В городе М. шёл снег, и железные птицы не могли взлететь. Прилетев глубокой ночью, я включила мобильный телефон и получила sms-ку от знакомой, которая собиралась в моё отсутствие на семинар к Р.А.М.: «Она хочет, чтобы ты к ней приехала. Завтра…». Я поняла, что завтра – это уже сегодня, до утра оставалась лишь пара часов.
Это был последний день очередного семинара Р.А.М. в Москве. Она радостно обняла меня и попросила рассказать присутствующим про Иную Реальность. Я говорила о том, что нереально сделать за один год по земным меркам, но в Иной Реальности возможно всё. Люди способны творить чудеса. Главное – открыть Иную Реальность в себе. Найти Ключ. Она – повсюду, Ею пронизано всё вокруг нас, да и в нас самих с момента рождения Она неизменно присутствует. Но мы не замечаем Её, не хотим слышать, видеть, чувствовать. Р.А.М. улыбалась, периодически комментировала мои слова, хвалила, сравнивая меня с «Монахиней» – Анной Ахматовой, а «Иную Реальность» – с самой настоящей правдой жизни. Р.А.М. сказала, что через пару дней уезжает работать на Шри-Ланку, а в июне мы поедем с ней в горы в Китай, где нам предстоит большая работа…
Мир, в котором я живу, кажется мне чужим, но, приходя на семинар к Р.А.М., я возвращаюсь домой – к себе, к своей Душе. И я чувствовала в Р.А.М. родственную энергетику – Душу. Когда Р.А.М. оказывалась рядом, возникало желание поговорить с ней обо всём. Но «всё» – это лишнее, пустое, мелочное и совсем не стоящее её внимания. А на вопросы, которые действительно имели смысл быть произнесёнными вслух, казалось, я заранее знаю её ответы. Так наш виртуальный разговор постоянно откладывался «на потом». На прощание я попросила Р.А.М. сказать что-нибудь лично для меня. «Твоя книга обойдёт весь мир и будет переведена на многие иностранные языки. Веришь?» – произнесла она абсолютно серьёзно.
* * *
Через неделю я получила два письма из Шри-Ланки. Одно из них гласило следующее:
«Алиса, здравствуйте! Меня зовут Инна. В один из первых вечеров (мы собирались на большой веранде) Р.А.М. прочитала нам главу из Вашей Первой книги про Иную Реальность, в которой Вы познакомились с ней. Магнитофона для прослушивания мантр у нас не было, и поэтому мы медитировали под звуки голоса Раисы Ахметовны, когда она читала нам Вашу книгу. Было очень интересно и в то же время любопытно: что же дальше? P.A.M. сказала, что читать мы будем по очереди, каждый по главе. Следующая очередь выпала мне, а у меня есть комплекс – трудно говорить при публике. Но я стала читать, и семинаристы, говорили, что я как будто «своё» читала. Мне очень близко всё, что Вы написали, хотя я – не ясновидящая, я только-только вспоминаю, кто я. Я попросила книгу и проглотила её за полдня. И потом во время медитаций читала только я. Спасибо Вам большое! Я знаю, что Вы поедете с P.A.M. в Китай. Я там была, и это было начало моей новой жизни!!!»
Далее я прочитала письмо от Татьяны. Она рассказала, как Р.А.М. вместе с Профессором накладывали на кристалл АНКХ, которым я отмечала картины про Иную Реальность, и относили кристалл на восходе солнца на вершину Адамовой горы для «зарядки».
* * *
Р.А.М. позвонила мне, вернувшись из Шри-Ланки, и попросила моих книг для питерских семинаристов, к которым она отправлялась ночным поездом на неделю. Я приехала на вокзал. Р.А.М. спросила, как у меня дела, и я, улыбнувшись, ответила, что всё хорошо. Когда говоришь о плохом, заново его переживаешь, как наяву, и притягиваешь ещё больше негатива. Если же говорить и думать о хорошем, то рано или поздно это хорошее обязательно тебя посетит.
На следующий день Р.А.М. прислала мне sms-ку с просьбой передать ночным поездом ещё одну партию книг про Иную Реальность. И тогда, и позже я с радостью «отправлялась в ночное» – сакральную мистерию с передачей книг неизвестными поездами в разные уголки страны.
Через неделю Р.А.М. возвращалась из Питера. Я встречала её рано утром на вокзале вместе с её другом-Профессором, на которого началось гонение официальных наук после издания книги с его открытиями в области физики в разрезе воздействия вибраций на организм человека.
Мы шли втроём от поезда к метро. Разговор Р.А.М. с Профессором состоял из обрывков фраз, которые со стороны покажутся обычным людям бредом сумасшедших.
– Она доказала это, понимаешь?! – говорил Профессор. – Пять лет!!! Пять лет потребовалось, но она это сделала! Как мы тогда с крысами, помнишь? Неважно, потому что если их уже сто, то дальше – повсеместно!
– Штамп, там штамп остаётся в том месте после! – с радостью ребёнка воскликнула Р.А.М.
– Да! И это значит, что…
– Что приведи туда сразу после этого ещё столько же людей, и они тоже…!!!
– Да!
– Я всегда это знала!!!
– Она работала в секретной лаборатории, но ей разрешили прочитать лекцию в том университете…
– Помнишь девочку со Шри-Ланки? Так вот, она говорит: входит в лабораторию, а там уже новый вирус готовят… А она с документами… И компьютер взрывается!!!
– На самом деле или во сне? – спросил Профессор. Р.А.М. остановилась и многозначительно произнесла:
– А какая, собственно, разница?
Мы с Профессором кивнули в знак согласия.
– А тогда, с телепортацией на горе? Сколько нас там было? И все – вдруг на вершине! Вошли в Поток… А они не поверят… – вздохнула Р.А.М.
– А правда, что на Шри-Ланке вы заряжали кристалл с Анкхом и носили его на Адамову гору? – спросила я.
– А откуда ты знаешь? – поинтересовалась Р.А.М.
Я рассказала ей про письма семинаристов. Мы подошли к метро и прощались. Я, как обычно, попросила Р.А.М. сказать мне что-нибудь личное. Она немного помолчала, потом посмотрела прямо в глаза и абсолютно серьёзно произнесла: «В Китае произойдёт чудо… И я подарю его – тебе…»
Глава 15. Кастинг
В тот вечер я участвовала в литературном мероприятии в уютном бард-арт-кафе в центре города. Стихи перемежались романсами и песнями. Поэты выступали в рубрике «Свободный микрофон», хотя он всегда занят, и за него, как и за многое другое в Земной Реальности, нужно ещё побороться. Я «отчиталась» и беседовала у барной стойки со Светланой, когда к нам подошёл пожилой незнакомец.
– Я хотел вам кое-что сказать, – улыбаясь, тихо произнёс он. – Вы – ЗАКЛИНАТЕЛЬНИЦА!
– Спасибо! – я улыбнулась. – А кто вы?
– Это не имеет особого значения. Считайте, что я – профессиональный критик, редактор. Я слушал всех, но слышал только вас, и хочу сделать вам маленький подарок… Пожалуйста, напишите мне адрес своей электронной почты, и я вам его сегодня вечером пришлю.
Я записала адрес на салфетке. «Критик» произнёс «спасибо» и растворился. А меня тут же окликнул ещё один мужчина. Я встречала его здесь лишь пару раз. Он был уже «в Иной Реальности» и только что заказал себе ещё чуть-чуть…
– Алиссса!!! – воскликнул он, мучительно качая головой. – Ты же творишь на уровне Заклинателей Прошлого Века! Ну откуда это всё в тебе?! Такая Сила! Я подарил твои книги знакомым, но этим людям ничего в жизни не нужно кроме денег! Какая несправедливость! Мир сошёл с ума! И я ничем не могу тебе помочь…
Я улыбнулась ему и внезапно увидела перед собой портрет Пастернака.
– Свет, а вы что-нибудь знаете о Пастернаке? – спросила я.
– А почему ты спрашиваешь?
– Некоторых Заклинателей того времени я хорошо прочувствовала, будто знаю их лично, а сейчас вижу перед собой Пастернака, и захотелось с ним познакомиться, поговорить. Кем он был? Каким он был?
– Ты ещё успеешь с ним познакомиться в Иной Реальности, – успокоила меня Светлана, и мы замолчали.
Со сцены донеслось: «Мой Василёк! Всё будет нормалёк!».
Я не считаю себя вправе критиковать кого-то. Я отключаюсь и не слушаю, когда это – не моё. Критикует обычно тот, кто сам не пишет или пишет ещё хуже, чем тот, кого критикует. Раскритиковать можно даже сотворенное гением. И невозможно нравиться всем. Любое произведение несёт в себе определённые вибрации и чувства, которые либо близки тебе, либо нет. И мы говорим: «Да, это – моё» или «Нет, это – не моё». Но наше собственное восприятие совсем не означает, что произведение не имеет права на существование, ведь оно может понравиться другому.
Я отключила слух, пока «свободный микрофон» не захватил очередной поэт. Я часто видела его в «андеграунде», но мы никогда не общались. Когда я услышала его впервые, он напомнил мне Блока. Ничего общего во внешности у них не было, но тематика и стиль сильно перекликались.
С Блоком я познакомилась ещё в детстве, когда пела в церковном хоре. Или… ещё раньше – в прошлой жизни? Я мгновенно впитала в себя огромный том его заклинаний, чувствуя их «нутром», и внезапно прочувствовала и Его самого, войдя в Поток и подключившись к Его Сектору. Казалось, многое он написал обо мне или для меня, чтобы спустя столько лет я прочитала и что-то вспомнила. Я знала Блока наизусть. Самое любимое заклинание, впервые прочитанное после смерти мамы, – «Поэт». Если вы подумали, что в нём говорится о поэзии и поэтах, вы глубоко ошибаетесь. Это диалог поэта-папы с маленькой дочкой, у которой умерла мама. Я мучительно пыталась понять, почему и кому Блок написал «Поэта», но кого ни спрашивала, никто ничего не знал. Невероятно, но Блок сыграл важную роль в моей судьбе – и на письменном, и на устном экзаменах и в школе, и в Академии Иная Реальность подарила мне возможность рассказать, что я знала о Нём, и почитать Его заклинания людям…
