— Ты свидетель, что я не хотел их убивать и просто защищался. Это несчастный случай. — Заявил он трактирщику грозным голосом. Тот ещё больше скорчился и заверещал.
— Да, конечно, господин. Я всё сделаю так, как вы скажете, только не убивайте меня. Прошу вас!
Дарт был уверен, что этот визгливый голос был слышен на два квартала вокруг. Он скрипнул зубами и сказал:
— Я не собираюсь убивать тебя. Просто скажи стражникам, что это была самооборона. И скажи, — подумав, добавил он, — что ты не запомнил моего лица.
— Да! Да, господин! Конечно, господин! Я сделаю всё, как вы прикажете, господин. — Мужчина низко кланялся, умоляюще сложив руки перед собой.
Дарт раздражённо фыркнул и вышел из таверны. Похоже, ему придётся поискать другое место для обеда завтра. А в это заведение лучше вообще больше не заходить. Закрывая дверь, он последний раз осмотрел помещение и обратил внимание на кровь, пролившуюся на пол. Две узкие дорожки бежали навстречу друг другу, образуя окружность. А в центре этой окружности кровь собралась в ещё одну круглую лужицу. Изображение кровавого глаза пересекала широкая полоса кровавых капель, образовавшаяся, когда Дарт смахнул кровь с меча. Он громко скрипнул зубами и так хлопнул дверью, что та, не выдержав, с грохотом повалилась внутрь.
Трактирщик в ужасе уставился на разрушенный вход и виднеющуюся за ним фигуру, но не промолвил и слова. Дарт громко выругался и скрылся в темноте. Его настроение было полностью испорчено, но вместе с тем, холодная ярость, бушевавшая в его крови, давала ему чувство уверенности в том, что он сможет противостоять этой ситуации, и найдёт способ её решения.
Всю следующую неделю Дарт провёл, пытаясь войти в общество доморощенных магов, сектантов и просто искателей приключений, которые так или иначе были связаны с магией и богами. Это был целый мир, о существовании которого он раньше и не догадывался. Тайные сборища, публичные проповеди, лекции в магических школах: всё это было для него в новинку.
Он нигде особенно не задерживался, никуда не вступал и играл роль простого любопытствующего. К счастью, кругом хватало таких же дилетантов, как и он, так что никто особенно не обращал на него внимания. Он знакомился с людьми, временами раскошеливался на выпивку, временами сам напрашивался в компанию, и везде он слушал, слушал и слушал, пытаясь понять законы этого мира, и вникнуть в суть происходящих в нём событий.
К концу недели он завёл себе десяток знакомых в совершенно разных местах и периодически навещал их, выслушивая последние сплетни. Происходившие время от времени с Дартом странные события создавали вокруг него ореол таинственности, так что многие хотели познакомиться с ним. Постепенно он вливался в этот странный мир, наполненный дилетантами и мастерами, гениальными одиночками и бездарными обывателями.
Когда миновала вторая неделя, Дарт занялся поисками работы, и один из его новых знакомых предложил ему место охранника в одном из магазинов знаменитого торговца оружием Эль-Муксанды. По его словам, за последний месяц в этом магазине было совершено три ограбления, так что хозяин сильно обеспокоился вопросами безопасности. Таким образом, днём Дарт скучал в магазине, сидя в углу на стуле, и временами разрубая на части то одного то другого правонарушителя, а по вечерам бродил по тайным сборищам, собирая информацию.
Так прошёл месяц его осёдлой жизни в Расфахе. За это время суета вокруг наводнения на севере утихла. Дожди там прекратились через пару дней после его речного путешествия, и теперь река медленно входила в свои берега. Караваны один за другим переправлялись через Ифират, и жизнь страны вошла в обычное русло.
По мере своего изучения магических наук Дарт начал обращать внимание на то, что его знакомые относятся к нему с гораздо большим уважением, чем этого следовало бы ожидать. Дарт не проявлял никаких магических способностей и не поражал слушателей умными речами. Обычно, он просто молча сидел в углу и слушал весь тот бред, что выливал очередной лектор на головы доверчивых слушателей. Но все окружающие вежливо кланялись ему, уступали место и делали внимательные лица, когда он что-то говорил.
Это не могло не вызывать подозрений, так что однажды Дарт решил поговорить на эту тему с одним из наиболее близких из его новых знакомых — парнем по прозвищу Банный Лист, которое тот сам сокращал до «Листик». Это был вечный неудачник и неунывающий собутыльник лет двадцати отроду. Он тоже крутился во множестве разных компаний, сект и школ, по большей части зависая на вечеринках и пьянках. Дарт пригласил Листика в таверну, напоил целым кувшином вина за непринуждённой беседой и начал доверительным голосом задавать вопросы.
— А скажи-ка мне, друг мой ситцевый, ты меня уважаешь?
Листик поднял на него удивлённые глаза.
— Конечно, уважаю. Ик! Тебя все вокруг уважают. — Вино сделало своё дело, так что собеседник Дарта уже не осторожничал в выражениях и панибратски хлопал его по плечу. — Я уверяю тебя, что ты — самый уважаемый человек из всех, что я знаю. Ик!
— Это почему же я такой уважаемый? — Уточнил Дарт.
— Ну как же? — Удивился Листик. — Потому что ты наш самый лучший собутыльник. И с тобой всегда приятно провести время.
— Честно говоря, этот факт вызывает у меня некоторые сомнения. Я вижу и других людей вокруг, которые не хуже меня умеют чесать языками и пить вино. Но что-то я не заметил особого проявления уважения к ним со стороны окружающих. Честно говоря, это беспокоит меня. Ты ведь знаешь, в чём истинная причина такого отношения?
Листик удивлённо посмотрел на Дарта и спросил:
— А разве это не очевидно? Все просто боятся тебя. — Он оперся головой на руки, так как был не в силах держать её самостоятельно, и продолжил. — Ты самый опасный человек в округе, ты знаешь это? Ик! Каждый раз, как ты приходишь на очередное сборище или лекцию, у окружающих начинается нервный тик. Но они не смеют даже пикнуть, так как боятся тебя. Но знаешь? — Листик принялся размахивать левой рукой, продолжая использовать правую в качестве подпорки для головы. — Я тебя нисколечко не боюсь, так как ты — мой лучший друг. Ик! — Последняя фраза сопроводилась настолько сильным иканием, что голова незадачливого пьяницы свалилась на стол. Последовал громкий стон, и Листик поднялся с чуть более трезвым взглядом. — О чём это я?
— О том, почему меня все боятся. — Подсказал Дарт. — Это из-за моего меча?
— Меча? — Фыркнул Листик. — Не смеши меня. Кого можно напугать каким-то мечом? — Некоторые из знакомых знали, что меч Дарта способен резать сталь как масло и откровенно завидовали ему. — Они боятся тебя! Тебя и твоей магии.
— Моей магии? — Удивлённо поперхнулся Дарт, пролив на себя вино, и, вытираясь, спросил. — Какой такой магии?
— Ты разве не знаешь? — Вытаращил глаза собеседник. — Все те, кто попытался навести на тебя порчу, проклятье или же любое другое заклинание плохо кончили. Большинство из них отправилось на тот свет. Ик! Это очень сильное колдунство. Признайся, у тебя есть какой-то амулет? Или же ты находишься под защитой могущественного мага?
Листик схватил Дарта за грудки и начал трясти его. Но в результате он раскачивался сам, тогда как Дарт оставался недвижим.
— Клянусь небесами! Даже великий маг этого города — глава секты Алмазного Когтя пытался убить тебя своими чарами, после того, как его лучший ученик скончался при попытке проклясть тебя. — Он перешёл на шёпот. — И что в результате? Он чихнул во время чтения заклинания, склянка с волшебными чернилами выпала из его рук и разлилась по полу, нарушив линии запечатывающей пентаграммы. Вызванные им духи вырвались на свободу и затащили его в тот ад, откуда явились. Маг вернулся через три дня, но зарёкся иметь с тобой какие-либо дела. Я знаю, ты ходишь на их встречи по средам, но, честно говоря, ты первый человек, который ходит туда и не является их священником второго круга.
— Да? А я-то думал, чего это они все так удивлённо на меня смотрят?
