надеюсь, он скоро вернется, и мы сможем собраться вместе. Выпить чего-нибудь.
Я улыбнулась ему в ответ, хотя у меня скрутило живот от беспокойства: где же мог быть Денни?
– Да. Было бы здорово. Спасибо!
Вернувшись в дом, я задумчиво прошла через кухню к задней двери и вышла в темный двор. «Как часто Дэнни пользовался парадной дверью? Только не по будням, когда он на своем велосипеде ездил на работу. То есть туда, куда он там ездил, – мысленно поправила я себя. – В феврале он рано уходил на работу – до семи утра и редко возвращался раньше шести вечера, то есть постоянно в темное время суток. Даже если кто-то смотрел в окно в те моменты, когда он уходил или приходил, можно ли было что-то разглядеть в темноте? У нас было наружное освещение на заднем дворе, мы могли бы пользоваться им летними вечерами, когда сидели бы на улице. Но с тех пор как мы переехали, мы включали его всего один раз и только для того, чтобы проверить, работает ли оно. Как правильно заметила Джо, в переулке было темно, так как не было уличных фонарей, и даже если в кухне был включен свет, он давал лишь слабое освещение на заднем дворе. Поэтому, наверное, и неудивительно, что никто из ближайших соседей не видел Дэнни».
Стоя во дворе и размышляя, я вдруг заметила фигуру в окне верхнего этажа дома Дженни и Клайва. Клайв? Я подняла руку, чтобы помахать ему, но фигура резко отпрянула от окна и исчезла, а через мгновение свет там погас. Я некоторое время смотрела на темный прямоугольник – продолжает ли кто-то смотреть на меня оттуда? Затем мои мысли снова вернулись к Дэнни. Я вошла в дом, заперев за собой дверь.
«А как насчет выходных? Почему его никто не видел в выходные? Правда, Дэнни провел здесь всего три уикенда, – размышляла я. – И большую часть времени мы были дома, разбирая коробки, приводя в порядок мебель, развешивая по стенам картины. В супермаркет по субботам ездила я одна. Мы даже на ужин не выезжали ни разу со времени переезда, пользуясь лишь услугами служб доставки разной национальной еды – мексиканской, индийской, тайской».
– Как обустроим дом, у нас будет больше времени, чтобы куда-нибудь выбираться. Я отвезу тебя на потрясную вечеринку в самом необычном месте Бристоля, – говорил Дэнни.
В раздумьях я периодически проверяла телефон, не было ли там сообщений от Евы. «Когда же она наконец приедет?» Чем больше я размышляла, тем менее удивительным мне казалось то, что соседи никогда не видели Дэнни. Да и какая разница, видели или нет? Он пропал. Его не было.
Когда Ева наконец появилась, практически выпав из такси возле дома, пытаясь одновременно и вытащить сумку из машины, и обнять меня, она уже была изрядно измучена затянувшимся путешествием и статьей, которую она дорабатывала впопыхах перед отъездом из Лондона, чтобы уложиться в заданные сроки.
Я разложила ей постель в гостевой комнате и велела хорошо выспаться, пообещав, что обо всем ей расскажу завтра утром, и она, хоть и неохотно, согласилась.
– Мы докопаемся до сути, Джем. Ладно? Обещаю, – сказала она, сжимая мои руки и целуя меня в лоб.
Восьмичасовой сон освежил Еву. Она была одета в черный махровый халат. Ее волосы еще не высохли после душа, щеки разрумянились. Я протянула ей кружку с дымящимся кофе и села напротив, заваривая себе пакетик мятного чая в чашке. Я за последнее время выпила столько кофе, что теперь меня мутило от кофеина.
– Боже, как же я рада тебя видеть, Ева Хоутон! – воскликнула я. – Я так скучала!
– Я тоже скучала, подруга. До сих пор не могу поверить, что ты переехала в эти дикие края Запада. Хотя здесь было бы неплохо проводить выходные. Если эти проклятые поезда будут нормально ходить, конечно. Как тебе тут жилось? – спросила она, дотягиваясь через стол до моей руки. – Надо же такому случиться именно тогда, когда вы только переехали! Как ты, вообще, держишься?
– Я в порядке. Мне стало лучше, когда тебя увидела. А я тут даже успела завести двух подруг. Клэр и Тай. Они хорошие, вы поладите.
– О, это потрясающе! А как ты с ними познакомилась?
Я рассказала ей историю о встрече с Клэр и ее пуделем Винни во время прогулки с Альбертом, а также о приглашении Клэр сходить с ней на йогу. И как мы ходили на первый сеанс, когда Тай, которая уже много лет дружила с Клэр, заняла для нас неплохие места в конце зала. И как там произошел забавный случай. Вся наша группа стояла в позе собаки, и вдруг перед нами раздался громкий звук «Пф-ф-ф-ф».
– О боже, кто-то испортил воздух! – взвизгнула Клэр, находившаяся слева от меня. А Тай, которая была справа, покатилась со смеху.
– Тс-с-с! – попыталась было успокоить нас Клэр, но я взглянула на нее, и она тоже рассмеялась. Тай пыталась сдерживать смех, плотно сжимая губы. А я сделала глубокий вдох, чтобы остановить взрыв хохота. Никто в зале, казалось, не понимал, над чем мы смеемся. В конце концов, мы больше не смогли сдерживать смех и расхохотались, как группка непослушных школьниц на уроке.
– Задние ряды, пожалуйста, сохраняйте тишину! – прозвучал резкий голос учителя йоги, высокой, крепко сложенной женщины с густыми темно-рыжими волосами. Это привело нас в чувство, но мы снова начали хихикать, как только занятие закончилось.
– Я уже тогда поняла, что мы подружимся, – сказала я Еве, а она закатила глаза.
– У тебя всегда было чувство юмора, как у юной девчонки. Но я люблю тебя за это. И я рада, что ты познакомилась с этими девушками. Похоже, они тебе сейчас нужны. Так или иначе… Дэнни. Давай вернемся к нему. Расскажи мне все.
И я выполнила ее просьбу, рассказав ей все с самого начала. И о сообщении, которое я получила от Дэнни в четверг вечером, и о том, как вернулась в пустой дом в пятницу. Как я обзванивала его друзей и бывших коллег, расспрашивая о нем, как я обращалась в больницы, как слала ему письма на электронный адрес, как в конечном итоге отправилась в полицию. А потом я рассказала ей о шоке, который пережила, когда выяснилось, что Дэнни не работал в ACR Security, что он принял предложение о работе, а затем, вероятно, передумал, но каждый будний день делал вид, будто уходит утром на работу и возвращается оттуда вечером. И что он не пользовался своим банковским
