она пронзала его тело, чувствуя, как нож разрывает кожу, проходит сквозь мышцы, задевает кости или вспарывает органы.
Она ненавидела громкие звуки.
Но вопли этого мужчины были чем-то иным. Они стали для неё музыкой, что ласкала слух.
После того как с охранником было покончено, они сразу отправились искать троих доставщиков, что увозили девушек к пустынникам. Они нашли их той же ночью, но Тэлли, ещё смакуя убийство охранника, не слишком задумывалась о новых жертвах. Эл быстро выяснил у них нужную информацию, а затем позволил ей потренироваться в чтении воспоминаний. Тэлли не торопилась. Она чувствовала, как её магия проникает в их разум, но делала это грубо, неумело, заставляя их испытывать агонию.
Этой боли оказалось достаточно. Они визжали, корчились, молили о пощаде, но она просто приказала им замолчать, наслаждаясь в тишине отголосками криков охранника, что ещё звучали в её голове. И именно тогда у неё впервые получилось применить магию нитей так, чтобы считывать воспоминания. У неё не вышло так быстро и безболезненно, как у Эла, но она всё же смогла вытащить из их сознания всё, что хотела. Именно от них они узнали про семью лавочника, который снабжал пустынников продуктами. И с которым уже было всё решено.
Покончив с завтраком, они с Элом направились в Рокин, в бордель, владелица которого за мизерную плату поставляла тому охраннику неугодных ей шлюх.
Был день, город кипел жизнью. Люди сновали туда-сюда, решая свои ежедневные дела, не обращая внимания на прохожих. Тэлли шла среди них, словно призрак, погружённая в свои мысли. Она размышляла о магии. О том, как ещё можно использовать её во время убийств или пыток. «У меня больше ничего и не осталось. Это мои последние дела, которые я должна успеть завершить, забрав с собой как можно больше врагов».
Спохватившись, что Юэ мог услышать её мысли, она уже приготовилась ощетиниться в ответ на его замечания, но тут же с усмешкой вспомнила — она сама прервала их связь. В одно мгновение, едва заметным усилием воли, она вернула ему доступ в своё сознание. Пусть слушает.
— Ну наконец-то! — тут же заворчал Юэ. — Я уже думал, вы там спариться с Элом решили, раз так долго молчала.
— Нет, мы завтракали, — спокойно ответила Тэлли, бросив взгляд на Эла.
Он шёл рядом, сосредоточенный, молчаливый, почти отрешённый. Его лицо тоже было изуродовано, но в отличие от неё он редко скрывал его под капюшоном, не обращая внимания на поражённые взгляды эмеринов. Почувствовав её взгляд, он повернулся, ожидая приказа или каких-то слов, но Тэлли лишь отвела глаза.
Ей было нечего сказать ему. Она тяжело вздохнула, скользя взглядом по серой толпе, что сливалась в одно размытое пятно.
Она знала, что иногда, уходя на поиски очередных людей или их местоположения, он заходил к шлюхам. Секс был для него таким же способом получения информации, как чтение мыслей. Она никогда не спрашивала его об этом — это было не её дело. Но иногда, вспоминая женщину-слухача, Тэлли задавалась вопросом, что ещё могут делать люди во время секса.
И однажды она попросила Эла взять её с собой. Он привёл её в хороший бордель — тот, где шлюхи стоили дорого, а значит, туда не заходил всякий сброд. Здесь были напитки, закуски, а в воздухе витал лёгкий запах благовоний. Тэлли не знала, чего ожидать, поэтому она просто заняла руки бокалом, старательно изучая новый для себя мир.
Оставаясь в общей комнате, Тэлли радовалась, что Эл привёл их именно сюда. Здесь многие скрывали лица — кто-то прятался под капюшонами, кто-то носил маски, и это давало ей возможность не раскрывать себя. Она наблюдала за происходящим в зале, где пары и целые группы людей ласкали друг друга, не стесняясь посторонних взглядов.
Чувствуя её недоумение, Эл склонился ближе и тихо пояснил:
— Некоторым нравится, когда за ними наблюдают.
Поражённая, Тэлли внимательно рассматривала их, пытаясь осознать, что именно движет этими людьми, какие эмоции заставляют их искать подобные развлечения. Она не понимала. Но чем больше она пила местное вино — отвратительное на вкус, с тяжёлым, приторным ароматом, — тем сильнее алкоголь расшатывал её сознание, притупляя все вопросы.
И она просто смотрела.
Любовалась чужими ощущениями, чужими эмоциями, чужим удовольствием, оставаясь сторонним наблюдателем. Ни у кого из присутствующих не было нитей — все они были эмеринами: «Кроме нас с Элом».
Неподалёку на диване Тэлли заметила пару: женщина в полупрозрачном платье медленно двигалась на сидящем под ней мужчине в маске, её бёдра плавно покачивались в размеренном ритме. Тэлли заворожённо наблюдала за её движениями, не осознавая, как пальцы чуть сильнее сжали бокал. Любопытство толкнуло её вперёд — она потянулась нитями к паре, осторожно касаясь их тел.
И едва её магия коснулась их, как на неё обрушился шквал чужих ощущений. Резкий, хлынувший потоком, наполнивший её сознание так внезапно, что она, испугавшись, тут же отдёрнула нити. Но любопытство оказалось сильнее. Тэлли медленно, осторожно, словно касаясь едва заметных струй воздуха, по одной нити вернула их к телам эмеринов. Когда первый натиск чувств улёгся, она начала различать их.
Женщине было скучно. Её движения были механическими, её мысли блуждали где-то далеко, она хотела лишь поскорее закончить. А мужчина… он наслаждался. Каждый жест женщины, каждое её движение казалось ему идеальным. Он восторгался ею, его тело отзывалось на каждое её прикосновение, даже если для неё это ничего не значило. Тэлли нахмурилась.
— Не надо, не считывай их, — тихо, но настойчиво потянулся к ней Эл. Тэлли взглянула на него, обрушив на него немой вопрос. — Это не то место, где ты должна понять, что такое удовольствие от секса, — тут же пояснил он.
Его слова показались ей бессмысленными: «А где ещё понять, за что люди любят секс, если не в борделе?» Эл почувствовал её недоумение.
— Прошу тебя, госпожа моей души, просто смотри, но не используй нити, — его взгляд был умоляющим.
Тэлли задумалась. Впервые за многие месяцы она видела его таким. Она не понимала, почему это так важно для него, но всё же пошла ему навстречу. Мгновенно спрятав нити в сферу, она отрезала себя от чужих эмоций.
— Спасибо, любимая, — тихо выдохнул он.
Но Тэлли поняла, что хочет иного. Она хотела увидеть, как это делает Эл. Ощущая её желание, он бросил на неё странный взгляд. В его глазах мелькнуло что-то, чего она не смогла разобрать — сомнение, протест, усталость?
Но Тэлли не стала гадать. Она усилила нажим воли, заставляя его выбрать
