– Да, но завтра я уже буду выть без них.
– Теперь ты понимаешь, какими звуками наполнена моя квартира в Москве? – Он улыбнулся. – Почему ты не спрашиваешь, как долго это будет продолжаться?
Жаклин улыбнулась уголком рта:
– Как скажешь, милый…
– Ты удивлена?
– …И как долго это будет продолжаться?
– Думаю, через год все поменяется. Я уже наладил работу канала, в принципе, можно быть там всего неделю в месяц – и все. Контролировать людей можно и по скайпу.
– Это прекрасно!
– Хочу снова поработать в кино. Есть хорошие предложения в Испании. Разовые, но интересные проекты. Люблю делать то, что умею.
– Не знаю, как тебе это удается, но я не чувствую, что ты далеко. И дети не ощущают себя забытыми. Работай смело! К тому же мне чертовски нравится Chopard, ты же знаешь… – Жаклин кокетливо подмигнула и сделала глоток.
– Какая у меня меркантильная жена! – шутливо воскликнул Поль.
Они мило ворковали, впиваясь друг в друга взглядами, жадно впитывая в себя настоящее. У них в запасе было еще несколько часов, и супруги не упускали возможности прикасаться друг к другу, чувствуя химию любви даже после стольких лет совместной жизни.
Работа – не волк…
На часах было 17:00. Медленно, но неумолимо наступал вечер. Тучи опустились ниже, и серый цвет, и без того царивший в этих местах, сгустился до предела. Кристально чистый воздух сделал пейзаж четче. После зимы деревья казались всклокоченными и нелепо дергались под порывами ветра, теряя благородство вместе с палой листвой. Совсем скоро они снова будут радовать взгляды случайных зрителей пышными шевелюрами, но пока их ветки казались обрубками, а не произведением искусства матушки природы.
Роберт закончил установку оборудования и закрепил на штативе репортажную камеру.
– Света на дом достаточно? – уточнила Лиза.
– Пока да.
Все было готово для интервью с егерем. Слим, на удивление молчаливый, покорно держал «журавль» и готовился к записи.
– Максик, ты готов? – спросила Лиза, стоя перед объективом.
– А как же!
Роб сделал последние штрихи по свету и кивнул, глядя в глазок камеры.
– Федор Степанович, мы готовы. Заходите в кадр.
Тот неуверенно подошел ближе.
– Не стесняйтесь, вы будете стоять здесь, – она показала пальцем вниз. – Максим будет слева от вас. Просто смотрите на него и отвечайте, не глядя в камеру. – Она уступила свое место старику.
Роберт отошел от камеры и немного развернул контровой свет, прицеливаясь так, чтобы тот не слепил кадр. В этот момент местный сделал шаг и оказался под прицелом объектива. Испуганно глядя по сторонам, он молчал, наблюдая за улыбчивым лицом Лизы, отрешенным взглядом Макса и занятым за его спиной Робом.
– Ну что? – с нетерпением спросила девушка.
– Контровой мне не нравится, секунду.
Роберт опустил держатель ниже и направился к камере.
– Давай уже моториться, – не отставала Лиза.
– Моторы уже идут.
– Моторы идут? Максик, давай! – Она переключилась на ведущего.
Ведущий подошел к старику и поднес к своим губам микрофон.
– Оу-оу-оу! Рас-с-с-рас-с-с-с-ра-с-с-с! С-с-семьдес-с-сят-п-п-ять! – Он взглянул на Слима. – Со звуком все в порядке?
Тот ответил еле заметным кивком.
Роберт вернулся на свое рабочее место и в последний раз, прищурившись, окинул взглядом со стороны возможный кадр. На этот раз его все устроило, и он с удовлетворением потянулся к глазку видеокамеры. Не успела его бровь коснуться резиновой вставки, как раздался недовольный выкрик Слима.
– Стоп, стоп!
Съемочная группа обернулась.
– Брак по звуку.
– Что такое?
– Клацанье какое-то… У кого-то ключи звенят.
– У меня ничего не звенит, – возразил Макс.
Роб отстранился от камеры, в которую даже не успел заглянуть, и сел на корточки в ожидании. Лиза суетливо прошлась по карманам и проверила наручные часы.
– У меня тишина. – Она обратилась к егерю. – У вас нет ключей или чего-то, что может звенеть? – Притужалов недоуменно посмотрел на нее и развел руками. – О’кей, моторы идут?
Оператор встал.
– Бляха, ну невозможно! – снова выкрикнул Слим.
Все стихли, прислушиваясь к звукам леса. Спустя секунду сквозь шум листвы они действительно услышали звяканье – сначала еле слышное, затем более четкое.
– Ну, да ёп… Кто звенит? – Слим недовольно стянул наушники.
Теперь этот звук не казался призрачным – знакомый перелив велосипедного звонка приближался со стороны леса. Участники съемочной группы переглянулись. Роб остановил запись и отошел от камеры, а Слим, тяжело выдыхая, опустил «журавль».
– Ванька, вот чудной! – засмеялся Федор Степанович. – Вот ведь упрямый малый!
– Это тот самый велосипедист, о котором я думаю?
– Ага.
Макс подошел к Лизе:
– Ты же хотела взять интервью у каких-нибудь детишек? Ну вот, мечты сбываются! Чудо само прикатило, как «медвэди на велосипэде»!
– Он даун.
– Не даун, а ребенок с синдромом Дауна, – поправил ее коллега.
Лиза повернулась к егерю.
– Федор Степанович, а этот мальчик…
– Ваня.
– Ваня… он разговаривает, рассуждает нормально?
– В общем-то, он смышленый парень, но, по правде говоря, не очень хорошо формулирует мысли. Он – как дитя малое. Ему двенадцать, может, тринадцать, но внутри лет пять, не больше. Мальчишка он добрый, никому зла не сделает. Иногда иду по лесу, слышу перезвон вдалеке: «О! – думаю, – Ванька едет!» Остановится, посидит рядом, поулыбается, соберет сухих веток да муравьев – и обратно в деревню к мамке добычей хвастать. – Старик пожал плечами. – Божий человек.
– И часто он в этих краях?
– Редко, но бывает. Иногда со мной приходит сюда, иногда сам, знает ведь, где искать. Он и сейчас понял, что мы сюда путь держим, вот и догнал нас. Я же говорю – смышленый парень!
Лиза разочарованно посмотрела на Макса.
– Вот тебе и интервью.
– Что теперь делать…
Лиза вгляделась в чащу.
– Федор Степанович, я так поняла, что вы с Ваней приятели?
– Ну, есть такое.
– Когда он подъедет, попросите его встать в сторонке и не мешать, хорошо? А то у нас свет уходит, а мы еще хотим успеть взять у вас интервью.
Егерь кивнул и с улыбкой пошел навстречу мальчику, появившемуся из зарослей.
– Ванька! – крикнул старик. – Айда к нам, раз уж приехал! – Он жестом подозвал его к себе. – Вот упрямый… Долго ехал?
Мальчик и правда оказался очень доброжелательным. Улыбка не сходила с его уст, а смущенный взгляд был переполнен любопытством. Не выпуская из рук велосипед, он с неподдельным интересом разглядывал камеру и микрофоны, обошел место съемок и остановился возле Роберта.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
