случиться!!?
Валери в шоке посмотрела на Мэйрилин Тилер. Она была такой свободной, такой легкой, такой элегантной. Даже она, принцесса, сама не могла бы научиться такому, сколько бы усилий она ни приложила.
Что теперь делать? Что теперь делать?!
Она схватила Ноэллу за руку и больно ущипнула. Это была ее затея! Это она виновата. Просто по выражениям лиц всех присутствующих, она поняла, что проиграла. Мэйрилин Тилер одержала над ней победу. Никогда еще в жизни она не была так опозорена. И при таком количестве людей!
- Как вам? Понравилось? — поинтересовалась Мэйрилин у замершей и онемевшей публики после окончания своего выступления.
Хлоп! Хлоп! Хлоп!
Второй принц был первым, кто зааплодировал. Вскоре в торжественном зале раздались оглушительные аплодисменты, которых до этого еще не слышали во дворце.
— Гораздо больше, чем понравилось. Это было что-то невероятное. Потрясающая мелодия, потрясающие навыки игры, великолепное выступление. Это стоило того, чтобы прийти сегодня на банкет, — второй принц произнес возбужденно. Его слова совпадали с мыслями присутствующих гостей.
— Спасибо, — Мэйрилин опустила деревяную флейту на стол, рядом с остальными инструментами, относящимися к тем, на которых предпочитали играть благородные леди. Она сама была как эта флейта. Не лучше, не хуже, как думали многие, но другая.
При ее движении подол ее нежно-розового воздушного платья пару раз всколыхнулся. Девушка казалась мужчине в черном, наблюдающим за тем, что происходило в торжественном зале скрытно из своего тайного места, прекрасной феей, сошедшей с небес. «Каждое движение этой женщины прекрасно!».
Не зная почему, но Валери и Ноэлла чувствовали, что перед ними совершенно иной человек. Это незаметное глазу сияние вокруг тела Мэйрилин делало ее ослепительной, заставляя их сердца трепетать.
Валери не ожидала, что мисс Тилер будет так невероятна. Проиграть этому мусору, как она посмеет смотреть людям в глаза после сегодняшнего дня!
Кэрис Ронат думала примерно о том же. Злость полыхала в ее взгляде на Мэй.
Мэйрилин оглянулась на широко улыбающуюся Юлалию. Та энергично потрясла своими кулачками в воздухе, выражая восторг от выступления. Семья Тилер восторженно махала своей девочке. Братья показывали большие пальцы вверх. Старая герцогиня, увидев странный жест и узнав от Аркелла, что он значит, пыталась скопировать его движения и повторить за внуками. Гордость и радость в глазах родных были для Мэйрилин отрадой, на ее душе стало очень тепло.
— Думаю, теперь пришло время судьям оценить выступления девушек, — призвала к порядку гостей, оживленно обсуждающих игру на флейте мисс Тилер, почтенная леди де Луа. Она сама с трудом пришла в себя. На ее руках, спрятанных в рукавах платья, до сих пор гуляли мурашки.
Каждый из выбранных девушками судей на листке бумаги в порядке убывания от первого места до последнего расположил имена девушек. Затем, эти оценки были переданы императору, как хозяину банкета и самому высокому по статусу присутствующему лицу.
Все эти действия были проделаны под внимательные взгляды толпы. Даже слуги наблюдали, затаив дыхание. Наконец, император, просмотрев листы с оценками четырех судей, прокашлялся, чтобы огласить итог.
— Мисс Мэйрилин Тилер и принцесса Юлалия единогласно занимают первое место! — император, пораженный красотой мелодии, все еще отдающейся отзвуками в его голове, совсем забыл о пари.
Он думал, что это обычное соревнование между девушками, где победитель не получает ничего кроме услады своего самолюбия и признания своего таланта среди общества.
Лица Валери, Ноэллы и Кэрис посерели.
Как так вышло? Это не сон? Почему это не всего лишь сон?
Ее собственный отец встал на сторону Мэйрилин. Валери от досады топнула ногой. Если бы она могла, она бы приказала казнить девицу Тилер на месте, а сама бы с удовольствием за этим наблюдала!
Императрица, сидящая рядом с троном императора по правую руку, покрылась холодным потом. Она была женщиной, годами контролировавшей гарем. В этом мире ее мало чем можно было удивить. Но она понимала, что они не могли дать Валери выиграть. Когда даже идиот видит, кто должен оказаться на первом месте. Такая предвзятость со стороны императора обернется не в пользу самой правящей династии и вызовет вопросы в компетенции главы государства принимать решения. Тем, кто стоит у власти, нельзя ни на миг терять лицо.
— Мэй! Мы смогли! Ты смогла! — Юлалия в порыве эмоций обняла девушку.
— Ты сомневалась? — хитро прищурилась Мэйрилин.
— Отныне я буду верить тебе без вопросов! Видела лицо Валери? — весело спросила Али.
Девушки не говорили громко, поэтому только они могли слышать друг друга. Мэйрилин кивнула. Энтузиазм третьей принцессы был заразителен. Она искренне улыбнулась в ответ на широкую довольную улыбку рыжеволосой подруги. Это не скрылось от зорких глаз мужчины в черном. Ее радостные глаза, эта чистая улыбка — запали ему в сердце.
На втором месте оказалась Валери, на третьем — Ноэлла, последней была Кэрис Ронат.
Все девушки по-прежнему находились в центре зала, рядом с инструментами, которые слуги еще не успели убрать.
— Что ж, теперь мы знаем, кто победил. Настало время для исполнения пари? — улыбнулась Мэйрилин в сторону проигравших девушек.
— Хорошо, — кивнула Ноэлла. Она решила исполнить обещанное Юлалии при всех, чтобы выставить Мэй бесчувственной и беспощадной.
— Я прошу прощения у мисс Тилер. Я была не права и сожалею об этом, — жалостливо произнесла Ноэлла, вызывая у публики сочувственные взгляды.
Валери нахмурилась, не понимая намерений Ноэллы. Она не привыкла просить у кого-то прощения. Но и брать свои слова назад она тоже не могла. Она все же принцесса, представитель правящего рода. Тем более, отец смотрит на нее.
— Извини. Мне жаль, — это был максимум, на что способна четвертая принцесса Шаринварда. Принцессе Валери было совсем не жаль, но на кону была ее репутация.
— Я принимаю ваши извинения. Но это было желание Юлалии, не мое.
Валери побледнела, потом покраснела. Какого черта? Она специально? Смеет издеваться над ее высочеством, любимой дочерью императора на его глазах? Но никто не произнес ни слова, чтобы вступиться за эту принцессу.
— Чего ты хочешь?
— Того же, что хотела принцесса от меня. Все просто, — пожала плечами Мэйрилин.
— Прыгнуть в пруд? Ты сейчас серьезно? — неверяще спросила Валери.
Оллин и Эйвис, тихо наблюдающие за своей мисс, одинаково улыбнулись. Принцесса сама сказала эти слова. О том, чтобы прыгнуть в пруд что тогда, при споре, что сейчас на глазах у всех, когда она могла придумать любое действие, сказала она сама.
Конечно же, Валери и подумать не могла, что она проиграет. Кто мог подумать, что так все обернется?
Выражение лица Мэйрилин говорило о том, что она не шутит. Принцесса знала, что она проиграла, но
