Хочешь добиться снисхождения? - признаться, мне нравятся его речи, так я больше узнаю, но по условиям игры никак нельзя быть с ним вежливым.
- Снисхождения? Если ты сумел поучаствовать в развоплощении безумного древнего, то это не значит, что у тебя есть шанс против меня, - бог опять достал пенопласт и стекло, чтобы я насладился его смехом.
- Проверим! - я швырнул в него гладиус, но его поймала одна из «женщин». Та, что блондинка в голубом платье. Вторая даже не дёрнулась.
- Ха-ха! Ну ты забавный! - бог покрутил в руках мой меч, а потом бросил назад мне. - Подойди, попробуй меня убить им, хе-хе.
Выбора у меня не было, меня просто потащило к нему, а рядом ещё и вторая тварь нарисовалась, подталкивает меня в спину. Бех усилия, просто контролит.
Я не стал скромничать, и с размаху сначала попытался срубить его мерзкую синюшную башку, потом попробовал проткнуть впалое брюхо. Всё-таки легионерское оружие не рубящее, по прямому назначению надо использовать...
Бесполезно. Даже не дотронулся. Ощущение - как по камню бью, но на самом деле где-то миллиметров пять ещё да тела оставалось.
Молоха это рассмешило. Одичал в своём болоте. Или всегда был такой?
Я достал волшебный пугио, и повторил попытку с помощью него, что привело бога в настоящий восторг:
- О! Маленький хитрец! Так вот, какой у тебя козырь! Ради этого ты притворялся? Чтобы я позволил тебе ко мне приблизится? Хорошая попытка, но не сегодня. Может против моих охранников это оружие и сработает, но не забывай, кто я. Пусть мой нынешний вид тебя не смущает. Скоро я стану... мальчиком? Или девушкой? Хорошо, когда есть выбор. Покажешь?
- Пугио отдай, кочка болотная, - я протянул руку, но Молох не спешил возвращать предмет, который по его же словам может поранить его охрану. Ну, как его за это упрекать?
- Подойди и забери, - в этот раз что-то изменилось в его настроении: он уже не смеялся, и никакого принуждения не применял. Ни твари меня не подталкивали, ни волшебная сила не давила в спину.
А ещё он пугио взял в руку как и положено оружию, перестал его крутить, словно разглядывая.
- Что-то на горе неладно? Чего это ты вдруг спешить начал? - настала моя очередь ухмыляться. Натянуто, конечно. Сомнус, видимо, испугался, не помогает мне сейчас, потому страх я испытываю настоящий. Адреналин в крови булькает.
Стараясь идти ровно, хотя ноги не очень-то слушаются, я подошёл к Молоху.
А дальше всё происходило одновременно, мы словно отзеркалили друг друга: мне в левый бок вошёл пугио, а ему - кинжал Морса. Его невидимая броня оказалась бессильной против артефакта. Как и моя видимая против отнятого у меня оружия. Немного помогла чешуя (и на лорике, и виде способностей), но ведь не простой человек нанёс удар, так что на половину длины лезвия пугио вошёл в тело. Защита скорее как упор для гарды сработала. Точнее, до неё даже не дошло, бог перестал наносить удар чуть раньше, чем она упёрлась потому, что понял, что ещё один мой козырь ему не остановить и сосредоточился на увороте.
Завизжал! Не я, а он. Я-то захрипел, мне адреналин помогает, работает обезболивающим.
Я почувствовал как Морс выпивает большими жадными глотками сущность Молоха. Всё он забрать не может, но то, что относится к насильственной смерти поглощает. Его деликатес.
Сморщенное тело начало резко высыхать, покрываться неправильной, неестественной плесенью, больше похожей на гной, а потом и вовсе превратилось в лужу этой субстанции.
Только вот ничего ещё не кончилось!
Во-первых, остаток Молоха улетел в сторону горы. Наверное, в идоле попробует пересидеть какое-то время, а возможно, там путь в божественный мир. Именно это спровоцировало умирание тела - теперь кинжал забирал остатки жизни в нём, когда более вкусная часть пропала. Естественно, справился быстро.
Во-вторых, два чудовища, которые пришли с ним. Они-то никуда не делись. А я раненый и неплохо так. Подвижность здорово ограничена.
Хорошо ещё, что этот пугио только повышенной пробивной способностью обладает, не сосёт ничего, не отравляет.
Лагерь полностью заволокло туманом. Если имеешь дело с оборотнями, то на глаза полагаться нельзя. А туман мне помогает чувствовать тех, кто в него попал.
Как же не хватает возможности пользоваться Дарами одновременно! Твари быстрые, но пока не пришлось активировать ни кокон, ни чешую. Всю лорику мне истыкали когтями, но пробить не смогли. Они не боги, да и пугио у них нет. Царапины остались, не более.
Только вот упомянутый артефакт у меня в боку торчит, и каждый тычок, лишнее движение телом, напряжение мышц - это волна боли, от которой недолго и сознание потерять. А частенько и новая порция крови вытекает по лезвию.
Надо действовать активнее, а то догадаются в шею целить или артерию бедренную порвут - в римской традиции ноги практически не защищены. Сглупил я. Надо бы ещё и штаны бронированные сделать.
Нет, это неправда говорить, что я не действовал. Пытался взять их под контроль. Хочу живыми захватить. Пока только противостояние даров сняло маскировку, но против физического усиления не справляется. Возможно это и не дар вовсе, а естественное физическое состояние тела.
Раз они такие тупые, то у меня есть один приёмчик, который недавно разучил: научился я туман концентрировать. Идея-то появилась давно, но вот возможности реализовать не было. А после прикосновения к божественному миру стало получаться.
Туман начал стягиваться, открывая внешние границы лагеря, и, как ни странно, твари не попытались добить меня в ускоренном режиме, а, наоборот, попытались сбежать, почуяв неладное. Это я потом понял, что оборотни, которые втихаря похищают людей, не слишком склонны к прямому противодействию. Не в их природе такая тактика. Но в момент придумывания, как с ними совладать, я этого не понимал, а потому просто реагировал в ответ на изменение обстановки. Был уверен даже, что они в рукопашную пойдут на меня.
Центр сгущающегося тумана переместился с меня на тварей, засевших в болоте. Прямо рядом с границами сухого островка. Они замаскировались под кочки, но с помощью тумана, расширяющего чувства, я отлично понимал, что это они.
Поддались. Продавил. И не как уж трудно это было: они не слишком разумные, действуют инстинктивно. И инстинкт им говорил затаиться, то есть направить все силы на маскировку, которую я уже однажды разрушил.
Сделал один раз, смог и во второй. Вот тогда-то и взял их под контроль.
Были бы разумными, не оставили бы башки над
