в любом государственном органе признается как свидетельство о браке со всеми вытекающими последствиями. И так другие, чисто церковные акты, если они имеют правовой характер и не противоречат государственным законам, должны признаваться государством автоматически. Пострижен в монашество христианин – государство не вправе брать с него налог за бездетность, потому что монашество предполагает отсутствие брака, значит, отсутствие детей. Священник служит – в армию его брать нельзя, потому что по канонам священник не имеет права применять оружие, и государство должно священника освобождать от службы в армии.
Государственные законы, касающиеся Православной Церкви, издаются не иначе, как по соглашению с церковной властью.
Если государство готовит какой-то законодательный проект, касающийся Церкви, оно должно предварительно обсудить его с церковной властью. Эта принцип и сейчас имеет место, но здесь-то идет речь о том, чтобы это было в правовом порядке закреплено. Сейчас Государственная Дума может обратиться к Церкви за консультацией, а может и не обратиться, здесь же идет речь, чтобы это было законно закреплено. Речь не идет о других конфессиях, потому что их положения Собор не касается: он говорит лишь о том, что от государства требует Православная Церковь. Собор исходит из того, что в России существует традиционно ориентированное национальное государство. Большевики – лишь мрачный эпизод в нашей истории, их время скоро кончится, а любая форма государственности в дальнейшем будет так или иначе опираться на русские исторические традиции. Был же возможен диалог, хотя и непростой, с Временным правительством.
Церковная иерархия и церковные установления признаются государством в силе и значении, какие им приданы церковным постановлением.
Если церковный иерарх в епархии имеет определенные права, например, имущественные по отношению к церковной собственности, именно таковым его и должно признавать государство.
Действия органов Православной Церкви подлежат наблюдению государственной власти лишь со стороны соответствия их государственным законам в судебно-административном и судебном порядке.
Это означает, что государство лишь смотрит за тем, чтобы Церковь не нарушала государственных законов. Причем, смотреть оно за этим может только легально, открыто, в судебно-административном и судебном порядке, отсюда следует, что любая попытка государства что-то Церкви запретить под тем предлогом, что Церковь нарушает государственные законы, может быть оспорена Церковью открыто в суде. Советская реальность была такова, что уполномоченный решал: сколько священников будет на приходе, сколько храмов будет в епархии, кого отправить за штат, кого наградить митрой и т. д. Все это было незаконно, но происходило потому, что предполагалась определенная скрытая форма давления на Церковь, и все принимали это как данность в течение многих лет.
Глава российского государства, министр исповеданий и министр народного просвещения и товарищи должны быть православными.
Веру определить достаточно сложно, но формально они должны быть крещены в Православной Церкви. Соотносилось ли это с реальностью? Главой государства считался председатель Всероссийского центрального исполнительного комитета (ВЦИК). Эту должность последовательно занимали Каменев и Свердлов – оба, мягко говоря, неправославного вероисповедания. Функции министра исповеданий совнаркома исполнял председатель ВЧК Дзержинский – католик. Собору это было известно, но он делал попытку определить как саму возможность диалога с государственной властью, так и его перспективу.
Во всех случаях государственной жизни, в которых государство обращается к религии, преимуществом пользуется Православная Церковь.
Скажем, собирается русский парламент на свое заседание, там служится молебен. Да, там есть представители разных конфессий, мусульмане, иудеи, буддисты могут быть, католики, протестанты, но, как было в Государственной Думе до революции, начинается все с православного молебна.
Православный календарь признается государственным календарем. Двунадесятые праздники, Воскресные и особо чтимые Православной Церковью дни признаются в государстве неприсутственными днями.
У нас до революции отпусков у многих или не было, или они были очень короткие, но выходных дней, за счет церковных праздников, было огромное количество, поэтому, календарь был не такой уж загруженный. Проблема календаря очень серьезная, потому что календарь и церковная хронология на протяжении многих веков формировали не просто чувство времени у человека, они формировали весь его жизненный уклад. Обратите внимание, во всех революциях, где ставится вопрос о разрушении Церкви, революционные правители меняют календарь, перекраивают его вкривь и вкось. Так было во Франции, так произошло и у нас с новым стилем. Это продуманная мера со стороны богоборцев, потому что она очень сильно подрывает влияющий на все стороны человеческой жизни чин времени, определяемый церковными праздниками.
Свобода исповедания и проповедания Православной веры, равно и свобода Православного богослужения ограждается государственной властью. Посему, под страхом уголовного наказания, воспрещается публичное поношение и поругание учения Православной Церкви, предметов религиозного почитания, священно– и церковнослужителей.
В дальнейшем большевики будут осуществлять вскрытие мощей, убийства духовенства, а официальная пропаганда будет направлена, в основном, на поругание церковной жизни. «Осквернение мест богослужений и религиозного почитания» – тоже уголовное преступление, но оно будет государственной политикой. «Насилие и угрозы для отвлечения из Православия» будут применяться весьма активно, и это будет политикой, признанной государством.
Добровольный выход из Православия допускается не ранее достижения возраста, установленного для вступления в брак, прежде достижения этого возраста дети могут оставить Православие только по желанию родителей и, притом, лишь в случае оставления Православия самими родителями. От детей, достигших девятилетнего возраста, требуется их согласие.
Вступление в брак разрешалось с 21 года. Видите, как четко было это разработано, имеются в виду самые различные варианты.
Государственное законодательство относительно условий заключения брака лиц Православного исповедания устанавливаются сообразно с нормами церковного права.
Если православные вступают в гражданский брак, государство не имеет права его зарегистрировать, если он нарушает православные каноны, например, брак троюродных брата и сестры. Государство не имеет права развести православных, даже вступивших в гражданский брак, если они, например, скажут, что характерами не сошлись. Для развода необходимы канонические основания. Государство может расторгать гражданский брак православных вопреки церковному праву, только если они заявят о своем выходе из Православного вероисповедания. От государства требуется укрепление семьи на основе церковной традиции.
Церковное венчание по православному чину признается законной формой заключения брака.
Церковные метрические книги ведутся согласно государственным законам и имеют значение актов гражданского состояния.
Свидетельство об отпевании имеет статус свидетельства о смерти, свидетельство о крещении является свидетельством о рождении. Но именно метрические книги будут властями насильственно изыматься уже в первые месяцы советской власти.
Учреждаемые Православной Церковью низшие, средние и высшие школы, как специально богословские, так и общеобразовательные, пользуются в государстве всеми правами правительственных учебных заведений
