Читаем без скачивания Крест любви. Евангелие от Магдалины - Мариан Фредрикссон

– Это финиковые пальмы, – сказал Левий.

Взорам путников предстали толпы народа у дорога, они ждали Иисуса. Мария больше не удивлялась тому, что по пути Его обгоняли не только слухи. Нет, Симон отправил глашатая, и в Иерихоне не осталось ни одного ребенка, мужчины или женщины, не получивших весть о том, что Иисус из Назарета остановится в оазисе на пути в Иерусалим, где Он собирался провести праздник Пасхи. Многие знали Его, Он был здесь раньше, во время странствий по городам Иудеи, где Он исцелял больных и проповедовал Царство Небесное. Был в толпе и народ из Иерусалима – глухие, слепые. И группа книжников.

Мария вздохнула, она боялась диспутов и желала только одного: чтобы Иисус отдохнул после долгого пути. Но Он вел себя как обычно: подходил к больным, брал их за руки и давал им здоровье и надежду.

Слепой прокричал:

– Иисус, сын Давида, сжалься надо мной!

Его попытались утихомирить, но Иисус подошел и спросил Его:

– Что ты хочешь, чтобы я сделал для тебя?

– Сделай так, чтобы я снова смог видеть.

– Ты можешь. Тебе помогла твоя вера.

Ученики устали и были голодны, но им пришлось прождать много часов, прежде чем войти в оазис. Там на сикоморе сидел человек, маленький человечек с длинными руками, коротконогий, с большим носом и совершенно лысый. Человек богатый, но презираемый жителями города. Мария это поняла, как и то, почему он решил вскарабкаться на дерево. Он был на голову ниже своих соседей, но во что бы то ни стало хотел увидеть Учителя. Она скрыла улыбку, а Иисус взглянул на дерево и сказал:

– Скорей спускайся, Закхей, сегодня я буду гостить в твоем доме.

Пока человечек спускался вниз, Мария различила голоса в толпе:

– Он остановится в доме грешника и мытаря.

Когда сборщик податей достиг земли, он выпрямился и обратился к Иисусу:

– Половину того, чем владею, Господи, я отдам нищим. Если я у кого-то отбирал деньги, я верну их четырехкратно.

И он заспешил, чтобы приготовить обеденную трапезу.

На пути к дому сборщика податей Иисуса остановил один книжник, который желал узнать, когда наступит Царство Божее. Иисус, как обычно, ответил, что Царство Божее нельзя увидеть.

– Никто не может сказать «вот оно» или «вон оно». Нет, Царство Божее внутри вас.

«Он так часто и так ясно об этом говорил – подумала Мария. – И все равно никто не понял».

Когда они возлегли за столом в доме мытаря уныние вновь овладело Марией, и в тревоге глаза ее потемнели. После отдыха Иисус говорил с фарисеями, и те хотели предостеречь его.

– Уходи. Герод хочет твоей смерти.

Его ответ был ясен:

– Передайте лису, что сегодня и завтра я изгоняю бесов и исцеляю больных, а на третий день я буду у цели. Сегодня, и завтра, и послезавтра я должен идти, ибо пророку негоже расстаться с жизнью где-либо кроме Иерусалима.

С приходом ночи они расстелили свои тюфяки в доме Закхея. Мужчины в большом зале, женщины в маленькой комнате. Мария разыскала Лидию. Эта женщина была новенькой среди учеников, но Мария успела к ней привязаться за ее безграничное терпение. Иисус встретил Лидию в синагоге в Галилее. Из-за травмы спины женщину согнуло чуть не до земли, и она многие годы не могла выпрямиться. Иисус обратил на нее внимание, подозвал, возложил свои руки и объявил, что отныне она свободна от недуга.

У Марии было много воспоминаний об исцелениях, но это было одно из самых отчетливых. Она никогда не забудет лицо Лидии в тот момент, когда она выпрямилась, встала в полный рост и сделала глубокий вдох, освободившись от муки. Лидия осталась с ними, внесла свои сбережения в общую казну и стала делиться с людьми своей мудростью и радостью. Теперь она обняла Марию и притянула к себе. Она ничего не говорила, и Мария могла выплакаться.

На другой день они отправились дальше, а толпы следовали за ними. Пейзаж изменился, поля опустели, и лысые горы выше и выше тянулись к небу. До города предстояло еще долго идти, но уже было видно, как он гордо и уверенно расположился на горе Сион.

Мария с первого взгляда возненавидела этот город, который казался таким претенциозным. Ей не нравилось, что он томится в заключении толстых стен. Женщине в голову пришла неожиданная мысль: прочный мир не нуждается в толстых стенах. Над городом доминировал огромный храм, он поглощал солнечные лучи и золотыми отблесками отражал их в долину реки.

Многие упали на колени со словами:

– Велик, велик Бог Израиля!

Мария стояла прямо и думала, что этот бог – не тот, которого Иисус втайне называл Авва. Она взглянула на Учителя. Его глаза были распахнуты, а со лба стекали струйки пота. Отчаяние?

Иисус и Его ученики спустились в долину, а потом по крутым склонам перебрались через Оливковую гору. Оттуда их путь лежал в Вифанию, к дому Марты и Марии. Мария Магдалина слышала рассказы о том, как Иисус воскресил мертвого Лазаря. Теперь она получила возможность встретиться с ним. У Лазаря были странные глаза, их взгляд был устремлен куда-то вдаль. Мария хотела поговорить с ним, расспросить… Он ведь был человеком, который мог рассказать о смерти. Но Лазарь был робок и молчалив, избегал ее, как и всех прочих. Марта, видя недоумение Марии, пояснила:

– Кажется, он еще не привык жить.

Мария кивнула, это было понятно. Ей нравилась Марта, мать семейства, которая заботилась о том, чтобы на столе для всех была еда, чтобы спальные места были прибраны, а домочадцы были под присмотром. Ее твердая рука напоминала Марии об Эфросин. Сестра Марты была более замкнутой, но нежно заботилась об Иисусе. Магдалина напряглась и только за обедом поняла, что ревнует.

Мария из Вифсаиды была красива и мила. Ее застенчивость вписывалась в иудейские традиции. В общем, эта девушка была такой, какой Мария Магдалина не была никогда. Однако, когда Марта отправила их к колодцу за водой для ужина, Магдалина поймала взгляд юной Марии и сразу поняла – та знала. Знала и была отчаянно напугана. Они стояли у колодца и смотрели друг на друга.

– Почему ученики не понимают, что должно произойти?

– Они не хотят понимать.

Отчаяние стало невыносимым и вернуло Марию в реальность, в Антиохию.

Глава 34

Едва Мария устроилась за столом, чтобы зависать свои впечатления об Иерихоне и Иерусалиме, как распахнулись ворота и раздался приветственный крик Леонидаса. Он рано вернулся.

– Пойдем, – сказал он. – Прогуляемся и посмотрим, как Симон Петр закладывает фундамент первой церкви.

Марии было известно о том, что христианское собрание получило землю подле городской стены, на месте старой синагоги. Синагога сгорела много лет назад, а летом земельный участок очистили. Теперь настало время заложить первый камень.

Мария закрыла лицо покрывалом и набросила на плечи черную накидку.

На стройке собралось много людей. Петр прочитал простую молитву, которой их научил Иисус, благословил место и попросил Учителя защищать новый храм. Павел стоял рядом с Симоном, также погруженный в молитву.

У края толпы стоял иудейский раввин. Леонидас потянул Марию за собой к Амахе.

– Думаю, нам нужно с тобой поговорить.

Мария обрадовалась, именно этого она и хотела, и равви Амаха согласился прийти к ним после ужина.

Они ждали раввина в библиотеке. Мария разожгла два больших светильника и поставила на стол вино и фрукты. Сомнения переполняли ее, и больше не хотелось ни с кем говорить о событиях последних дней. Когда раввин опустился на предложенный стул, внутреннее сопротивление Марии было так велико, что губы сжались в тонкую линию.

Равви Амаху было трудно напугать, он был чем-то озабочен.

– С вашей стороны было неосмотрительно посетить гностическое богослужение, – заявил он. – Теперь поползли слухи о том, кто была та таинственная женщина и что ей было нужно. Особо одаренные утверждают, что женщина была ангелом тьмы, посланным шпионить за ними. Но все шепчут об апостоле, превзошедшем всех прочих, о женщине, которая, согласно гностикам, «получила знание обо всем». Сегодня ко мне пришел мужчина, один из них, и прямо спросил, является ли Мария Магдалина женой шелкоторговца Леонидаса.

– Я понимаю, что это было неосмотрительно, – согласилась Мария и слабым, но уверенным голосом продолжила; – Я не сожалею. Это было великолепно. Я услышала их, узнала, как проходят их богослужения. Проповедовала женщина, которая сказала, что знание – это взгляд на источник истины, внутрь всего сущего. Каждый, кто постиг этот источник, постиг себя. Я узнала эти слова. Иисус говорил по-другому, но смысл…

Равви Амаха покачал головой:

– Я говорю не об их учении, в нем много хорошего. Я пытаюсь предостеречь тебя от того, что может произойти. Тебя окружат безумцы и будут поклоняться как единственному апостолу, которому ведома истина. Это непростая роль, и она не для тебя, Мария. Ты всегда держалась на расстоянии от каких-либо авторитетов, и сама вряд ли сможешь стать такой.