вот я сегодня струсил.
— Сядь, — спокойно произнес Рафик и поставил перед ним стул.
Комната начинала походить на зону боевых действий.
Хасан не стал садиться, а подошел к Леоне и взял ее на руки.
— Но, сир, мы должны ее осмотреть.
— Оставьте его, — приказал старый шейх. — Он сделает все, что нужно.
Хасан уложил ее на диван своего отца и сел рядом. Леона была бледной, хрупкой и такой милой. При виде нее он не мог сосредоточиться. Взяв за руку, он заговорил со своей женой:
— Не смей бросать нас сейчас, маленькая тиранка, даже если ты считаешь, что мы этого заслуживаем.
— Мы? — пробормотала она.
— Хорошо, я, — признал он. — Между прочим, мой отец жив. Я решил, что лучше сказать тебе об этом до того, как ты начнешь вспоминать, почему ты упала в обморок.
— Он в порядке? — Ее ресницы взметнулись вверх, открывая затуманенные глаза.
— Он пришел в себя то ли из-за лекарств, то ли из-за твоих требований, никто точно не знает. Но он открыл глаза и спросил меня, о чем ты говоришь, буквально через секунду после того, как ты выскочила из комнаты.
— Он очнулся. — Облегченно вздохнув, она снова закрыла глаза.
Почувствовав, что Леона дрожит, Хасан накрыл ее одеялом.
— Где я? — спросила она через секунду.
— Ты лежишь на диване моего отца, — сообщил он ей. — А я рядом и готов служить тебе.
Она открыла глаза, уставилась на Хасана в упор, и он вздрогнул.
— Почему ты это сделала?
Она нахмурилась, вздохнула, попыталась сесть, но почувствовала, как кружится голова, и опустилась на подушку.
— Я не хотела, чтобы он умирал, — просто объяснила она. — А если он должен был уйти, ему следовало узнать, что он оставляет этот мир, получив то, что он всегда хотел.
— И ты солгала.
Леона поморщилась.
— А если бы он выжил, а твои слова оказались ложью, что бы стало с моим отцом?
— Я беременна, — заявила она. — И это самое главное.
Хасан рассмеялся.
— Прости, что накричал на тебя, — серьезно сказал он.
Она поигрывала его пальцами.
— Ты был подавлен, а тут появилась я и закатила истерику.
— Но ты оказалась права. Мой отец тебя услышал.
Она кивнула:
— Я знаю.
— Вот. — Он протянул ей тест на беременность.
Взяв тест, она долго смотрела на него, не говоря ни слова.
— Сейчас это не кажется важным, — в конце концов пробормотала она.
— Доказательство или ребенок?
Она пожала плечами и надула губы:
— И то и другое.
Другими словами, восторг, который она должна была испытывать, пропал. Вздохнув, Хасан снова подхватил ее на руки и встал.
— Куда ты меня несешь? — спросила она.
— В кровать, — прямо ответил он. — Где ты будешь лежать обнаженной, а я смогу обнимать тебя и нашего ребенка.
— Но твой отец…
— С ним останется Рафик, — произнес Хасан. — А ты будешь со мной.
С этими словами он толкнул ногой дверь в главный коридор и замер, увидев море встревоженных лиц, ожидающих новостей.
— Мой отец пришел в себя, — объявил он. — А моя жена беременна.
Все опустились на колени и стали благодарить Бога за две благоприятные новости. Теперь начнут звонить телефоны, а новости распространятся по всей стране. К завтрашнему утру в Рахмане не останется человека, который не будет знать, что произошло сегодня вечером во дворце.
— Ты мог бы дать мне шанс сообщить эту новость моему собственному отцу, — заметила Леона.
— Он знает или догадывается. Я намекнул ему об этом, когда попросил его приехать сюда сегодня вечером. Между прочим, это произошло тогда, когда мы плавали по Красному морю, — прибавил он, пронося ее между людей, стоящих на коленях. — Рашид предупредил меня по просьбе Эви. И я рассказываю тебе обо всем этом, потому что хочу повиниться перед тобой до того, как мы ляжем в постель.
— То есть Эви знала о твоих подозрениях, когда я звонила ей вчера, но не намекнула мне на это?
— Эти аль-Кадахи очень коварные, — признался он и стал подниматься по лестнице. — У кого я, по-твоему, научился коварству?
— А твое высокомерие?
— Это наследственная черта аль-Кадимов, — ответил он. — Должен предупредить тебя, что наш ребенок тоже будет высокомерным. Очень высокомерным, потому что ты точно такая же.
— Может быть, поэтому я и люблю тебя.
Хасан остановился на полпути вверх по лестнице и одарил Леону лихой белозубой улыбкой.
— И я люблю тебя, — протянул он.
Она улыбнулась, приподнялась и поцеловала его в губы. Они целовались, пока он нес ее вверх по лестнице, а пятьдесят человек внизу наблюдали за ними.
«Пусть смотрят! — подумал шейх Хасан. — Пусть видят, как я целую свою любимую жену и мать будущего наследника Рахмана».
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.
Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.
