю, что знаю о детях все. Это наша маленькая слабость.

— Вы ничем мне не поможете.

— Не торопись. Нужно изучить все варианты.

Ева позвонила Бенни из Англии. Сказала, что потратила на телефонные звонки больше времени, чем на помощь Кит. Все это разозлило ее до такой степени, что она сорвет с Саймона Уэстуорда его любимый галстук, обвяжет им его тощую шею, будет тянуть до тех пор, пока у него не посинеет лицо, и остановится только тогда, когда увидит его вывалившийся наружу язык и выпученные глаза.

— Ты даром тратишь время, — сказала Бенни.

— Верно. Ну что, новостей нет?

— Мы ничего не слышали.

— Кажется, я знаю, где она может быть. Но это только догадка, — сказала Ева.

— Ты права. Кому сказать? Саймону?

— Нет, действуй сама. Сделай вид, что просто идешь мимо. Если ключа на месте нет — значит, она в доме. Бенни, ты можешь утешить кого угодно. Ей это понадобится. Скажи, что я все улажу, когда вернусь.

Бенни вышла из дома и по дороге решила купить что-нибудь сладкое. Если Хитер действительно там, это поможет растопить лед и выманить ее из дома. Денег она с собой не взяла, но знала, что Берди Мак не откажет ей в кредите.

Проходя мимо дверей магазина Хогана, она вспомнила про розовые листочки. Можно написать на листочке «Один фунт, сладости» и подписаться. С какой стати она, владелица одного из городских магазинов, будет брать у другой владелицы товары в кредит?

Шон уставился на нее во все глаза.

— Здесь все в порядке, верно? — широко улыбнулась Бенни.

— Ты проявляешь большой интерес к технике бизнеса, — сказал он.

Бенни знала: ему есть что скрывать. Знала. Но следовало соблюдать осторожность. Она жизнерадостно продолжила:

— Приходится. Отныне я буду изучать эту технику еще усерднее.

— Приходится? — с изумлением повторил он.

Говорить так не следовало. Это означало сомнение в уместности его партнерства. Бенни часто говорила себе, что нужно быть осторожнее. Сейчас ей оставалось только одно: хитрить.

— Шон, ты знаешь, что я имею в виду.

— Серьезно?

— Конечно, знаешь.

Бенни спаслась бегством. Зашла к Берди, вышла от нее и двинулась к площади. Идти через монастырь не следовало, хотя так было ближе. Монахини могли спросить, что у нее на уме.

А Ева хотела, чтобы все осталось в тайне.

Мать Фрэнсис и Хитер Уэстуорд успели поговорить о многом. О дублинской школе, тамошних играх и девочках, у которых есть куча навещающих их родных и дома, куда можно ездить на уик-энды.

О любви Хитер к Уэстлендсу, о том, как ужасно вел себя дедушка по отношению к Еве, о страхе девочки, что Ева больше никогда не придет к ней.

И о том, как было бы хорошо учиться в школе, куда она могла бы каждый день ездить на велосипеде.

— Такая школа есть, — сказала мать Фрэнсис.

Однако сначала нужно было решить кое-какие проблемы. Мать Фрэнсис сказала, что трудностей с переходом Хитер в католичество не будет. В наше время главная проблема заключается в том, чтобы убедить прихожан вести безгрешную жизнь.

В школе не будет никаких идолов, которым придется бить поклоны. Будут только статуи девы Марии, поставленные лишь для того, чтобы напоминать желающим о существовании Богоматери.

Хитер может не бояться, что ее заставят изучать религиозные доктрины и священную историю, которая доказывает, что папа римский неизменно прав, а все остальные ошибаются.

— А из-за чего произошел раскол? — спросила Хитер.

— Ты имеешь в виду Реформацию?

— Да. Потому что католики почитали идолов?

— Думаю, дело заключалось не столько в этом, сколько в присутствии Бога на мессе. В том, является ли причастие действительным вкушением Тела и Крови Христовых, или это всего лишь символ.

— Только и всего? — с изумлением спросила Хитер.

— С этого началось. А потом пошло-поехало. Как всегда.

— Если так, то из-за этого вряд ли стоит беспокоиться.

Казалось, Хитер испытала большое облегчение при мысли о том, что разница доктрин трехсотлетней давности оказалась такой незначительной. Только они собрались пожать друг другу руки, как раздался стук в дверь.

— Вы же сказали, что ничего никому не говорили! — вскинулась Хитер.

— Так и было. — Мать Фрэнсис пошла к двери.

На пороге стояла Бенни с заранее заготовленной речью. Но при виде монахини и сердитой девочки у нее отвисла челюсть.

— Позвонила Ева. Она подумала, что Хитер может быть здесь. Попросила меня прийти и… и…

— Ты кому-нибудь рассказывала? — с жаром спросила Хитер.

— Нет. Ева не велела.

Девочка перевела дух.

Мать Фрэнсис сказала, что ей пора уходить, а то сестры подумают, что она тоже пропала, и попросят объявить об этом по радио.

— А обо мне уже объявили?

— Еще нет. Но очень многие люди волнуются и боятся, что с тобой что-то случилось.

— Наверное, лучше сказать им…

— Если хочешь, я могу это сделать.

— А что вы скажете?

— Могу сказать, что ты вернешься во второй половине дня и зайдешь в монастырь за велосипедом.

Она ушла.

Бенни посмотрела на Хитер и протянула ей коробку конфет.

— Угощайся. Давай съедим все.

— А как же парень, который любит валлиек? Для которого ты хотела похудеть?

— Думаю, уже слишком поздно.

Они с удовольствием ели конфеты. Хитер спрашивала про местную школу и добрых и злых учительниц.

А Бенни спрашивала про деда Хитер. Понимал ли он, какие ужасные вещи говорит?

— Она рассказала об этом всем? — У Хитер вспыхнули щеки.

— Нет, только мне. Я ее лучшая подруга.

— А у меня нет подруг.

— Неправда. У тебя есть Ева.

— Она больше со мной не дружит.

— Конечно, дружит. Ты не знаешь Еву, если думаешь, что это может иметь для нее значение. Сначала она не хотела любить тебя, потому что сердилась на всех Уэстуордов за ту давнюю историю. Но потом полюбила и теперь всегда будет любить.

Хитер недоверчиво покачала головой.

— Это так. А если захочешь, я тоже стану твоей подругой. И Евин Эйдан. Получится целый круг друзей. Конечно, мы для тебя староваты, но сойдем, пока ты не заведешь себе новых.

— А этот, которому нравятся худые валлийки? Он тоже входит в этот круг?

— Стоит на краю, — ответила Бенни.

Увы, она говорила правду. На этой неделе она видела Джека дважды, и он все время торопился. Лекции, тренировки… Поговорить наедине нет времени.

Он не слишком распространялся о том, что случилось во время товарищеской встречи в Уэльсе. В клуб пришли какие-то девушки, они немного повеселились, но ничего такого не было. Слухи сильно преувеличены. Бенни тщетно пыталась объяснить, что она вообще ничего не слышала, поэтому и преувеличивать было нечего.

Джек ответил, что каждый имеет право повеселиться. Он не станет возражать, если Бенни в его отсутствие с кем-нибудь потанцует у Марио. Все это было очень неприятно.

Конфет оказалось нечетное количество, поэтому последнюю — с кофейной начинкой — они разрезали пополам.

Потом прибрали дом Евы, залили угли в камине, вышли из коттеджа и оставили ключ на прежнем месте.

Проходивший мимо Мосси степенно кивнул им.

— Кто это был? — прошептала Хитер.

— Мосси Руни.

— Который разбил сердце Би Мур, — с неодобрением сказала Хитер.

— Ну, не совсем. Когда придет время, Би станет на свадьбе Патси подружкой невесты.

— Наверное, люди могут это пережить, — сказала девочка.

Мать Фрэнсис дала Хитер велосипед Евы.

— Поезжай. Брат ждет тебя. Я сказала, что ты приедешь домой сама.

К багажнику был прикреплен аккуратный сверток из бурой бумаги. В нем лежали сумка с гербарием, пижамой, фотографиями лошади и собаки и сумочкой для губки.

Бенни и мать Фрэнсис долго смотрели ей вслед.

— Вы догадались! Ева всегда говорила, что у вас есть дар прорицательницы.

— Если бы он у меня был, я бы сказала, что у тебя на душе лежит какая-то большая тяжесть.

Бенни молчала.

— Я не собираюсь совать нос не в свое дело.

— Нет, конечно, нет, — с заученной вежливостью пробормотала Бенни.

— Именно это люди в шутку называют реальным миром… Я многое слышу о людях, которые в нем живут.

Бенни захлопала глазами.

— Сто лет назад мы с Пегги Пайн были школьными подругами. Такими же, как вы с Евой…

Бенни ждала. Мать Фрэнсис сказала, что это может ей пригодиться. У Шона Уолша достаточно денег — откуда, неизвестно, — чтобы купить маленький коттедж над каменоломней. Причем расплатиться наличными.