Мне почему-то сразу вспомнился Иван Серафимович, тот самый ответственный сотрудник госбезопасности, побеседовать с которым меня просил прокурор. Наша встреча состоялась на днях. А ведь и верно! В них действительно было что-то общее.
Иван Серафимович оказался невысоким, кругленьким человечком, с добродушным лицом, веселыми глазами и выразительной, забавной мимикой. Из него вполне мог получиться яркий комедийный актер. Для меня его образ оказался полной неожиданностью. Я ожидал увидеть какого-нибудь внушительного бугая, с грозным видом, и немногословной манерой общения. Но Иван Серафимович оказался полной противоположностью. Он был очень общителен, очень приветлив, и быстро расположил меня к себе. Через несколько минут после начала нашей с ним беседы я почувствовал, что с меня, как-то само собой, спало то естественное напряжение, которое всегда возникает, когда перед тобой незнакомый человек. Выпив чай, который гостеприимно налил мне Иван Серафимович, я признался ему, что ожидал увидеть его совсем другим, и подробно рассказал, каким именно.
— Распространенные предрассудки, — улыбнулся Иван Серафимович. — В нашем ведомстве, уж поверьте мне, работают самые обычные люди, такие же, как и везде, которым не чуждо ничто человеческое, которые поддерживают между собой обычные человеческие отношения. Только работа у нас более серьезная и более ответственная, чем где-либо, да еще и скрыта от посторонних глаз. Из-за этого и возникают всякие легенды, слухи, небылицы. Небылицы всегда возникают там, где присутствуют секретность и тайна. И это вполне естественно. Так уж устроен человек. Но результаты нашей работы заметить несложно. Нужно только приглядеться. Вы живете в мирное время. Вы спокойно гуляете по улицам. Вокруг Вас не рвутся снаряды, не бьют автоматные очереди. А ведь это результат в том числе и нашей работы. Страну, в которой Вы живете, в мире уважают, с ее интересами считаются. В этом есть и наша заслуга. Вы даже не представляете, какими порой усилиями, а иногда и жертвами, достигается все то спокойствие, которое Вы наблюдаете вокруг.
Иван Серафимович немного помолчал, и после небольшой паузы продолжил, всем своим видом показывая, что слова, которые он сейчас скажет, будут самыми главными во всей его речи.
— Я пригласил Вас, Илья Сергеевич, чтобы предложить Вам у нас поработать. Я предлагаю Вам поступить на службу в контрразведку. Как бы Вы к этому отнеслись?
Я растерялся. Я ожидал, что Иван Серафимович предложит мне какое-нибудь внештатное сотрудничество, вроде того, какое было у меня до недавних пор с милицией, типа консультанта. Но вот так сразу, в кадровые сотрудники, мне, который не служил в армии, который не имеет специальной подготовки. Это была полная неожиданность.
— Но Вы же меня совсем не знаете, — произнес я.
— Ошибаетесь, Илья Сергеевич, — улыбнулся Иван Серафимович. — Мы о Вас уже знаем все. Такая уж, извините, у нас работа. Нам известно и про Вашу успешную деятельность на заводе. Директор о Вас очень высокого мнения. И про Вашу предстоящую женитьбу. Таня — хорошая девушка. Скромная, трудолюбивая, не капризная. Я думаю, Вы не ошиблись с выбором. И даже про то, в результате чего Вы ощутили в себе способность читать чужие мысли. Кран-балка упала на Вас весьма удачно, не так ли?
— Да, — улыбнулся я.
— Не скрою, Илья Сергеевич, именно Ваша способность к телепатии делает Вас очень желанным для нашего ведомства кадром. Кстати, я о Вас услышал еще тогда, когда Вы лежали в больнице. Благодаря Вам, наш оперативник Огурцов лишился заначки в тысячу рублей. Вы сообщили его жене, где она находится, та ее нашла, и благополучно, без зазрения совести, истратила на косметику.
— Это такой здоровенный детина с загипсованной рукой? — удивленно спросил я.
Иван Серафимович утвердительно кивнул головой.
— Он хороший парень, беззлобный. Только вот иногда перед женщинами порисоваться любит. Особенно перед женой.
— Никогда не думал, что сотрудники госбезопасности тоже прячут от жен заначки, — улыбнулся я.
— Прячут, — махнул рукой Иван Серафимович. — Еще как прячут. Я уже сказал Вам, что ничто человеческое нам не чуждо.
— И в чем будет заключаться моя работа, если я соглашусь? — спросил я. — Бегать и шпионов ловить?
— Бегать и ловить в Ваши обязанности входить не будет. Бегать и ловить станут другие. Например, тот же самый Огурцов. Ваша задача — выявлять. И не только шпионов, но и других опасных для государства типов. Опыт в этом деле Вы уже имеете. Вы смогли определить точное место, где была заложена мина. Вы помогли раскрыть ограбление ювелирного магазина. Вы помогли раскрыть убийство. Чем-то похожим Вы будете заниматься и у нас. Только уровень задач будет другой, посерьезнее, и объекты будут другие, поопаснее. Работать Вы начнете, конечно, не сразу. Сначала мы отправим Вас на учебу в наш закрытый образовательный центр. Там Вы получите необходимую подготовку. Там Вас обучат некоторым премудростям нашего дела. Там Вы сможете усовершенствовать свои телепатические способности. Ну а после учебы Вас распределят в какое-нибудь региональное управление, где Вы и начнете полноценную службу.
Я задумался.
— Даже не знаю, — сказал я, растерянно пожимая плечами.
— Подумайте, — сказал Иван Серафимович. — Хорошенько все взвесьте, и примите решение. Я не требую от Вас сиюминутного ответа. Но, Илья Сергеевич, я надеюсь, Вы понимаете, что наш сегодняшний разговор — сугубо конфиденциальный. Передавать его кому-либо, даже невесте, не рекомендуется. Хорошо? Я Вам оставлю свой телефон.
Иван Серафимович вручил мне маленький листочек бумаги с записанным на нем номером, мы пожали друг другу руки и попрощались.
Не могу сказать, что его предложение меня воодушевило. Лет десять — пятнадцать назад я, может быть, был бы ему и рад. Тогда я был еще молод, полон амбиций. Но сейчас, когда в моей жизни все устоялось, когда я был счастлив, менять привычный уклад было как-то не с руки. Я чувствовал, что эта работа не по мне. Я никогда не отличался страстью к приключениям. Даже в детстве, когда мои приятели начинали играть в войну, или в казаки-разбойники, я всегда предпочитал найти себе какое-нибудь другое занятие, более спокойное. Поэтому, хорошенько подумав, я решил, что лучше всего мне будет оставить все, как есть, и воздержаться от резких жизненных поворотов…
— Илюша, ты о чем задумался? — раздался в моих ушах голос Тани. Я отогнал от себя нашедшие на меня воспоминания и вернулся в окружающую действительность.
— Да так, все это собрание вспоминаю, — отмахнулся я.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
