Глава 2
Саммер Эрнхарт тоже смотрела на Блейка и думала, что, наверное, ее друг сейчас хочет остаться один. Он выиграл матч, причем сам, без посторонней помощи. Понятно, что Блейк никогда не признается ни в чем подобном – для него существовала только команда, никаких «я». В последних классах школы Саммер только и слышала от него, что он – тупой спортсмен, а вот она – умная девочка. Непонятно, как им удалось стать лучшими друзьями? Правда заключалась в том, что Блейк был хоть и парнем, но далеко не тупым. Да, она закончила школу лучшей ученицей и потому говорила прощальную речь на выпускном. Но дело в том, у нее не было других вариантов, кроме как учиться с утра до ночи. Она не обладала никакими талантами, которые помогли бы пробиться в жизни. Ей оставалось только или кровью и потом добывать хорошие оценки, чтобы бесплатно поступить в колледж, или провести всю жизнь в трейлере, в котором она выросла. И хоть Саммер очень любила отца, такого будущего себе не хотела.
Потому она сидела за учебниками, пока Блейк пропадал на тренировках. По вечерам они встречались, как пожилые супруги, в его спальне и смотрели фильмы по старенькому телевизору, по крышке которого Блейк стучал, когда пропадал сигнал, а Саммер так хохотала, что чуть не проливала на кровать свою кока-колу. Она ненавидела ночевать одна и делала вид, что слишком устала, чтобы дойти до дома. А Блейк делал вид, что верит ей, и, укрыв ее одеялом, ложился спать на другом краю кровати. Жизнь тогда казалась очень простой. Саммер верила, что Блейк однажды станет суперзвездой, но она и представить не могла, что будет чувствовать себя такой одинокой, когда это произойдет.
Конечно, Блейк никогда не оттолкнет ее, но Саммер знала, что за дверями уже выстроилась очередь девушек, желающих оказаться с ним в постели. С начала года прошло несколько месяцев, а сколько их она уже перевидала рядом с Блейком?
Просто Саммер всегда представляла, что в итоге они с Блейком станут парой, не в эпоху глупой юности, а позже, когда закончат колледж. Однажды они по-настоящему увидят друг друга и поймут, что за их дружбой скрывалось более сильное чувство. Потому-то Саммер до сих пор хранила себя. Конечно, у нее были довольно близкие отношения с парочкой парней, но она всякий раз останавливалась у последней черты, которая отделяла страстные ласки от не менее страстного секса. В тот момент перед ней возникало лицо Блейка, и она не могла продолжить.
Саммер качнулась на стуле и положила подбородок на колени.
– Как ты думаешь, какова вероятность того, что однажды после такого удара у тебя случится кровоизлияние? – спросила она. – Думаю, процентов…
Но Блейк решительно прервал ее:
– Давай не думать о том, что во время игры я могу сломать руку или ногу, получить сотрясение, а то и вовсе умереть. Со мной все в порядке. Со мной всегда все будет в порядке.
Саммер задумчиво посмотрела на него. Очередной приступ боли заставил Блейка закрыть глаза.
– Как тебе помочь? – спросила она.
– Ты знаешь.
Саммер кивнула. Когда у Блейка болела голова, ему помогал массаж. Когда пальцы его бабушки искривил артрит, он стал обращаться за помощью к Саммер. И она всегда соглашалась. Помогая другу расслабиться, она расслаблялась сама. Но с тех пор как они поступили в колледж Джорджии, Блейк еще ни разу не просил ее об этом. С тех самых пор, как загорелое тело Блейка стало силой, с которой следует считаться, стальной конструкцией из четко очерченных мышц. С тех самых пор, как он стал тем самым Блейком Бэнксом или, как его прозвали на ESPN, Крутым ББ.
Каждый раз, видя его по телевизору, Саммер думала о том, что еще немного – и мечта Блейка о переходе в Национальную футбольную лигу исполнится. А когда это случится, он покинет свою Саммер… так же, как это сделала ее мать.
Страх потери заставлял ее молчать всякий раз, когда она лежала рядом с ним на кровати и слушала о его надеждах на будущее. Или когда массировала кончиками пальцев голову Блейка, виски и лицо. Конечно, шансы на то, что он отвечает ей взаимностью, были ничтожно малы. Но даже если чудо когда-нибудь произойдет и их дружба превратится в любовь, Блейк все равно покинет ее.
Люди всегда так делают.
Глава 3
Блейк открыл глаза и посмотрел на Саммер. Выражение ее лица в последнее время часто ставило его в тупик. Были моменты, короткие, как вспышки, когда она глядела на него не как друг, а так, как обычно смотрят на парней девушки. Но этот взгляд тут же исчезал, уступая место иронической ухмылке.
– Я не буду сидеть на этой грязной простыне, – заявила она, кивая в сторону кровати. – У этой парочки могло быть любое из тысячи венерических заболеваний. Они часто передаются через жидкость, и если кто-то из них… ну, ты понимаешь, то у нас могут появиться большие проблемы.
Блейк рассмеялся, думая о том, как было бы здорово, если хотя бы треть его знакомых девушек обладали по меньшей мере половиной задора Саммер. Тогда, возможно, он мог бы терпеть их дольше, чем одна ночь обжиманий. А пока Блейк всякий раз начинал мечтать о Саммер, ощущал себя виноватым перед девушкой и заканчивал ласки, прежде чем начиналось что-то серьезное. В общем, с ним явно было что-то не так.
– Так, доктор, я сейчас их поменяю. Что еще?
Саммер проигнорировала шутку:
– Скажешь мне спасибо, когда твои причиндалы останутся в порядке.
Блейк почувствовал, как от ее слов ширинка брюк вдруг стала ему тесной. Он мысленно порадовался, что на нем была длинная футболка, и пошел к шкафу, чтобы взять новое постельное белье.
Саммер кивком показала, чтобы он пересел, и стала застилать кровать. В другое время Блейк сделал бы это сам или хотя бы помог, но у него так болела голова, что он чуть ли не терял сознание.
– Ну и сильно тебя ударили? – спросила Саммер, глядя на то, как простыня в ее руках взметнулась вверх и медленно опустилась на матрас.
Блейк глянул на нее и спросил:
– А ты не видела?
– Профессор Кармайкл позвал меня в химическую лабораторию. Я помогаю ему с исследованием, разве ты не помнишь?
– Помню, – ответил Блейк.
Но он знал, что Саммер лгала. Она была на его первой игре, но потом перестала приходить. Тогда ему достался такой сильный удар, что Блейк просто упал на поле и лежал, не в силах вдохнуть, думая о том, что, наверное, так же себя чувствуют тонущие люди. Конечно, Саммер попыталась выбежать к нему, но охрана ее не подпустила. С тех пор она упорно отказывалась бывать на его матчах.
– Ну вот, теперь все отлично, – похлопав по кровати, сказала Саммер. – Ложись, а я начну колдовать. – И она озорно ухмыльнулась.
Блейк кивнул. Он бы ответил какой-нибудь шуткой, но боль была слишком сильной, а момент – слишком напряженным. Словно что-то изменилось в воздухе, только никто из них пока это не осознал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
