А отдыхать там было от чего. Я никогда не думал, что ко мне явиться огромный арахнид, пытающийся разобрать меня на составляющие. Никогда за собой не замечал боязни пауков...
Хотя мозгу виднее. Если был паук, значит боюсь пауков. Тут вариантов не особо много. Видимо, на нервах, или ещё хрен знает что, но факт в одном — еды нет. Кончилась. Испарилась, я бы даже сказал.
Теперь рассмотрим эффект, после преображения уже не энергетической структуры, но и тела, процесс реконструкции котрого проходил чуть больнее, чем обычно. Ну как чуть. Намного больнее.
Я же умный, я же гений, забыл, что перед приёмом стоило дождаться перестройки, а потом уже вновь усиливать резерв. Но ладно, это мелочи. Эффектом даже одного зелья я удовлетворен, как никогда. Тут тоже, видимо, всё зависит от чистоты крови, потому что ожидаемый прирост к мане превысил ожидания раз так в пять.
Нехило, скажете вы, больно, скажу я вам. Максимальное усиление, после которого были не такие значительные повреждения, ну, с учетом восстановления серебряных глаз, стало трехкратное увеличение параметров тела. Да, я чувствовал себя пущенной по кругу женщиной, но в целом это прошло за пару дней.
По моим расчётам я уже достиг пика стадии Владеющего, либо же начала Познающего. Точно сказать не могу, специально не проверял, чтобы потом удивится и задрать нос ещё выше. И пока последние три дня занимался тренировками, вспомнил одну занимательную вещь.
Когда спорил с директором, то сказал, что смогу одолеть любого учащегося этой Академии. Вот прокол. Филиалов Академии много, он может воспринять мои слова как:
— Я могу победить любого ученика этой Академии, — и дело тут в уточнении «этой», может ли он поставить меня биться с сильнейшим учеником вообще всех Академий в России? Этой в таком случае звучит как уточнение не именно этого места, а заведения в целом.
Ведьма мне подруга, если он так не сделает. Он мужик умный, это понятно сразу. И такую ошибку заметил, видимо, сразу. Почему и рассмеялся. Вдруг там чёрт какой-нибудь уже Повелителя достиг. Да меня в лепешку размажут.
Прошлого меня. Нынешнего наврятли, побарахтаюсь. Но в целом шансы победы расцениваю как тридцать на семьдесят, притом не в мою пользу. А если попадётся Повелитель с какой-нибудь психо-техникой, которая в одно мгновение полигон уничтожить может. То, увы.
Быть мне слугой четыре года. Хотя-я-я. Забывать, что у меня есть заключенные с рангами от Видящего до Владеющего, Познающих забирает государство, промывает мозги и ставит подле себя. Их достать нереально. Разве что высокопоставленным ответвлениям Императорской семьи. У них нет ничего невозможного. Ну и детишкам, думаю, тоже труда не составит.
Таки сильнейшие! Как звучит, помниться, Стёпа, когда получил способность, кричал, что Сильнейший звучит круто. Псевдоним, он, кстати, не поменял, так и оставшись «Неуязвимым».
Это чуть подняло настроение.
— Ладно уж, нужно сходить, проведать моих подопытных, — сильнее, чем нужно, улыбнулся, обнажив заостренные клыки.
Они, кстати, как я думал, перестали наносить вред. Однако есть немного мешают. Клыки, оказывается, чувствительные. И когда соприкасаются друг с другом начинают ныть. Хотя это меньшая из проблем.
Астральное тело у меня полностью покрылось это чёрной жижей. Есть так же подвижки в сферах. За прошедшее время даже самые неактивные стали больше походить на существ.
И если с красной сферой, в которое еле видно отображается силуэт горящего ярким светом Голема, то голубая показывала змею с крыльями. Я перелопатил все воспоминания, но так и не смог вспомнить, что это за создание. Ни разу такого не видел, и да, это не дракон.
Серебряная сфера преобразилась почти полностью, встав чёткостью существа почти вровень с черной, которая уже давно полностью переросла в паука, сидящего на трех нитях. Серебряные представляли собой силуэт человека с крыльями за спиной. И эта первая сфера, представшая в виде человека. Ладно, не совсем человека.
Догадка об ангелах была опровергнута, у них по четыре крыла, у это было всего два. Так что чем дальше — тем больше узнаю. Пока не стоит засорять этим голову. На работе глаз никак не отобразилось и ведьмы с ним.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Научился находиться в двух состояниях одновременно, могу выполнять легкие действия и при этом же находиться во внутреннем мире. Главное задать настройки, а дальше тело само всё выполнит. Так и дошёл до камер, смотря за оголодавшими заключенными.
Еду им подносили, но хватало её лишь на то, чтобы не помереть. Худые, до костей, почти бездвижно лежащие для экономии энергии, они смотрели в потолок, не понимая, что лучше умереть, чем волочить такую жизнь. Но они цеплялись за каждую возможность, за каждую возможную песчинку выбраться.
Надежда так и осталась в их сердцах. И это нужно исправить. Таким отбросам не место на этой планете.
Одна из клеток открылась, впуская меня внутрь. Отходы жизнедеятельности они справляли прямо в камере, воняло ужасно, но я, немытый уже две недели, пах если не лучше, то и не хуже, если не переплюнул их.
Подойти к бездвижному телу не оказалось проблемой, его взгляд медленно сосредоточился на мне. Преступник вздрогнул, и скованными словно на лютом морозе движениями, пытался отползти. Но это не то, что мне нужно.
Он должен бояться, должен закрывать глаза от страха, прикрыть голову руками и молить о пощаде. И тогда, возможно, я убью его быстро.
Чёрт, что за дерьмо лезет в голову.
Медленно моя рука ложиться на его голову, сжимая её, словно в тисках. Нейтральная энергия начала наполнять его тело, разрывая изнутри. Внутренней было слишком мало, чтобы поглотить внешнюю и сделать её своей.
Ящерка быстрыми движениями слетела с шеи и под мой удивленный взгляд запрыгнула в застывший в немом крике открывшийся рот преступника. Его тело покрылось волдырями, которые, лопаясь, выпускали мерзкую черную жидкость.
Тело корчилось в агонии, размашистые движения, сбитые в кровь кулаки и расцарапанное горло. Он пытался достать ящерку, разрывая себе горло, но попытки тщетны. Она уже проникла внутрь, пустила свои отростки по его телу.
В один момент заключенный стих, он перестал воспринимать реальность. Его мозг умер, расплавился под моим воздействием и помощью ящерки. Тело стало простым резервуаром нейтральной маны и капли его собственной.
Увеличившаяся в пару раз ящерка выползла из его рта, стряхивая с себя кровь и внутренности. Быстрыми движениями она забралась мне на голову, и своим хвостом проткнула голову.
Это было настолько неожиданно, что я даже не успел подумать о противостоянии. Посторонняя энергия начала вливаться в организм огромным потоком. Он теснил мою, давя её количеством и даже усиленные частицы маны справлялись так себе.
— Отк-куда ст-только... Кха... — кровь ручьём потекла изо рта.
В нём не могло быть столкьо энергии. Он уже одной ногой был в могиле, его тело не могло поглотить столько энергии.
— Кха! — итак забрызганная кровью клетка окрасилась моей кровью.
Кровью с темно-фиолетовыми песчинками. Что за дерьмо? В голове стремительно проносились воспоминания. Не мои воспоминания. Воспоминания Бейна этого мира. Раннее детство, в котором веселый на людях мальчишка корчиться от боли в своей кровати.
Как его/мой отец подходят и как его могильные руки кладутся мне на голову. Как меркнущим взглядом его руки набухают черными венами, сквозь которые я успокаиваюсь и могу спокойно спать. Его теплый голос чуть не срывался на плачь. Повторения одного и того же слова:
— Прости-прости-прости-прости, — чуть ли не плакал мужчина, сжимая маленькую ладонь в своих.
Из последних сил я отдергиваю себя ото сна, пытаясь услышать другие, сказанные ещё тише слова:
— См...ь...пом...т...с...ть...си...ее, — отрывки слов, после которых сон захлестнул с новой силой, унося сознание дальше.
В другом воспоминании я предстал сторонним зрителем.
Ребенок, даже не отметивший своё четырёхлетие наблюдал за пауком, что поедал свою жертву, окутанную в сети. Его ледяные стеклянные глаза наблюдали за жестокостью. Нет, они видели выживание.
