— Так ты был рядом всё время.
— Хотел ещё раз убедиться, что не ошибся.
— Подслушивать нехорошо, тебе никто не говорил?
Отлично, мне представилась возможность поучить этого старого прохиндея. Одной колкости недостаточно, чтобы поддеть его гордость, но вполне хватит, чтобы слегка потешить моё эго. К сожалению, он всё проигнорировал.
— Всё изменилось, когда твоя уверенность стала излишней, использовать себя, как приманку, и это после того, как мы подверглись открытой атаке, которую могли не пережить.
— Но пережили же.
— Айрен, нельзя полагаться только на удачу, если враг недооценил тебя один раз, это не значит, что в следующий он допустит такую же ошибку.
— И как тогда бороться?
— Аккуратно и последовательно, для начала выявим предателей.
Я не стал с ним в очередной раз спорить о том, что время может играть против нас. Сил моих уже на это не было, а Десмонд как раз заканчивал обрабатывать руку, заворачивая её в мягкую приятную ткань бурого цвета.
— Однако, если вдруг получится так, что ты останешься совсем один, то неплохо бы уметь о себе позаботиться самостоятельно — произнёс старик каким-то непривычно печальным тоном, — да и смысла нет ругаться, лучше продолжай в том же духе, уверен, ты разберёшься, что к чему.
— Ты к чему клонишь? — Хмурясь спросил я у него, подозревая неладное.
— Рассуди сам.
Он взял ёмкость с жидкостью и, уходя, напоследок предупредил меня:
— Воздержись от магии до завтрашнего дня, если не хочешь, чтобы я перебрался в твою комнату со своими вещами.
— Я тебя услышал.
— Отлично, тогда спокойной ночи.
— Спокойной ночи.
Дверь захлопнулась также, как захлопнулись мои веки, когда я дополз до родимой кровати.
_ _ _
Тьма, непроглядная и неосязаемая тьма окружала меня. Чувствуя под ногами твёрдую почву, я брёл в ней, не останавливаясь, пока со стороны не послышались странные прерывистые завывания. Не похожие ни на жалобный плач, ни на болевые стоны, они пробирали до мурашек. Я замер в ожидании, и тут же завывания прекратились. В темноте раздались звуки быстрого перебирания ног. Сначала спереди, затем слева, и сразу же они передвинулись за спину. После, оттуда же я услышал протяжный вздох, смешанный с тонким стоном и каким-то жутким клёкотом, от которого сердце ушло в пятки.
К счастью, ноги ещё не полностью окаменели от ужаса, поэтому, что есть сил, я рванул с места. Душераздирающий вопль в ту же секунду достиг моих ушей, заставляя сердце колотиться, как бешенное.
Казалось, что прошла целая вечность, прежде чем я разглядел в кромешной тьме какое-то свечение и, не раздумывая, побежал в его сторону. Не знаю, преследовал ли кто-нибудь меня, но кроме своих собственных ног, вбивавшихся в твёрдую поверхность, я уже ничего не слышал.
Приблизившись к свету, я остановился, опешив. Источником света являлось пламя сиреневого цвета, а рядом с этим импровизированным костром одиноко сидел человек.
— Хы, а я тебя нашёл — усмехнулся он.
Прозвучавший голос ассоциировался у меня лишь со одной вещью, — смертью. В этот момент я почувствовал себя глубоководной рыбкой, попавшейся в ловушку удильщика.
— Сбежал в свой новый уютный мирок, обживаешься там себе, привыкаешь и совсем уже забыл про старого знакомого.
Он резко поднялся и ехидно добавил:
— И даже так не способен избавиться от хаоса внутри своей головы, самого уязвимого места, как же это нелепо.
После этих слов незнакомец разразился истеричным смехом.
— Где мы?
— О, пытаешься быть мужественным, проявил такое хладнокровие, задав этот вопрос, хотя ещё недавно мчался в ужасе, даже не понимая от кого — прерываясь на смешки, издевался мой убийца, — к твоей радости я готов дать ответ, если как следует развлечёшь меня, а то тебя пока дождёшься, — со скуки сдохнешь.
Я не понимал ничего из того, о чём говорил этот урод. Жалел лишь о том, что у меня нет подручных средств, чтобы моментально оборвать его жизнь, пусть даже во сне. Да, частично я уже осознавал, что это лишь сон, но по-прежнему не мог выбраться из него, возможно, для этого надо выполнить какие-то условия.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Клёкот и тонкий стон повторились рядом со странным человеком, и из темноты на свет выползло нечто. Изуродованное существо с телом, в котором отсутствовали какие-либо пропорции. Такое ощущение, что эту страхолюдину слепили из вытянутого, закрученного под разными углами куска мяса. Чтобы оно могло хоть как-то передвигаться, к нему прицепили несколько заостренных когтей длиной с ногу человека, а утолить голод помог бы огромный вытянутый рот со множеством зубов.
— Ну, задача у тебя предельно простая, выживи и попробуй прикончить эту хрень, вселяющую ужас в простых смертных, а я пока огоньку поддам.
Сиреневое пламя стало в несколько раз крупнее и ярче, осветив большую площадь, и я наконец увидел их обоих полноценно.
Срочно нужен был меч, железяка, прочный длинный сук, да хоть что-нибудь, и я найду, как прикончить существо, ползущее на меня. Я не мог покинуть область освещения, но и стоять безоружным на месте тоже безумие.
— Призови последнюю волю, вспомни, как ты хотел избавить мир от напасти, как хотел убить меня, или я обязательно должен тебе напомнить? — Зачем-то мотивировал меня убийца, — помнишь своих друзей на крыше, как лицо пацана превратилось в кашу, а девчонка собственной кровью захлебнулась? Вот потеха была!
Он демонстративно ударил себя ладонью по колену.
Меня действительно всё сильнее выбешивало его поведение, хотелось вырвать язык этой мрази, но продолжало теснить изуродованное существо.
— Хм, кажется, ты уже не совсем тот, что был раньше. Строишь новые связи и привязываешься к новым друзьям. Тогда давай я доберусь до Вильгельма? Представляешь, какой хаос будет после смерти короля. Или может ту девчонку, как её там, Ли… Ли… Лилит, точно! И Десмонда не забудем! Надо бы подумать, кого хочу прикончить раньше, чтобы сломать тебя окончательно.
Невероятный искренний восторг слышался в его словах и в этот раз ему действительно удалось получить желанный сильный эффект.
— Только попробуй, уёбок!
Всё нутро сжалось от проснувшейся ненависти, вытеснившей прочие чувства.
— Да! Вот так! Покажи всю свою ярость! Прямо как в первую встречу, но ещё больше, ты ведь уже не совсем мямля!
Уничтожить его, не оставив ни малейшего следа. Он должен исчезнуть, иначе это никогда не закончится. Пока я сверлил взглядом свой объект ненависти, что-то легло в руку. Пальцы крепко сжали округлую рукоять, и с этим время размышлений закончилось.
Первая изумрудная нить нарисовалась от чудовища, взявшего резкий разгон в мою сторону. На своих кривых огромных когтях оно подпрыгнуло в мою сторону. Отойдя вбок, я подловил его, и лезвие меча легко прошло через чужую плоть, как раскалённый нож сквозь масло, оставив валяться на земле два безжизненных обрубка.
— Ты следующий.
Я целенаправленно пошёл в сторону убийцы.
— Ну и пыл, ты так быстро растёшь, аж не верится. Всего-то надо было тронуть за живое и маленький котёнок сразу изображает страшного тигра.
Он уверенно двинулся мне навстречу с пустыми руками, оставляя за мной преимущество. Короткими ударами и постоянным наступлением я надеялся заставить его сразу показать, в чём скрыт подвох, но ответ нашёлся быстро, ведь он с лёгкостью лавировал в опасной близости от клинка. По неизвестной причине я никак не мог разглядеть его последующих движений, странная аура размывала и искажала их, спутывая следы.
Через несколько секунд я увидел сразу несколько нитей, каждая из которых шла от рук и ног оппонента. Но как он может атаковать сразу всем телом? Это невозможно. Я прервался и разорвал дистанцию, чтобы избежать непонятной атаки.
— Умно, раз не видишь, какая из траекторий настоящая, то лучше просто отступить, голова у тебя начала варить, да и реакция стала получше.
Крутя руками и шеей, он никак не затыкался и продолжал:
— Наконец-то разомнусь, кстати, если тебе интересно, то вся кромешная тьма, окружающая нас, находится за пределами светоча мира, под которым ты спрятался.
