или я начинаю колупаться, переворачиваться на коленки, вставать сама, потому что не хочется быть беспомощной рядом с человеком, с которым оказалась рядом.
Так вот в Царицынском хосписе я бы обязательно протянула руку каждому сотруднику, если бы упала, или даже пока еще не упала – протянула бы, чтобы не упасть. Это важно.
Преодолеть страхи
Мы всю жизнь чего-то боимся. То пару в школе получить, то порвать колготки на важной встрече, то собеседование завалить, боимся не успеть купить всем подарки к Новому году. Жизнь себе отравляем этими дурацкими страхами. Папа моего мужа Ильи всегда всем нам говорил: «Главное, ребята, ничего не бойтесь». А я уже давно мечтаю быть старой. Почему-то мне кажется, что старые люди ничего не боятся, все в их жизни уже было. Всё пережили, всё прошли, даже войну.
Но это не так. У пожилых людей масса страхов. Если больному предстоит госпитализация в хоспис – это страшно. В хосписах пациенты боятся, что уже никогда не попадут домой. Люди боятся бездушных больничных палат, потому что привыкли к своей спальне с ковром на стене, к своему постельному белью, к надоедливому тиканью будильника на тумбочке, к пульту от телика, к собаке, с которой нужно гулять в любую погоду. Боятся больничных холодных звуков: равнодушной больничной швабры, чужого шумного лифта, бряцающих металлических инструментов, резкого окрика санитарки.
Если откровенно проговаривать с пациентами их страхи, то окажется, что многие боятся боли, беспомощности, запаха больного тела. Преодолеть эти страхи бывает тяжело. Для этого мы и работаем.
Вся суть хосписной помощи – помочь тяжелобольному человеку почувствовать себя в наших стенах в безопасности, как дома. Без боли, без стыда и унижения, одиночества и страхов прожить оставшиеся дни своей жизни со всей ее полнотой.
Остаются воспоминания
Сегодня в хоспис госпитализировали мамину давнюю-давнюю подругу. Они подружились еще в 1970 году, а то и раньше. Я смотрю на нее – а вспоминаю маму.
Сколько всего нам остается от любимых людей… Остаются воспоминания о них, остаются их друзья, остаются их вещи, записи, остаются любимые рецепты, от кого-то остается, доставшись по наследству, голос, смех, от кого-то привычки или осанка, кто-то научил вывязывать пятку на носке, кто-то штопать, кто-то водить машину…
Живем, взрослеем и обрастаем благодарностью к тем, кого уже нет. До чего ни дотронусь, о чем ни подумаю – всюду ушедшие любимые люди.
Делаю перестановки и двигаю мебель – вспоминаю тетю Лилю.
Смотрю на пчел летом, накрываю на стол, ем шарлотку, пью медовуху – вспоминаю Марину Золотухину.
Беру в руки швабру, чувствую запах свежих огурцов – это каждый раз память о Маше Ливинской.
Серьги, любые, – это всегда воспоминания о Бэлле Борисовне.
Нитки, коробка с катушками и пуговицами, ножницы, мелок в коробке – это бабушка.
Пластинки, записи в дневнике, трубку кто-то при мне закурил – папой запахло.
Грибы собирать, чистить, есть, готовить – мама.
Походы, рыбалка, шалаши – Димка Патрушев.
Хохот – Серёга. Какой был хохот…
Духи мои любимые – это Алёна Мешкова подарила. Навсегда мой запах. Его уже все знают как мой… А он Алёнин.
Пушкин – мама и ее обожание «Онегина», и неумение запомнить более пары строк подряд…
Покупаю кому-то детские вещи – всегда вспоминаю Лизу Глинку, которая подарила мне гору вещей на рождение Лёвика.
Дальнее путешествие, горячий спор – Саша Романов.
Книги на английском, ГУЛАГ – Вера Ивановна Прохорова.
Математика – дядя Серёжа Травкин.
Цветы в горшках – Эсфирь Соломоновна, соседка.
Яйца крашеные на Пасху – тетя Лиза, соседка.
Шопский салат и пироги с капустой, осетрина, бульон – снова мама.
Шарф когда завязываю – всегда, каждый раз вспоминаю маму. Любой шарф.
Оладушки – бабушка.
Драники – папа.
Поправить картину, которая висит криво, – тоже папа.
Пареные яблоки – баба Маня, моя няня.
Новогодняя скатерть – бабушка.
Гладить и правильно складывать мужские рубашки – мама.
Каша из русской печки, георгины в саду – Анастасия Андреевна Дёмина.
Фраза «Никому не нужна ваша правда» – Юлик Крелин.
Кофта черная вязаная от всех холодов – Зоя Крахмальникова.
Держать все книжки с автографами на отдельной полке – папа.
Бабочки – всегда тетя Надя, хоть живые, хоть брошкой, хоть на обоях…
Слово «хавать»: «Нюточка, хавать будешь?» – дядя Боря Мишкин.
Цирк – всегда и только дедушка Лёня.
Маалокс сладенький от желудка – тоже дедушка Лёня. Не жадничал, всегда давал мне попробовать.
Жемчужные бусы – тетя Света Карабчиевская.
Война, песня про «Катюшу» – дедушка Лёня.
Холокост, фильм «Красотка», заповеди хосписа – Виктор Зорза. Ага, представляете, на фильм «Красотка» он сказал «not my cup of tea»[11]…
Любой день рождения, чей угодно, – дядя Юра Левитанский, он не забывал ни один день рождения, а я забываю все.
Как костер надо разжечь – так сразу баб-Маня Антонычева в голове. Мы у нее всегда дрова для костра тырили…
В бане моюсь – дядя Жора.
Охотничьи рассказы – дядя Коля Сапенков.
Молоко парное – тетя Нина, через дорогу дом.
Если дети что-то врут – всегда вспоминаю, как мама цитировала «Денискины рассказы», «тайное становится явным».
Сны разгадывать – бабушка научила.
Цветы, любые цветы – всегда мама.
Сколько же уже вокруг меня любимых мертвых… Не хочу больше.
В хосписе сейчас мамина подруга, и я уже знаю, чем буду ее вспоминать.
Психическая
Я пришла домой раньше обычного. До двух ночи. И было немного сил на то, чтобы разобрать стирку, покупки разложить в шкаф и холодильник, унитаз протереть, ботинки почистить. Почувствовала себя женой и матерью.
И у меня зародилось несколько вопросов. Или утверждений. Или заблуждений… Не знаю. Хочу понять: я имею право на поддержку – или насмешки со стороны членов моей семьи оправданны?
Короче, мне важно:
1. Чтобы тарелки в сушке стояли по цветам и по размеру, от большой к маленьким, и сначала глубокие, потом мелкие, потом десертные, потом блюдца, а потом можно и разделочные доски, уже в конце.
2. Чтобы вешалки в шкафу висели все выгнутой стороной в одну сторону и чтобы рубашки, ясное дело, были все в одну сторону передней частью повернуты. И это нормально!
3. Чтобы шнурки от ботинок всегда были внутри ботинка, а не под ним, а то испачкаются.
4. Чтобы унитаз был чистый-чистый (как говорится, чтобы гостям не стыдно оттуда воду наливать!) и стоял с поднятой крышкой и опущенным сиденьем. Ненавижу, когда крышка закрыта!
5. Чтобы
