Читаем без скачивания Нарочно не придумаешь - Светлана Алешина

— Ну, туда, куда ты едешь…

— Еще чего не хватало! Я еду по делу, и мне не до тебя.

— А куда?

— В Елшанку.

— Ну, разреши тогда, я просто проеду с тобой немного, хорошо? А потом выйду и доберусь сама обратно.

— Охо-хо, — вздохнул Константин. — Ладно, если тебе так хочется. Мне только непонятно, зачем тебе все это надо?

Светка молчала, делая вид, что просто упивается близостью Константина. Тот сжал зубы и погнал быстрее.

Они подъезжали к пролеску, когда он остановил машину.

— Ты куда? — встрепенулась Светка.

— Отлить, — коротко и грубовато отреагировал он, двигаясь в сторону деревьев.

Светка аж просияла от такой удачи. Она знала, где Константин хранит пистолет и, едва тот скрылся в кустах, выхватила его из тайника и вышла из машины.

Константин заслышал шуршание у себя за спиной.

— Это ты? — не оборачиваясь спросил он. — Вообще, что ли, свихнулась?

Больше он ничего не сказал, так как Светка с силой нажала на курок…

…Артемова закончила свой рассказ. На Варфоломеева он произвел неизгладимое впечатление.

— Она сумасшедшая! — то и дело твердил он. — Просто сумасшедшая!

Светка после того, как ее пришлось накачать успокоительными, сидела вялая и поникшая, словно вареная. Она никак не реагировала на слова Варфоломеева, безумный огонь в ее глазах потух. Она никому больше не угрожала, а слова произносила монотонно и тихо.

Карташов дописал протокол и протянул его Артемовой на подпись. Та машинально расписалась.

— Уведите, — приказал Карташов.

Светку, закованную в наручники, увели.

— Ну, — вставая из-за стола, проговорил Карташов. — Благодарю за помощь в деле.

— Не за что, — устало откликнулась Лариса. — Ты же знаешь, что я всегда к этому готова.

Карташов покосился на Варфоломеева и, кашлянув, попросил Ларису:

— Ты можешь уделить мне совсем немного времени?, Лариса, извинившись, попросила Варфоломеева выйти. Тот встал и сказал, что будет ждать ее в коридоре.

— Лариса, это, конечно, не мое дело, но скажи, пожалуйста, у тебя с этим человеком что-то серьезное?

Помолчав, Лариса ответила:

— Наверное, мне не следует тебе этого говорить, но признаюсь, у меня с ним вообще ничего нет. Пока, во всяком случае.

— Понятно, — кивнул Карташов. — Спасибо за откровенность…

Лариса видела, что он хочет сказать что-то еще, и молча ждала.

— Лара, — решился наконец Карташов. — Может .быть, ты согласишься сходить со мной в кафе?

— Только не сегодня, Олег, — мягко проговорила Лариса. — Сегодня мы собираемся это сделать с Вадимом.

— Что ж, понимаю, — грустно кивнул он. — Но я и не настаиваю, чтобы это было именно сегодня.

— Хорошо, — согласилась она. — Ты просто позвони мне, и мы обязательно договоримся…

— Спасибо. И всего тебе хорошего.

Карташов обнял Ларису на прощание, она ласково провела рукой по его щеке и вышла из кабинета.

Варфоломеев ждал ее в коридоре.

— Ну что, ты освободилась? — спросил он.

— Да. И знаешь, что я решила? Я приглашаю тебя в свой ресторан. Отметить завершение этого дела.

— Но я хотел сам… Мне как-то неудобно принимать от тебя это предложение, — начал протестовать Вадим.

— Ерунда! — ответила Лариса. — Там очень удобно и верный Степаныч всегда рядом.

— Ты думаешь, он будет рад меня видеть? — спросил Варфоломеев.

— Степаныч никогда не бывает довольным, — засмеялась Лариса. — И не стоит обращать на это внимания.

— Ну что ж, тогда поехали, — согласился Вадим.

Они вышли на улицу, сели в варфоломеевский «Мерседес» и через десять минут уже подъезжали к «Чайке». Первым, кого они увидели, войдя в ресторан, был Дмитрий Степанович Городов. По какой-то неизвестной еще причине лицо его было краснее обычного. Лариса сразу увидела, что ее администратор не в духе.

— Дмитрий Степанович, привет, — подходя к нему сказала Лариса. — Рада тебе сообщить, что я благополучно закончила очередное дело и завтра выхожу на работу.

— Весьма приятно это слышать, — язвительно произнес Степаныч, сверля глазами Варфоломеева. — А вы все-таки достали мою начальницу?

Вадим бросил на него выразительный взгляд, и Городов тут же вспомнил все нелестные эпитеты, которыми он наградил свою шефиню в присутствии этого человека. Вспомнив свою оплошность, он тут же сменил тон и засюсюкал:

— Так я очень рад… Я сразу подумал, такой, понимаешь ли, приятный молодой человек, вот бы ему с Ларисой Викторовной поближе познакомиться…

Она же у нас просто ангел, а не директор!

— Подхалим! — улыбнулась Лариса. — Признавайся, что у тебя на сей раз случилось? Почему ты такой красный?

— Да потому что это черт знает что! — моментально завелся Городов. — Официантка, корова криворукая, мало того, что поднос уронила, так еще зеркало умудрилась разбить, когда подхватить его пыталась! Кого вы на работу принимали?! Так ведь и ресторан разорить недолго! А все потому, что вы о нем и не думаете, а занимаетесь своими авантюрами! А я страдаю!

— А ты-то почему страдаешь?. — не поняла Лариса.

— Да потому что я, естественно, сказал, что вычту сумму ущерба у нее из зарплаты, а она, курица ощипанная, всему ресторану об этом наябедничала!

И теперь весь персонал твердит, что я зверь! А какой я зверь? Я просто за дело болею! Одному мне ресторан не безразличен, а все остальные только сопли жуют!

Степаныч расходился все больше, и Лариса понимала, что если его сейчас не занять каким-нибудь делом, гнев его перейдет всякие границы.

— Вот что, Дмитрий Степанович, — остановила она его. — Подготовь-ка нам с Вадимом Викторовичем праздничный ужин и подай в Зеленый кабинет.

Через десять минут. А о твоем зверстве мы поговорим в следующий раз.

Получив команду, Степаныч сразу же весь подобрался и промаршировал на кухню. Лариса с Варфоломеевым с улыбкой переглянулись, и директриса ресторана провела его в Зеленый кабинет.

Лариса в этот вечер расщедрилась, и стол изобиловал самыми различными блюдами. Здесь были и мексиканский суп из авокадо, и рябчик на чечевице по-французски, и сырное ассорти, и зальцбургский яичный пудинг, и вьетнамские весенние рулеты с соусом нуоц мам. Из напитков были поданы импортное пиво, а к рябчику — «Абрау-Рислинг».

Варфоломеев смотрел на Ларису с теплотой и всячески пытался сделать ей приятное.

— Тебя не разорит сегодняшний вечер? — улыбаясь, спросил он.

— Ну что ты, — ответила Лариса смеясь. — Разве это разорение? К тому же мне очень хочется доставить самой себе удовольствие. Да и тебе, конечно.

Ты так здорово мне помог!

— Ну, это все твои заслуги, — не согласился Варфоломеев. — Особенно я поразился твоей предусмотрительности — надо же, взять и разрядить Маринин пистолет! Теперь мне понятно, для чего ты заходила в комнату, пока мы с этой… маньячкой разбирались в коридоре. А я уже готов был с жизнью распроститься, когда на нее кинулся! Думал, все равно умирать, так хоть, может, вас с Маринкой спасу…

— Вообще-то для профессионала это сущая ерунда — разрядить пистолет! — заметила Лариса. — Любой из них обязательно это сделал бы. А я хоть и дилетантка, но все же кое-чему научилась на практике.

— Ты просто совершенство, — нежно целуя Ларисе руку, проговорил Варфоломеев.

Решив быть великодушной, она похвалила и его:

— Это ты молодец! Из-за нас с Маринкой жизнью рисковал.

— Ну, как теперь выясняется, я не рисковал абсолютно ничем! — развел он смущенно руками.

— Но ты же этого не знал в тот момент, — возразила Лариса. — Это был очень смелый поступок, и далеко не каждый решился бы на такое. Честно говоря, я тобой просто восхищаюсь. Да и вообще твое поведение с самого начала достойно восхищения. А за то, что я не все тебе рассказывала, извини, пожалуйста.

В такого рода делах до их завершения нельзя до конца доверять никому.

— Я тебя прекрасно понимаю, — улыбнулся Вадим. — Тем более что я тоже не был с тобой до конца откровенен…

— Ну, в общем, мы стоим друг друга? — рассмеялась Лариса.

— Ну, в общем, да, — несколько двусмысленно согласился Варфоломеев, многозначительно глядя на нее. — А мне, с одной стороны, жаль, что это дело уже закончилось.

— Почему? — удивилась Лариса.

— Потому что мы с тобой очень много времени проводили вместе. Правда, часто это были не очень приятные минуты, но я всегда радовался тому, что нахожусь рядом с тобой!

— Но это не значит, что теперь мы больше вообще не сможем видеться, — успокоила его Лариса.

— Правда? — оживился Варфоломеев. — Я очень на это надеюсь! Кстати, что ты делаешь завтра?

— Завтра я собираюсь наконец-то забрать свою машину со штрафной стоянки, — посерьезнев, сказала Лариса. — Надоело, знаешь ли, машины ловить.

— Об этом не стоит беспокоиться, я уже это сделал, — сказал вдруг Вадим.