Если подавление было не настолько сильным, и вы осознаете, что есть много вещей, которые вызывают у вас гнев, но вы не хотите или не можете проявлять этот гнев, то вы можете испытывать беспокойство: «Нормальна ли я? Я не предполагала, что могу чувствовать вещи таким образом; нормальная женщина не должна расстраиваться в таких ситуациях». Некоторая часть вашей сущностной энергии утрачивается, будучи связанной этим узлом «невротического» беспокойства о том, нормально ли ваше поведение. И опять-таки вы утрачиваете при этом часть своей живости.
Теперь мы можем приступить к сравнению наведения согласованного транса с формальной процедурой индукции гипнотического транса.
ОКРУЖАЮЩАЯ СРЕДА И ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ УСЛОВИЯ ДЛЯ ГИПНОЗА СО СТОРОНЫ КУЛЬТУРЫ
Напомним об окружающей обстановке в нашей модели гипнотической процедуры. Стэнфордская шкала гипнабельности предполагает относительно обычную окружающую обстановку, тихую комнату и удобный стул. Мысль о том, что сейчас будет происходить процедура гипнотизирования, добавляет немного очарования к этой обстановке и к самой процедуре, но обычная исследовательская атмосфера психологической лаборатории довольно быстро сводит это очарование на нет. Гипнотизер может быть старше по возрасту или иметь более высокий престиж, чем испытуемый, – он «специалист», но отношения во время процедуры гипноза – это, как правило, отношения между двумя нормальными, компетентными и достигшими взаимного согласия взрослыми людьми.
Ограничения в обычной процедуре гипнотической индукции
Хотя это, возможно, и не обсуждалось с достаточной ясностью, на гипноз налагаются некоторые явные ограничения. Например:
а. Процедура ограничена по времени, обычно она занимает один или два часа.
б. Испытуемый рассчитывает на то, что гипнотизер не будет его пугать, угрожать или причинять ему зло тем или иным путем.
в. Если процедура гипноза не получится так, как хотелось бы, то гипнотизер не будет упрекать за это испытуемого.
г. Гипноз может быть удачным и вызвать глубокий «транс», но испытуемый рассчитывает на то, что этот эффект будет лишь временным и что его опыт в целом останется неизменным.
Поэтому можно сказать, что формальная процедура гипнотической индукции – это добровольные и ограниченные во времени отношения между достигшими взаимного согласия взрослыми людьми, осуществляемые в научных или образовательных целях. Власть над собой, которую испытуемый передает гипнотизеру, ограничена как временем, так и другими достаточно глубокими этическими соображениями, уже упомянутыми выше. Глубокие изменения в переживаниях могут возникать на некоторое время, но испытуемый рассчитывает на то, что они не вызывают принципиальных или долговременных изменений в его личности или реальности.
Наведение согласованного транса начинается в таких условиях, которые дают гипнотизерам от лица культуры гораздо большую власть и влияние, чем когда-либо может быть дана в обычной процедуре гипнотической индукции.
Непроизвольная природа наведения согласованного транса
Во-первых, наведение согласованного транса начинается не как добровольное и ограниченное взаимоотношение, основанное на взаимном согласии двух взрослых и знающих людей. Оно начинается с самого рождения. Новорожденный приходит в мир с неразвитым телом и столь же неразвитой нервной системой, его выживание, равно как и его счастье, полностью зависит от его родителей. У него есть своего рода естественное согласие на обучение, хотя отношения, основанные на власти, делают это согласие насильственным.
Пока ребенок будет медленно обретать сознание и способность удовлетворять свои собственные нужды, эти отношения власти будут оставаться очень несбалансированными на протяжении многих лет. На самом деле равновесие власти в гораздо большей мере напоминает то, что мы воображаем и потом превращаем в мифы – равновесие власти между богами и обычными смертными, – нежели отношения между взрослыми людьми. Родители и другие агенты культуры, выполняющие роль гипнотизеров, являются относительно всеведущими и всемогущими по сравнению с самим субъектом. Таким образом, окружающая обстановка при наведении согласованного транса предполагает, что те, кто выступает в роли гипнотизеров, наделены гораздо большей властью, чем в случае обычной гипнотической индукции.
Неограниченное время наведения согласованного транса
Во-вторых, наведение согласованного транса не ограничено одним или двумя часами гипнотического сеанса. Оно включает в себя годы многократно повторяющихся наведений и подкреплений предыдущих наведений. Учитывая то, как дети воспринимают течение времени, гипнотизеры от культуры имеют в своем распоряжении целую вечность для того, чтобы работать над своими субъектами. Кроме того, предполагается, что согласованный транс должен продолжаться всю жизнь: нет никаких гипнотизеров от культуры, которые могли бы дать вам внушение проснуться.
Эта книга как раз и является таким внушением, внушением, предлагающим вам пробудиться. И я очень рад, что власть культуры уже не настолько сильна, чтобы такое внушение на пробуждение нельзя было сделать.
Использование физической силы
В-третьих, обычный гипнотизер не может использовать силу, для того чтобы убедить своего испытуемого сотрудничать с процессом внушения, – в обычной для таких случаев обстановке это только помешало бы делу. Напротив, гипнотизеры от культуры могут использовать при необходимости физические угрозы и приводить их в исполнение посредством подзатыльников, шлепков, порки, лишения привилегий или игрушек. Боязнь наказания и боли делает субъекта очень внимательным ко всем прихотям гипнотизеров от культуры и готовым вести себя желательным образом. Поскольку самый легкий способ действовать культурно санкционированным образом состоит в том, чтобы чувствовать это естественным для себя, страх наказания помогает структурировать внутренние умственные и эмоциональные процессы в соответствии с требованиями культуры.
Использование силы эмоций
Гипнотизеры от культуры не ограничены одной лишь возможностью физических угроз и наказания. Поскольку родители являются для субъекта основным источником любви и самоуважения, то ему можно пригрозить, что он будет лишен любви и одобрения, и даже действительно лишать его этого до тех пор, пока он не будет послушным. «Я не могу любить такого плохого маленького мальчика!» Манипулирование естественной любовью детей к родителям является еще одной вариацией на ту же тему: «Ты не должен был бы делать этого, если ты любишь мамочку!» Многие психологи чувствовали, что такое обусловленное использование любви («Я буду любить тебя, если...») в сочетании с отказом признавать собственное восприятие и чувства ребенка оказывает намного большее влияние, чем просто физическое наказание. А поскольку любовь и привязанность являются столь реальными и жизненно необходимыми, то манипулирование ими бывает чрезвычайно эффективным. Тот факт, что в большинстве случаев между ребенком и родителями действительно существует большая любовь, добавляется к тому замешательству, которое способствует наведению согласованного транса: когда поведение родителей манипулятивно, а когда это просто любовь?
Любовь и признание как награда за конформизм
В-четвертых, гипнотизеры от культуры могут предлагать свою любовь и личное признание в качестве награды за послушное поведение. «Какие у тебя хорошие мысли. Ты хорошая девочка. Я люблю тебя». «У тебя все пятерки! Ты такая умница!» Обычный гипнотизер в такой ситуации может предлагать свое одобрение («Вы все делаете хорошо»), но оно редко обладает такой же действенностью, какую для ребенка имеют любовь и одобрение родителей.
Личное признание является очень важным аспектом наведения согласованного транса. Все мы имеем «социальный инстинкт», желание принятия со стороны других, желание иметь друзей и свое место в обществе, быть уважаемым, быть «нормальным». В раннем возрасте это признание и самоутверждение исходит почти исключительно со стороны родителей: это они определяют, что значит быть нормальным. Когда ребенок устанавливает социальные отношения с другими взрослыми и другими детьми (которые также выступают в роли агентов культуры), он узнает многое о том, как он должен действовать, чтобы получить признание. По мере того как эти одобренные навыки поведения утверждаются и вознаграждаются, они оказывают дальнейшее влияние на формирование привычного образа мышления. Страх быть отверженным является сильным мотиватором. Все мы, вероятно, имеем те или иные воспоминания о детских мучениях относительно того, были ли мы «нормальными».
