Чувствуя себя в своей стихии, Мэгги нажала на спуск затвора. На какое-то время все посторонние мысли отступили, и происходящее захватило ее целиком. В роли фотографа она всегда чувствовала себя лучше, чем в роли объекта для съемок, словно страсть к подглядыванию, таившаяся глубоко внутри ее, вырывалась наружу и обретала возможность с безопасного расстояния вторгаться во внутренний мир другого человека. Мэгги нравилось переходить границы и разрушать привычные ситуации, чтобы получить идеальный снимок, и она не отступала, пока не достигала своей цели.
Обливаясь потом в палящем свете ламп, она объявила перерыв и с жадностью припала к бутылке с водой. Визажист, работавший с ней, уже увел Карину, чтобы приступить к преображению. Мэгги до сих пор посмеивалась, вспоминая выражение лица девушки, когда она увидела на съемочной площадке полуголых мужчин. Таким бывает лицо женщины, которую запустили на тотальную распродажу дизайнерских моделей. Остается надеяться, что Карина обретет толику уверенности в себе, как следует повеселится, и Мэгги сможет благополучно вернуть ее Майклу в лучшем расположении духа.
Она вспомнила, как Майкл прижал ее к стене и рывком расстегнул блузу, как впивался ртом в ее груди… и при этом воспоминании задрожала всем телом. Внизу живота родился томительный жар. Что же это с ней происходит? В жизни ее так не заводил ни один мужчина. Влечение — да, было, но вот такая дикая, грубая, безумная похоть — никогда.
А впрочем, она сваляла дурака. Не сообразила, к чему дело клонится. Этот тип сбил ее с толку своими утешающими объятиями. Мужчины считали, что она терпеть не может телячьих нежностей, и, как правило, не ошибались, но разве кто-то из них даже пробовал обнять ее, не помышляя при этом о сексе?
Вчерашний поцелуй был еще хуже. Сладостный, нежный и многообещающий.
Может быть, если она переспит с Майклом, он больше не будет ее возбуждать. Обычно так и бывало. Может быть, одной бурной ночи хватит, чтобы изгнать из нее этого беса, и остаток недели она проживет спокойно, не чувствуя себя озабоченным подростком.
Мэгги допила воду и окинула изучающим взглядом троих стоявших в ряд манекенщиков. Безупречно сложенные тела. Лоснящиеся в свете ламп мускулы. Готовность показать себя. Чего же здесь не хватает?
Дерзкий авангардный фасон каждой линией подчеркивал оригинальность дизайнерского замысла… но если Мэгги не справится со своей задачей, эта модель ничем не будет отличаться от аналогичных изделий Кэлвина Кляйна и других дизайнеров. Будь она проклята, если допустит, чтобы ее работа оказалась второсортной! В раздражении Мэгги принялась покусывать нижнюю губу.
И вдруг лица всех троих манекенщиков разительно переменились. Мэгги замерла, затем осторожно оглянулась через плечо.
Ух ты!
Перед ней стояла Карина. Визажист сиял самодовольством, а Мэгги любовалась обликом девочки, превращенной его искусством в юную женщину. Лицо ее, покрытое тонирующей основой для макияжа, словно светилось изнутри, щеки отливали легчайшим персиковым оттенком, глаза обрели выразительность. Глянцевый блеск придал пухлым губам невинный и в то же время соблазнительный вид. Курчавые волосы были уложены вокруг лица аккуратными блестящими завитками, создавая эффект, который поневоле притягивал взгляд. Карина по-прежнему была в джинсах, но простенькая футболка сменилась ярко-красной свободной кофточкой поверх полупрозрачной рубашки, и этот наряд, подчеркивая пышность ее упругой груди, тем не менее оставался скромным.
Мэгги возликовала, увидев, что каждое движение Карины дышит уверенностью в себе. И, судя по реакции всех троих мужчин на площадке, эта уверенность была вполне обоснованной.
— Ты просто ослепительна, — проговорила Мэгги и, протянув руку, коснулась пальцами черных тугих завитков. — Тебе нравится?
— Поверить не могу, что я так выгляжу! — яростно закивала Карина.
— Я верю своим глазам, — улыбнулась Мэгги. — И мои парни, думаю, тоже.
Карина покраснела, переступила с ноги на ногу и украдкой покосилась на манекенщиков. Все трое были явно заворожены девушкой, которая до своего преображения не вызвала у них ни малейшего интереса. Мэгги подозревала, что невинность и соблазнительность — редкое сочетание, а уверенность, которая проявилась в Карине, была для мужчин словно песнь сирены. Нет зрелища более привлекательного, чем женщина, которая нравится себе самой. И все-таки было сейчас в их лицах что-то еще, цеплявшее внимание Мэгги, некое чувство, которое она редко замечала у мужчин, и…
Вот оно!
Сердце забилось так, что едва не выпрыгнуло из груди, но Мэгги, взбудораженная своей идеей, оставила это без внимания. Вот он — идеальный снимок! Прямо здесь, перед глазами.
— Иди со мной!
Мэгги схватила Карину за руку и потащила на съемочную площадку. Стремительно двигаясь, она принялась менять мизансцену, передвинула фотоаппарат и заново настроила освещение.
— Деклан, Роберто, Паоло, познакомьтесь — это Карина. Она будет сниматься вместе с вами.
— Что?! — пискнула Карина.
Мэгги поставила ее на краю площадки, направила лампы так, чтобы девушка оставалась в тени.
— Скрести руки на груди, вот так. — Она прислонила Карину к стене, помогла принять непринужденную позу. — А теперь смотри в окно — смотри так, будто мечтаешь о чем-то радостном и прекрасном. Не беспокойся, твое лицо будет расплывчатым, а на фигуру ляжет тень. Договорились?
— Но я не…
— Ну пожалуйста!
Карина едва заметно вздрогнула, но потом медленно кивнула. Лицо ее напряглось, стараясь принять нужное Мэгги выражение. Та проворно метнулась к манекенщикам и выстроила их в неровный ряд. Заметно было, что они слегка возбудились, но признаки возбуждения не смущали Мэгги — напротив, это было именно то, чего не хватало в снимке.
— Слушайте внимательно. Вы должны смотреть на нее. — Она указала на Карину, которая замерла, явно испытывая неловкость. — Представьте, как вы могли бы подойти к ней, подарить первый в ее жизни поцелуй, пробудить в ней женщину. Вот чего я от вас хочу. Начали!
Мэгги схватила фотоаппарат и нажала на спуск затвора. Выкрикивая указания, она лихорадочно металась по площадке в попытках уловить неуловимое… невинность… влечение… искушение. Речь была уже не только о том, чтобы продемонстрировать привлекательное нижнее белье. Снимок должен был веять подлинным, живым чувством.
Секунды текли, и Мэгги сосредоточилась, не замечая ничего вокруг. Наконец лицо Карины едва заметно дрогнуло. Губы ее сложились в легкую улыбку. Манекенщики шевельнулись, не сводя с нее глаз, а потом…
