Тесла склонил голову.
– Если такой будет ваша воля и под это будет выделено соответствующие финансирование, то я незамедлительно начну работать в этом направлении.
– Вот и славно. Значит договорились.
Под занавес встречи новый генерал, вытянувшись в струнку, четко приложил ладонь к фуражке.
– Здравия желаю Ваше Императорское Всесвятейшество и Величие! 4-й гусарский Мариупольский Императрицы Елизаветы Петровны полк для торжественной встречи Вашего Всевеличия построен! Командир полка генерал-майор Петерсон!
Козыряю, а затем жму руку генералу.
– Здравствуйте, Вольдемар-Александр Карлович. Как ваши орлы?
– Готовы сражаться и умереть во славу Вашего Всевеличия!
Киваю. Выхожу на середину строя.
– Здорово, орлы!
Ответный слитный рев не оставлял сомнения, что здравия мне желали воистину богатырского.
– Поздравляю вас с Днем полка!
Ну, разве я виноват, что так совпало? Граф Суворин не простил бы мне легкомысленное отношение к такому совпадению. День перенесения мощей Святого Николая Чудотворца. Да, по новому стилю отмечать следовало 22 мая, но, путем нехитрых махинаций, я оставил в качестве дня празднования именно 9 мая. К тому же День Николая Чудотворца считался днем покровителя лошадей и всякого рода конных войск. Что мне 22 мая? Ничего. А 9 мая? Думаю, что вопрос исчерпан.
Полк проревел благодарственное восторженное приветствие. Мне подвели моего жуткого коня. Марс злобно таращился на лошадиную братию, и, как мне кажется, они (лошади) тут же поняли кто тут ПАПА. Что ж, знай наших. Желающих подойти к Марсу как-то решительно не наблюдается. Самоубийц не так много на нашей земле.
Кони моих сыновей, конечно, и близко не годились на конкурс с Марсом, однако я позаботился о том, чтобы в Мариуполь доставили и их. Пусть сыновья чувствуют себя достаточно важными персонами, чтобы для рядового выезда им коней доставляли специальным поездом через полторы тысячи километров. Полагаете баловство? Нет. Очень уж тут тонкая грань между гордостью и панибратством. Вы думаете все эти «Всесвятейшества» чисто раздувают мое Чувство Собственного Величия? Да плевать я хотел на это самое «Величие». Но Культ личности никто не отменял. Как только монархическая или вождистская Власть потеряет свой сакральный статус, так дни ее сочтены. Недоучившийся семинарист Джугашвили, при всем своем левом марксизме, эту тезу прекрасно понимал. А вот Горбачев, видимо, нет. Даже Ельцин, в своем глобальном пьяном угаре, не был столь безнадежен. Нет, рекламировать на старости лет баварское пиво я был решительно не готов.
Категорически.
Мы взлетели на своих коней. Я и сыновья. Император Михаил, Светлейший Князь Михаил Марфинский и Светлейший Князь Георгий Брасов-Илионский.
Мимо нас процокали копытами гусары Мариупольского полка.
Я отказался от автомобиля.
В город мы въедем верхом. Во главе Собственного Мариупольского полка.
На коне.
* * *
ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. МАРИУПОЛЬ. ГОСТИНИЦА «КОНТИНЕНТАЛЬ». 9 мая 1919 года.
Насколько я помнил, это здание на углу Екатерининской и Харлампиевской благополучно пережило в моем времени все на свете и все смены властей. Что в нем только не находилось в моей истории! И первая в городе электростанция, и штаб Красной Азовской флотилии, и вели бои белогвардейские юнкера, отстреливаясь от штурмующих город красных, был и штаб Батьки Махно, были тут и две сотни гайдамаков, с которыми опять воевали красные. В общем, много всего было. Здание пережило все войны и все бомбежки. Одно из первых трехэтажных зданий города, между прочим.
Но все это было там, в том будущем, которого, как я надеюсь, никогда здесь не случится. А пока из этого всего случилась только электростанция. Первая, но далеко не последняя в этом городе.
Прибыли мы сюда не только «попудрить носик» с дороги, но и дать Высочайший обед для лучших людей Екатеринославской губернии и Области Войска Донского. Но это будет позже, а пока я мрачно глядел на шефа Имперской СБ.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Что ж, генерал Васильев меня не разочаровал. Он действительно привез мне серьезнейшую проблему.
– Государь! Исполняя ваше повеление, мы проводим мероприятия по выявлению британской агентуры в Империи. В частности, нам установлена связь с английским посольством некоторых лиц, вхожих в высшее общество и имеющих возможность получать данные самого деликатного и секретного свойства. В частности, нами достоверно установлено, да простит мою дерзновенность Ваше Всевеличие, что информация о вашем тайном сыне Михаиле попала в Лондон именно через этот канал.
– И кто эти люди?
– Резиденты британской разведки Пол Дюкс и Артур Рэнсом. Первый является пианистом и дирижером Санкт-Петербургской консерватории, много ездит по России в рамках гастролей и частным образом. Вхож во многие приличные дома. После ареста и казни в 1917 году коммодора Френсиса Кроми возглавил британскую разведывательную сеть в Империи. Второй – писатель и журналист, корреспондент радикальной газеты Daily News, а по совместительству офицер британской MI5 под кодовым обозначением «S76». Также активно перемещается по Империи, прикрываясь легендой о написании новой книги о России.
– А он и ранее что-то писал о России?
– Точно так, Государь. Под его авторством в Лондоне вышла книга «Сказки дедушки Петра» с иллюстрациями господина Митрохина.
– О чем книга?
– Переводы русских сказок на английский язык.
– Хм, сказки значит. Дальше.
– Ранее господин Рэнсом сделал себе имя издав роман «Богема в Лондоне». Книга получила хорошие отзывы.
– А в России что он делает?
– Артур Рэнсом, Государь, прибыл в Россию еще в 1915 году в качестве корреспондента Daily News, с тех пор не выезжал. Завсегдатай Английского дома в Москве.
Я прошелся по кабинету. Что-то Васильев темнит. Явно ради такой ерунды, как текущая шпионская игра, он бы не рванул в Мариуполь.
Генерал меж тем продолжал доклад:
– Мы пока не пресекаем их деятельности, ведя работу по выявлению всей агентурной сети в Империи. Среди выявленных есть и весьма значимые лица, но большая часть просто болтуны, не умеющие держать язык за зубами и сдерживать свою откровенность в части служебных дел…
– Постойте, генерал. Вы ранее упомянули, что информация о Михаиле ушла в Лондон через эту сеть. Каким образом? Об этом почти никто не знал, а если и догадывались, то единицы. Так каким образом?
Васильев склонил голову.
– Вот ради этого я и прилетел в Мариуполь, Государь. У нас есть все основания полагать, что британский агент находится в непосредственном окружении Вашего Всевеличия.
Я остановился и хмуро спросил:
– И кто же этот счастливчик?
– Да простит меня Государь, но это ваш личный адъютант полковник Абаканович.
Твою ж мать!!! Вот тебе и «Адъютант его превосходительства» на мою голову! Да легендарный Штирлиц имел куда меньше доступа к государственным секретам, чем Абаканович!
– Доказательства?
– Полковник Абаканович является завсегдатаем Английского клуба в Москве, когда он бывает в Первопрестольной. Там он часто играет за одним столом с господином Рэнсомом. Имеются свидетельства их частого общения в курительной комнате, а также о передаче Рэнсому неких бумаг. В Санкт-Петербургской консерватории он постоянно бронирует одну и ту же ложу. Всегда от его имени посылаются букеты, даже тогда, когда его нет в северной столице. Документально зафиксирована одна шифрограмма, замаскированная в упаковке цветов. В Городе полковник Абаканович регулярно обедает с купцом второй гильдии Константином Мораитисом, который, как нами установлено, является не только сторонником находящегося в Лондоне изгнанного из Эллады бывшего премьера Венизелоса, но и активно сотрудничающий с британской резидентурой в Греции. Также отмечены многократные случаи отправки телеграмм постоянной горничной полковника Абакановича Агнешки некой «бабушке», в которых она в иносказательной форме сообщает о передвижениях Вашего Всевеличия и о предстоящих визитах. Нами перлюстрированы ее письма, одно из которых нам пришлось проявить на предмет выявления скрытых чернил. После термической обработки в данном письме обнаружилась шифрограмма, которую нам, к сожалению, пока расшифровать не удалось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
