Однако некоторые пещеры по чистой случайности обвалились лишь частично. Столетия спустя в одной из них, где был когда-то Незерильский форт, вырос Скаллпорт, словно на это место прилетел рой насекомых-вредителей. Там он и остался, расцветая в темноте и сырости, словно громадная поганка, прячущаяся в тенях.
В три стороны от города разбегались туннели, которые вели в Подземье, и с одной стороны город граничил с подводным заливом, образованным глубокими темными водами реки Сагос. Постепенно Скаллпорт превратился в важное звено в цепи неустойчивой экономики Подземья. Самые разные существа прибывали в Порт Черепов с товарами и невольниками.
Так как замкнутое пространство пещеры не позволяло расти вширь, жители строили жилища ввысь. Обшарпанные дома, лавки и притоны в большинстве своем сооружались из выуженных из вод Сагоса корабельных обломков, принесенных потоками из морей Верхнего Мира. Строения покрывали пол и стены пещеры, словно лишайник, или стояли друг на друге, слой за слоем, подобно детским кубикам. Крыша борделя могла служить полом построенной выше харчевни.
Запутанная сеть помостов, бывшей оснастки кораблей, канатов, лебедок и хлипких мостиков соединяла дома, построенные выше пола пещеры. Натянутые от одной постройки к другой либо прикрепленные к сталактитам, словно копья свисавшим с потолка, «пеньковые тропы» образовывали эффективные, хоть и небезопасные «воздушные улицы».
Азрииму, который рассматривал все это со дна пещеры, «пеньковые тропы» казались паутиной сошедшего с ума паука, которая дрожала от движений сотен сражавшихся мух, спешащих по своим делам. Регулярно, по меньшей мере один раз в каждые двенадцать часов или около того, кто-то с воплем срывался и разбивался вдребезги на низлежащей улице. Иногда мостик или помост обрушивался, но только тогда, когда к концу подходило терпение кредиторов или наемных убийц.
Едва тело касалось земли, обитатели Скаллпорта безошибочно устремлялись к нему и обирали все ценное так же быстро, как волна красных муравьев объедает плоть с костей любого существа, которому не повезет оказаться на их пути. Азриима это поражало до глубины души.
Он с братьями пробыл здесь достаточно долго, чтобы выучить местное наречие и более чем нелогичную схему города. Коренные обитатели Скаллпорта — скалкеры, как они себя называли, — разделили город на три района: Порт, самая близкая к гавани часть; Торговые ряды, расположившиеся на дне пещеры; Сердце, самая темная и наиболее опасная часть города, налепившаяся на стены пещеры. Каждый из районов, в свою очередь, разделялся на секции, в соответствии с кастами и положением обитателей, — низшие, средние и высшие. За почти десять дней, проведенные в городе, Азриим выяснил, что разделение было очень нечетким. То, что один житель мог назвать верхними Торговыми рядами, другой представил бы как средний Порт. Разницы не существовало. Город везде был одинаковым, куда ни попади: и вокруг хрупких мостков среди сталактитов в верхнем Сердце, и в толпе иллитидов и дроу в нижних Торговых рядах. Но во всех районах город был в равной степени темным и освещался лишь факелами, свечами, масляными светильниками и тусклыми светящимися шарами. И повсюду воняло разлагавшимися трупами, мусором и гниющей рыбой.
На каждом уровне узкие улочки заполняли самые разнообразные, но одинаково суровые создания: бездомные купцы-дроу, мудрецы-дерро с белыми глазами, загадочные иллитиды, яростные орки, рычащие болтливые гноллы и даже создания много хуже. Насилие было в этих местах делом обычным и кровавым, даже на запруженных главных улицах. Так что клинки, магические жезлы, клыки и когти всегда были наготове.
Азриим любил хаос.
Караваны невольников — настоящая монета в мире Скаллпорта — встречались на нижних уровнях так же часто, как торговцы одурманивающими снадобьями, проститутки и бандиты. Рабы стояли группками, с пустыми взглядами, без всякой надежды ожидая своей участи, — люди, гномы, гоблины, эльфы и существа, которых Азриим никогда раньше не видел. Одни из них станут рабочими, на других врачи будут оттачивать свое ремесло, третьи послужат едой. И даже после смерти те, кто останется, продолжат трудиться. Рабочие-зомби встречались повсюду, особенно в доках. Шаркая и кошмарно воняя, они загружали и разгружали многочисленные корабли, прибывавшие к пирсам Порта Черепов.
Не в силах сдержаться, Азриим обнажил в улыбке свои превосходные зубы (даже в теперешней своей форме он отказывался портить зубы и скрывать истинный цвет глаз — голубой и карий), наслаждаясь степенью упадка и вырождения этого места. Он ощущал еле сдерживаемый хаос мира Подземья так же, как мог бы чувствовать вкус прекрасного блюда. Единственное, на что слаад пожаловался бы, так это на грязь и зловоние. Скаллпорт был нарывом на теле мира и источал соответствующие запахи. Полудроу никогда не отчистит одежду от этой вони. Ему даже не удавалось сохранять ее сухой. Мелкая коричневатая, насыщенная минералами морось непрерывно падала с потолка пещеры, окутывая весь город влагой и придавая удушливому воздуху привкус руды.
Скопление в небольшом пространстве такого количества существ приводило к тому, что напряжение было буквально физически ощутимым. Импульсивное чудище крылось за каждой сделкой, каждым словом, лицом, жестом и ждало момента, чтобы вырваться на свободу. Но, глядя на жителей, Азриим понимал, что город будет долго тянуть, прежде чем погрузится в кровавую ванну.
Мысли о Черепах стерли усмешку с его одутловатого в нынешнем обличье лица с толстыми губами. Азриим нахмурился. Правители Скаллпорта были абсурдны почти до комичности — парящие в воздухе, мерцавшие черепа всех видов. Но при этом они умудрялись контролировать происходящее в городе и поддерживать непрерывность торговли. Черепа справлялись с царившим в городе насилием при помощи тщательного, хоть на первый взгляд и хаотичного применения власти. Ее было недостаточно, чтобы ослабить всеобщее разложение, но вполне хватало, чтобы внушить страх перед ужасной смертью. Магическое искусство стражей, конечно, было довольно слабым в сравнении с мастерством Странника, но оно позволяло удерживать население от массовой резни.
Для жителей Порта Черепов их правители были загадочными, даже мистическими созданиями. Но Азри-им воспринимал их такими, какие они есть.
Когда распался Сагосский Анклав, магия покрова, поддерживавшего пещеру, просочилась в тела тринадцати самых могущественных незерильских магов, погибших при обрушении. Позднее они восстали из руин в виде Черепов, Скалов — существ, от имени которых и произошло название города. На взгляд Азриима, в них не было ничего загадочного. Они являлись лишь очередным препятствием, которое нужно было преодолеть на его пути к превращению в серого слаада.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
