Поэтому забота о корабле для двух беглецов легла на плечи черноморца. С целью скрыть свои лица и имена друзья дни проводили в своей комнате в бедной портовой гостинице, и только в сумерках Ортек выходил на пристань, чтобы разузнать о капитанах, направлявшихся в Алмааг. Первые дни старания царевича были бесплодными, его предложения на корню отметались бывшим пиратом. Ортек рассказывал о торговых судах, на которых Вина узнал бы даже юнга, пусть граф с самого отъезда начал отращивать бороду и усы, чтобы хотя бы немного изменить внешность. Но вскоре в порт зашел небольшой парусник. Его капитаном был молодой тон. Судно совсем недавно спустили на воду в верфях Навии и было приобретено рустанадским купцом, чтобы перевозить товары между тремя торговыми портами Мории - Бастаром, Эллиной и Аллиином. На борту этого парусника, названного в честь своего хозяина "Робин", друзья и достигли скалистых берегов острова Алмааг.
Капитан за щедрое вознаграждение немного изменил свой курс. Он выгрузил товар в Аллиине, который уже по суше отправился в столицу, а после судно подошло к самому Алмаагскому порту, чтобы высадить двух пассажиров.
С неба полились мелкие капли дождя, застучавшие по деревянной палубе. Ортек поежился от холода. Его одежда еще не просохла с утра, когда на корабль обрушился короткий ливень. Царевич достал из кармана платок и чихнул. Повышенная влажность, морозные ночи и отсутствие солнца начали подрывать юный организм.
Ортек не стал укрываться от дождя в душном трюме. Шлюпка уже покачивалась на воде, и он поспешил спуститься в нее вслед за Оквинде, устроившемся на поперечной доске с веслами в руках. Друзья еще раз крикнули слова благодарности капитану и его морякам и двинулись по волнам мимо высоких бортов военных и торговых каравелл.
- Ты раньше часто бывал в Алмааге? - спросил Ортек Вина, когда они вдвоем поднимались в город по длинному спуску, связывавшему другие районы столицы с портом.
- Пока меня не объявили пиратом в Мории, я постоянно разгружал свой корабль с эрлинскими и черноморскими товарами в Алмааге. Город этот я знаю слишком хорошо, чтобы его любить и ненавидеть одновременно, - усмехнулся Вин.
Когда низкие деревянные дома порта остались внизу, взору черноморца предстали высокие каменные здания главных кварталов. Широкие улицы были выложены ровными каменными плитами. Трех и четырехэтажные дома, в которых проживали ремесленники, поэты, художники и музыканты, прославившие этот город, были покрыты красной черепицей и выкрашены в яркие цвета. Центральную площадь окружали тринадцать маленьких фонтанов, светившихся яркими огоньками в темноте. Эти сооружения Ортек разглядывал уже при луне. Посреди площади на постаменте возвышалась бронзовая статуя женщины. Ее длинные волосы развевались по ветру, ноги и руки были скрыты под золотыми одеждами, а красивое лицо излучало спокойствие и безмятежность.
Алмааг, дочь владыки прибрежных вод, полюбила смертного и приняла ради него человеческое обличье.
Вин уверенно прошел через площадь к парку, который также освещался ночью масляными фонарями. Горожан в это время года и суток на улицах было немного.
Чаще всего навстречу друзьям попадались городские стражники в сверкавших кольчугах, наброшенных поверх холщовых рубах. За парком начинался квартал, где проживали самые богатые алмаагцы - ростовщики, купцы и дворяне. Вин внимательно присматривался к домам и железным оградам, защищавшим хозяйские владения. Он остановился возле двухэтажного дома, вход в который отделялся от вымощенной дороги рядом старых высоких тополей, с которых уже облетела листва. Де Терро постучался в тяжелую железную дверь.
На пороге появился пожилой человек невысокого роста, одетый в позолоченную ливрею. Его фигура застыла в поклоне. Он подозрительно оглядел бродяг, осмелившихся беспокоить его господина.
- Здесь проживает барон Мортон? - спросил Вин. Он сделал шаг вперед, чтобы слуга не успел захлопнуть дверь. На всякий случай.
- Маркиз Мортон ла Тримон, - строго поправил слуга.
- Значит дела его иду на поправку, - заметил релиец. - Передайте хозяину, что его хочет видеть старый друг. Очень хороший друг. Мы пока подождем здесь. - Вин прошел в узкий коридор. Ортек ступил в прихожую следом, закрыв за собой дверь.
Старый слуга внимательно посмотрел на серые глаза Вина и его лицо, заросшее короткой бородкой. Он оставил на низком комоде зажженную лампу и возвратился в темную комнату, в которую спускалась широкая лестница. Друзья терпеливо дожидались его возвращения. Ортек волновался, окажется ли надежным старый друг Вина де Терро. Ведь в этом доме они наметили остановиться, пока попытки проникнуть во дворец и разыскать там живую воду не увенчаются успехом. Снятие комнаты в одной из столичных гостиниц принесло бы непомерные расходы, а в их кошельках с каждым днем позванивало все меньше монет. К тому же это было не очень безопасно.
Хозяин дома сам вышел встречать старого знакомого. Даже в тусклом свете лампы он с первого взгляда узнал морского пирата, пускай тот и носил заплатанную куртку и рваные сапоги.
- Винде, - радостно крикнул он, раскрывая широко объятия, в которых тут же оказался Вин. Релиец также крепко обнял друга.
- Не ожидал, не ожидал! - повторял Мортон, отстраняя от себя графа де Терро и внимательно оглядывая его. - Совсем не изменился, дружище!
- Надеюсь, ты тоже, - засмеялся Вин, похлопывая по плечу маркиза. - Хочу представить тебе своего друга - Ортека.
Мортон дружелюбно кивнул в знак приветствия. Алмаагец был высокого роста.
Фигурой, возрастом, цветом волос и глаз он походил на своего релийского товарища.
Лишь кожа его была не столь загорелой и обветренной как у закоренелого моряка.
Гости были приглашены в гостиную, где они разместились на мягкой софе.
Седовласый слуга принес по просьбе хозяина графин вина, а вскоре сообщил, что ужин поджидает на столе.
Столовая в доме маркиза располагалась в небольшой, скромно обставленной комнате.
При мерцании свеч в ней чувствовался уют и тепло. Яства, вносимые на подносах, вмиг исчезали с тарелок усталых, голодных путешественников. Ужин проходил в рассказах Мортона о поворотах в своей судьбе после расставания с Оквинде. Барон служил несколько лет на корабле капитана Одноглазого его помощником. Как рассудил Ортек из историй, услышанных за столом, из-за любви к молодой девушке дворянин бросил прибыльное, но вместе с тем очень опасное дело моряка и вернулся домой в Алмааг богатым человеком, сумев и далее расширить свои земельные угодья, а также претендовать на более высокий дворянский титул - маркиза. Но оказалось, что Море принимает в свои просторы не только пиратские шхуны и сундуки. Молодая жена вскоре умерла, и Мортон остался вдовцом. Он одиноко жил в своем доме, занимался учетом многочисленных доходов от ренты и торговли, но самое главное он нередко через других лиц оповещал верного друга, покорявшего южные моря, о делах в столице.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
