Читаем без скачивания Раскаленная душа - Элизабер Хардвик

Кевину надоело ждать ответа. Он взорвался.

— Вижу, что не веришь! Хорошо. — Он огляделся, заметил на холодильнике блокнот, в который Сильвия записывала кулинарные рецепты. Достав из кармана ручку, Кевин нетерпеливо черкнул в нем что–то и поставил размашистую подпись. — Пусть это и не официальный документ, — он сунул листок ей в руки, — можешь считать его моим письменным обязательством.

Линда дрожащими руками приняла расписку, боясь опустить глаза и прочитать ее.

Кевин презрительно фыркнул.

— Духу не хватает? Там написано, что я убираюсь из твоей жизни, как из личной, так и из профессиональной. И как только я выйду за дверь, это станет правдой. Но пока я здесь… — Он в два шага преодолел разделявшее их расстояние и грубо притянул Линду к себе. — Какая же ты дурочка, Линда! Трусливая дурочка!

Она открыла было рот, чтобы возразить, но Кевин впился в ее губы яростным, властным поцелуем, который не имел ничего общего с ласками, которыми он совсем недавно осыпал ее в постели. В этом поцелуе было даже что–то карающее. И тут Линда поняла, что ошибалась. Это был не просто секс, Кевин занимался с ней любовью! Но означает ли это, что он ее любит?..

10

Наконец Кевин поднял голову и посмотрел на нее. Линда уставилась на него, ничего не понимая.

— Почему у тебя такой потрясенный вид? Не ожидала? — Кевин криво усмехнулся. Он чуть приподнял ее голову за подбородок кончиками пальцев и тут же убрал руку. Усмешка сбежала с его лица. — Выше нос! Наконец–то ты получила то, чего хотела. Чего всегда хотела, — с горечью добавил он. — Я ухожу с твоей дороги. Освобождаю тебя от нашего брака. — Он устало провел рукой по волосам. — Завтра же подпишу бумаги о разводе. Можешь считать себя свободной. Мы оба свободны друг от друга.

Линда ничего не понимала. Что–то было не так.

— Только одна просьба: когда придет время, не устраивай шумной свадьбы. Не хотелось бы выслушивать подробности от общих знакомых и ловить любопытные взгляды.

Он говорит о ее гипотетической свадьбе с Дорианом, поняла Линда. Но никакой свадьбы не будет… во всяком случае, в роли невесты будет не она.

Итак, Кевин уходит. Не к этому ли она стремилась? История его мучительного возвращения в ее жизнь окончена.

Так почему же она не прыгает от радости? Она же должна быть просто счастлива! Она навсегда свободна от Кевина. Адское пекло все–таки замерзло!

Кевин расценил ее затянувшееся молчание по–своему. И, горько рассмеявшись, он сказал:

— Я, пожалуй, пойду.

Линде вдруг захотелось плакать.

Кевин обернулся в дверях.

— Ты что–то сказала?

Она снова думала вслух, сама того не замечая! Хотя на этот раз, кажется, почти неслышно. Что она пробормотала?

— Я не собираюсь замуж за Дориана, — повторила Линда уже отчетливее, но слова давались ей с трудом, в горле запершило, и голос прозвучал хрипло.

— Неужели? Что ж, не могу тебя в этом винить. — Он понимающе покачал головой. — От брака не так–то легко освободиться, даже в наше время. К тому же твоих родителей, по–видимому, вполне устраивает характер ваших отношений, так что зачем брать на себя труд что–то менять?

— Ты не понимаешь.

Хотя, если честно, она и сама не все понимала. Чего она добьется, рассказав Кевину правду о том, что Дориан всегда был для нее только другом и собирается жениться на Эвелин? Ровным счетом ничего. Предположение, что Кевин ее любит — просто бред сумасшедшего. Если бы это было так, то он не согласился бы на развод.

Кевин поморщился.

— Не уверен, Линда, что мне этого хочется. Может быть, раньше я хотел понять, но теперь — нет. Мне на время показалось… — Он покачал головой. — Нет. Я просто был дураком. Будь счастлива, любовь моя, наслаждайся жизнью. Ты это заслужила.

С этими словами он ушел. И Линда знала, что никто и никогда не заполнит зияющую пустоту, которая осталась в ее душе.

Когда она вернулась в больницу, родители спали. Узнав от медсестры, что все идет хорошо, девушка пошла искать Дориана.

Молодой человек ждал в комнате для посетителей. Когда Линда вошла, он автоматически посмотрел поверх ее плеча.

— Я без Кевина, — сказала Линда, предупреждая его вопрос. Брови Дориана поползли вверх.

— У него возникли проблемы с парковкой?

— Я приехала сама.

Линда села на стул, все еще не вполне уверенная, что добралась до больницы. Она не помнила, как вела машину, и сама удивлялась, как ей удалось благополучно доехать.

Дориан всмотрелся в ее лицо. Он все заметил: и бледность, и тени под глазами, и поправляющие волосы дрожащие руки. Он накрыл их своей большой теплой ладонью.

— Что случилось? — мягко спросил Дориан.

Линда крепко зажмурилась, чтобы не дать слезам пролиться, но, когда она открыла глаза, Дориан заметил влагу на ее ресницах.

— Дорогая… — Он бережно обнял ее. Линда припала к его груди и дала волю слезам, вздрагивая от рыданий. — Мерзавец! — пробормотал Дориан. — Грязный, паршивый…

— Ты не понимаешь, — Линда всхлипнула. — Я и Кевин… мы…

— Я все прекрасно понял, — сердито прервал ее Дориан. — Наш неподражаемый артист действовал в своей обычной эгоистичной манере и воспользовался ситуацией. Ни больше ни меньше!

Линда снова всхлипнула.

— Он ушел, Дориан. — Она подняла голову и дрожащим голосом добавила: — Ушел навсегда. Он согласился дать развод, согласился, чтобы я выступала одна… на все согласился.

— Тогда я действительно чего–то не понимаю. — Он взял ее лицо в ладони и прочел в заплаканных глазах выражение глубокой боли. — Так ты все еще его любишь, — недоверчиво прошептал он. И Дориан имел право удивляться. Она сама не верила, что это правда. Она любит Кевина и всегда будет его любить. Но он ушел из ее жизни, ушел окончательно и безвозвратно. Ей бы радоваться, а она чувствует себя раздавленной.

— Да, Линда, иногда разум может сыграть с нами страшную шутку, — задумчиво произнес Дориан. — Вы с Кевином всегда образовывали… как бы это выразиться… взрывную смесь. Не обманывай себя, не принимай то, что произошло между вами этой ночью, за нечто более глубокое.

Линда не обманывалась. Ее не ввели в заблуждение ни страсть, которую она испытала ночью, ни то, что она по–прежнему чувствовала.

— Не волнуйся, Дориан. — Она попыталась улыбнуться сквозь слезы. — Я не развалюсь на части. — Он смотрел недоверчиво, и Линда нервно рассмеялась. — Ты когда–нибудь видел, чтобы я разваливалась на части?

Он поморщился.

— В последний раз было очень на это похоже.

— А теперь вспомни, как далеко я продвинулась с тех пор! Моя карьера наконец–то пошла в гору. Разве не этого мы с тобой так упорно добивались?

Дориан кивнул.

— Правда, я не вижу особого ликования по этому поводу.