Голос Исаева звучал так, как в воображении капитана мог бы звучать голос дьявола.
— Капитан Фрост, ваше время вышло. Ребята, давайте.
Наемник вжался в пол, и в комнату ворвались пули, много пуль — они, как свинцовые пчелы, метались во всех направлениях, круша, ломая, разбивая все, что попадалось на их пути, и мечтая ужалить человека, спрятавшегося за письменным столом.
Фрост понял, что он попался, — выхода отсюда не было, рано или поздно стволы его нащупают, и он умрет.
Стрельба продолжалась, а наемник даже боялся поднять голову, чтобы не подставить ее под какой-нибудь рикошет. Он лихорадочно думал, как бы спастись.
Протянув руку, капитан открыл ящик стола и принялся шарить в нем. Наконец он отыскал то, что ему было нужно, — моток тонкой веревки. Фрост привязал один ее конец к спусковому крючку М—16 и принялся осторожно разматывать моток.
Это был отчаянный шаг, но ничего другого ему не оставалось.
Капитан переставил винтовку на стрельбу очередями и закрепил ее между ножками стола, прочно закрепил. Затем достал браунинг и медленно пополз в сторону стены, таща за собой веревку.
Отдалившись на три ярда, он сильно дернул за нее, М—16. полыхнула огнем Автоматы противника тут же ударили в то место, откуда доносились выстрелы, а Фрост — пользуясь этим — вскочил на ноги, метнулся к стене и свалился под нее, успев ударить ладонью по выключателю.
Вспыхнул яркий свет, и капитан отчетливо увидел четверых мужчин с оружием в руках, которые стояли на пороге библиотеки. Они все на миг прикрыли глаза, по которым резанул свет — переход к нему из полного мрака был совершенно неожиданным и болезненным.
Фрост вскинул браунинг и нажал на спуск. Две первые пули разнесли голову Исаева, и тот рухнул на пол. Потом капитан сразил высокого парня с автоматом в руках. Двое оставшихся в живых уже опомнились — Фрост представлял из себя прекрасную мишень, и…
Где-то неподалеку прогремели еще несколько выстрелов, и оба мужчины упали. В дверном проеме стоял Пласкевич с кольтом в руке. Его лицо было покрыто кровью. Из-за его спины выглядывал еще один сотрудник ЦРУ.
Фрост поднялся на ноги, засунул браунинг за пояс и двинулся к двери.
— Куда вы направляетесь, черт возьми? — спросил Пласкевич.
Капитан не ответил. Он отодвинул его плечом и бросился бежать по лестнице.
— Бесс!
Наемник достиг второго этажа; в коридоре плавали клубы дыма, и пахло гарью. Капитан бросился к двери их комнаты, переступив через тело агента ЦРУ, изуродованное сильным взрывом. Дверь стояла на месте. Фрост замолотил в нее кулаками.
— Бесс!
Щелкнул замок, дверь приоткрылась, и в щель выглянул ствол “Узи”. А затем появилась и Бесс. В ее глазах был испуг, но губы уже шевельнулись в улыбке.
Они кинулись друг другу в объятия.
— Черт возьми, — шепнул Фрост, прижимая ее к себе, — комната и правда бомбостойкая. Кто бы мог подумать… Но женщина его не слышала.
Глава тридцать вторая
Они находились в своей квартире в пригороде Атланты всего какой-то час, и большую часть этого времени Фрост провел за телефоном, пытаясь дозвониться на Аляску и убедиться, что Маргарет Дженкс жива, несмотря на покушение на ее жизнь, а Мэтт и их сын чувствуют себя хорошо.
Сразу же после перестрелки с агентами КГБ капитан и Бесс уселись в машину и отправились домой. Добрались они туда в три часа утра.
Наконец Фрост положил телефонную трубку и посмотрел на Бесс, которая разбирала накопившуюся за время их отсутствия почту.
— Ну, что? — спросила женщина.
— С ними все в порядке. Мэтт заканчивает курс лечения и опять доволен жизнью.
— Слушай, я понимаю, что Пласкевич обманул тебя, но разве обязательно было ломать ему нос?
— Пусть еще радуется, что я не забил переносицу ему в мозг, — буркнул капитан.
Он взял стаканчик, в который Бесс уже налила виски, и сделал глоток. Алкоголь приятно согрел желудок.
— Посмотри-ка.
Фрост взглянул на письмо, которое протянула ему женщина. Он сразу увидел адрес отправителя: Пакистан.
Наемник разорвал конверт. Там был листок бумаги и сложенная пополам фотография. Капитан взглянул на снимок, но почти ничего не разобрал — тот был мутный и расплывчатый. Тогда Фрост взялся за письмо.
Он читал вслух:
“Капитан Фрост, Али Акбар шлет тебе привет и сообщает, что с ним и его семьей все хорошо. Моя жена сшила мне отличный бурнус из того материала, который ты купил. Мой сын учится владеть мечом и скоро тоже станет охранять Хайберский перевал.
Недавно мне довелось быть на территории страны, где мы с вами пережили так много, и я сделал фотоснимок одного человека, хорошо вам знакомого. Несмотря на потерю левой руки, она осталась такой же. Посмотри в ее глаза, капитан, — там все тот же огонь. Да хранит Аллах тебя и твоих близких.
Акбар Али Хасан, патан из племени африди, охранник Хайберского перевала”.
Фрост положил бумагу и вновь взял в руку фотографию. Теперь он присмотрелся к ней более внимательно. И на вершине горы разглядел маленькую фигурку девушки. Левый рукав ее халата был пуст, но в правой руке она крепко сжимала автомат.
— Посмотри, — Фрост протянул фотографию Бесс. Потом он взял увеличительное стекло и долго рассматривал снимок. Да, черты лица были смазаны, но глаза каким-то чудом были видны хорошо. И в них действительно горел тот же огонь.
— Это Мерана, — прошептал капитан. — Она жива…
Руки Бесс гладили тело Фроста, а он крепко прижимал ее к себе. Губы женщины целовали его лицо, шею, плечи…
Они занимались любовью до тех пор, пока за окнами не посветлело. Потом Бесс уснула, а капитан еще долго лежал, глядя в потолок. Он вспоминал людей, с которыми судьба свела его в Афганистане, людей, которые готовы были на все, чтобы только отстоять независимость своей страны.
Акбар, Сабхан, Мухаммед уль-Раик, Хаджи — столетний победитель бузкаши. И Мерана… Конечно, Мерана.
Фрост улыбнулся. Все же ей удалось спастись, удалось выжить назло врагам.
Бесс подняла голову.
— О чем ты думаешь, Фрост?
— О многом. О стране, в которую я, может быть, когда-нибудь вернусь. Это очень далеко.
— Ну нет, — сонно сказала женщина, — теперь уж я тебя никуда не отпущу.
Фрост обнял ее и прижал к себе.
— Может, и так, — сказал он тихо. А про себя подумал: “К сожалению или к счастью, но вряд ли у тебя это получится”.
1
Игра слов. Фрост-Frost — по-английски: мороз.
