до этого находился в ссылке, куда его отправил сам Мухаммед, считавший его своим политическим врагом. И вот такого человека, бывшего гонителя Пророка, Осман поставил рядом с собой только потому, что тот был его близким родственником. К ним присоединилась и другая родня халифа, которой он раздавал щедрые подарки и поручал самые ответственные должности.
В это время Осману пришло анонимное письмо, в котором говорилось: «Заклинаем тебя Аллахом подумать об общине Мухаммеда, ведь мы боимся, что расстроится ее дело твоими руками, потому что ты посадил на шеи людям своих собратьев». В вину Осману ставили и то, что он разрушил старую мечеть Мухаммеда и вместо нее поставил другую, более просторную и красивую: это расценивали как знак неуважения к Пророку. Его обвиняли в том, что он добавил к двум призывам на молитву третий, а также увеличил длительность самой молитвы.
В Дамаске некий Абу Зарр обличал нечестие и порочный образ жизни дяди халифа аль-Хакама. Он же подал мысль, что халифом должен быть не Осман, а более достойный человек – Али. В Египте Абдулла ибн Саб, иудей из Южной Аравии, начал проповедовать учение о том, что Мухаммед вернется на землю перед концом света, а пока миром должны править его помощники из самых приближенных – имелся в виду Али. Наконец, один из учеников Абдуллы, Малик аль-Аштар, устроил переворот в Куфе и отказался подчиняться халифу.
Осман, которому было уже больше 80 лет, даже не попытался восстановить свою власть. Увидев его слабость, противники Османа набросились на него со всех сторон. К Медине двинулись вооруженные толпы с запада и востока: из Египта под предводительством Мухаммеда ибн Абу Бакра, а из Куфы и Басры во главе с Маликом. Они потребовали отречения Османа от власти. Халиф нашел в себе силы отказаться. В эти последние дни он проявил мужество и твердость, которых ему недоставало раньше. На требование Али отречься он ответил: не сниму одежд, которые возложил на меня Аллах. Он каждый день молился у всех на глазах в мечети, несмотря на оскорбления бунтовщиков, доходившие порой до рукоприкладства.
Наконец, молившихся разогнали камнями, и Осман укрылся в своем доме вместе с кучкой верных сторонников. Халиф обращался с крыши к осаждавшим и просил Али защитить его от насилия. Али молчал. Разнесся слух, что Муавия послал на помощь халифу войска из Дамаска и они уже подходят к Медине. Медлить было нельзя: бунтовщики пошли на штурм дома. Перебираясь по крышам соседних зданий, они проникли во двор, перебили защитников и ворвались в комнату Османа, который спокойно читал Коран. Жена халифа Наила бросилась на его защиту, но ударом сабли ей отрубили пальцы. «И топтали они нас жестоко, – вспоминала она позже, – и заголили нас и срам повелителя верующих». Еще через минуту Осман упал, заливая своей кровью Коран.
Али
На следующий день сторонники в спешке похоронили халифа, кое-как закопав его за городом. Один из очевидцев (это был племянник Абдаррахмана ибн Ауфа, в свое время избравшего Османа) так описал похороны и окружавшую их атмосферу:
«Несут они его на двери, а голова, болтаясь, стучит: тук-тук. Они положили его в месте, где ставят погребальные носилки. Тут подошли к ним несколько ансаров и сказали им: «Клянемся Аллахом, не будете вы читать над ним молитву!» Абу Джахм сказал: «Вы не позволите нам читать над ним молитву, когда уже помолились над ним Аллах Всевышний и его ангелы?!» Тогда сказал ему один из этих людей: «Если будешь молиться, то Аллах отправит тебя туда же, куда и его». А он ответил: «Да соединит меня Аллах с ним!» А тот сказал: «Соединит тебя Аллах с шайтанами! Клянусь Аллахом, если мы пропустим вас с ним, то Аллах отступится от нас». Люди сказали Абу Джахму: «Не разговаривай с ним, отступись», и он замолчал. Они подняли Османа и быстро удалились, и я слышал, как голова его бьется о доску».
По рассказам свидетелей, в какой-то момент тело упало с двери, и его начали пинать ногами. Похоронщики переносили тело Османа с места на место, пока не нашли участок сада, где никто не помешал им произвести погребение и прочитать молитву. Но и тут, опасаясь преследований, они не положили его как следует, а просто засыпали землей.
Не успели Османа закопать в его собственном саду, как начались выборы нового халифа. Все кандидаты были представителями курейшитов, политической и финансовой элиты арабов: избирать кого-то другого никому уже не приходило в голову. Египтяне стояли за Али, басрийцы – за Талху, куфийцы склонялись к Зубейру. Но авторитет Али перевесил, и он был единогласно избран халифом. На следующий день новый правитель произнес речь, пообещав справедливо разделить деньги между всеми мусульманами и призвав их соблюдать благочестие, а не гоняться за мирскими благами: «Вы – рабы Аллаха, и деньги – деньги Аллаха, они делятся поровну, и нет в этом преимущества одного перед другим». Свои слова он тут же подтвердил делом, раздав все имущество Османа и выдав каждому, независимо от богатства и знатности, по три динара. Убийц Османа он не порицал и не одобрил, а в частной беседе с соратниками признал, что ничего не может сделать с мятежниками и остается только ждать, пока времена изменятся: царство шайтана не вечно. Действительно, выждав удобный момент, Али укротил и выслал наводнявших Медину чужаков и навел порядок в городе. Одновременно он разослал своих представителей по всем провинциям, чтобы утвердить свою власть на местах.
Али, как зять и воспитанник Пророка, женатый на его дочери Фатиме и внучке Умаме (всего у него было 8 жен), мог считаться естественным лидером ислама. Однако положение Али было шатким. Его поддерживали в Медине, но не в провинциях, где власть по-прежнему принадлежала Омейядам. Муавия в Сирии и не думал повиноваться новому халифу. Когда в Дамаск привели окровавленную рубашку Османа, сирийцы поклялись отомстить убийцам. Муавия демонстративно прислал Али пустой конверт (в нем был только заголовок: «Во имя Аллаха, милостивого, милосердного»), говоря тем самым, что обсуждать им нечего, пока Осман не будет отомщен. В Египте Амр аль-Ас объявил: нет в Египте наместника кроме Амра. Чтобы удержать свой пост, Амр присоединился к Омейядам, которых возглавлял теперь Муавия.
Али был храбр, умел хорошо говорить и даже сочинял стихи. Но в решительный момент он проявил неуверенность. Его призыв к борьбе с Муавией никто не поддержал. Абу Вакас в ответ попросил Али дать ему меч, который может
