Читаем без скачивания Незнакомка до востребования - Анна Данилова

— Совершенно верно, — согласился Караваев, кивнув своей коротко стриженной головой. — Могу себе представить, как вас это удивляет.

— Но зачем вам-то это? С Мариной все понятно, — продолжала искать правду Зоя, — она — детдомовский ребенок, всю жизнь мечтающий о семье. Но у вас-то семья есть, вернее, была… Вы, жена…

— Во-первых, первое, о чем я подумал, когда узнал, что Марина не моя дочь, это ее мотив, причина, толкнувшая эту в общем-то неглупую девочку на такой поступок. Обычно, если судить по общечеловеческому опыту, мотив должен предполагать корысть. Но ее в нашем случае не было.

Зоя с каким-то сладким удовлетворением отметила про себя это «нашем».

— Она была уже взрослой, образованной, при хорошей работе. У нее все сложилось и без меня. Я много думал надо всем этим, но так ничего и не придумал. Вспоминал записи в ее паспорте, она действительно была Караваевой Мариной Максимовной. Разве мог я тогда предположить, что она работает в банке и сидит на переводах? И что ее зоркий взгляд обнаружил потрясающее сходство имени и фамилии?

— И все же, — у Вика от волнения даже осип голос. — Вот вы все узнали, почему не заявили в полицию? Вы же не могли не понимать, что происходит что-то странное, необъяснимое, что вам, быть может, даже что-то угрожает. Ведь вы не бедный человек, вас, наконец, могли убить, чтобы завладеть наследством?

— Конечно, я думал и об этом, но все равно не мог представить, что Марина замешана в чем-то таком, криминальном.

— …и ее паспорт мог бы оказаться фальшивым! — продолжал развивать свою мысль Вик. — Разве можно быть таким легковерным? Согласитесь, что ваше поведение можно назвать скорее глупым, чем бесстрашным.

— Да я привязался к ней! Она стала мне родной, как вы-то это не понимаете?! А в больницу я поехал, чтобы увидеть ее… Когда же я понял, что она на самом деле потеряла память, то надеялся, что, увидев меня, она вспомнит своего как бы отца…

— А если предположить, что она вспомнила бы вас, то как бы вы себя повели?

— Обыкновенно. — В голосе Караваева послышалось раздражение. — Я сделал бы вид, что ничего не случилось.

— Вам и тогда не пришло в голову, что ее исчезновение может быть связано с ее ложью?

— Я старался об этом не думать.

— Вы обманываете себя, — сказала Зоя. — А она — обманывала себя. И что вы за люди такие, несерьезные!

— Представляете, насколько мне стало не по себе, когда я услышал, что у Марины есть родной дядя, который являлся братом ее родного отца?

— Вы поэтому решили побыстрее улизнуть оттуда? — усмехнулся Вик.

— Нет, у меня действительно была запланирована командировка…

Зоя взглянула на Вика. Она не понимала, почему тот так агрессивно настроен против Караваева.

— Ладно… — Вик махнул рукой, словно и сам понимая, что перегнул палку своим тоном. — Вы извините, что я так набросился на вас… Но, согласитесь, ситуация более чем странная. Два неродных человека — ненастоящие отец и дочь — хотят жить вместе, под общей крышей. Может, Марина понравилась вам, как девушка?

— Вик! — воскликнула пораженная его предположением Зоя. — Что ты такое говоришь?

— Я же извинился!

— Ладно, давайте еще по чашке кофе, а? Я отлично понимаю вас. Ведь вы — настоящие друзья Марины, а не фальшивые. И я благодарен вам за то, что вы тогда не выставили меня самозванцем или мошенником в больнице.

— Скажите, ведь Вера так и не узнала, что Марина не ваша дочь?

— Конечно нет. Даже если бы Марина не пропала, а я бы каким-то образом узнал всю правду, то не поделился бы с Верой.

Зоя подумала, что Максим Караваев еще не сказал самого главного: что его заставило признать своей дочерью чужого ему человека. Она решила ему помочь.

— Я думаю так, Максим: вы никогда не любили Веру, не чувствовали в ней близкого человека, поэтому Марину, с выстуженным сердцем и душой, готовую к любви и жаждущую родительского тепла, восприняли как родную. Я говорю правду? Ведь вы поэтому тогда промолчали?

— Да какое это сейчас имеет значение, когда Вера мертва? Зачем копаться в моих чувствах? — судорожно и как-то совсем по-детски вздохнул Караваев. — Достаточно того, что они ясны для меня: я успел полюбить Марину как свою дочь. Мое сердце наполнялось радостью при виде ее. Вот и вся правда.

— Как вы думаете, кто же убил вашу жену? — спросил бессердечный Вик.

— После того, что им, — он нервно задрал голову вверх, словно обращаясь к небесным жителям в лице следователей и работников правоохранительных органов, — стало известно о тайной жизни моей жены, боюсь, они заподозрят в ее убийстве меня. И это удивительно, что меня еще не арестовали. Я ведь и позвал вас отчасти для того, чтобы в случае моего ареста вы подтвердили, что я прихожусь Марине отцом, чтобы не раскрывали перед этими казенными людьми всей правды.

— А ваша настоящая дочь? Если объявится она, что тогда?

— Она не объявится, это я точно знаю. Ее мать сделает все, чтобы этого не случилось. А Вера?.. Мне трудно представить себе, кто и за что мог ее убить. Возможно, это тот самый Маслов, о котором мне рассказал следователь и который являлся любовником Веры. А может, ее убили из-за того количества драгоценностей, которые на ней так и не нашли… Попросту ограбили. Вик, Зоя, может, помянем Веру?

Он достал рюмки, Вик, сжалившись над ним, забрал из его дрожащих рук бутылку и разлил виски. Выпили, не чокаясь.

— Я вот что подумал, — сказал Караваев после того, как, зажмурившись, зажевал виски лимоном. — Мне очень хочется, чтобы Марина вспомнила меня… то есть, я хотел сказать, всех нас. Может, мы попробуем отвезти ее туда, где она росла, жила и училась? В интернат?

25

Василиса Неустроева, пышнотелая блондинка в шелковом кружевном пеньюаре телесного цвета, сидела за туалетным столиком и обильно смазывала кремом лицо. Мокрые волосы ее были забраны на макушке. Ей было тридцать пять, и всю свою сознательную жизнь она только и делала, что с помощью денег папы — генерала ФСБ — следила за собой, ублажала себя, любила и уважала себя всем сердцем. Побывав замужем пару месяцев за одним молодым и перспективным подполковником и умудрившись изменить ему с его же отцом (был страшный скандал, и ее муж чуть не застрелил обоих любовников в бане), Василиса решила, что брак ей ни к чему, что гораздо безопаснее и удобнее жить одной и встречаться с мужчинами, когда и где ей этого захочется. Будучи свободной женщиной, она, однако, параллельно с одноразовыми любовниками имела и одного, постоянного, которого, к несчастью, полюбила. Уж как не хотела она эмоциональной зависимости от мужчины, как ни бежала от этого, но все равно угодила, увязла в этой своей любви по самые уши. Зная, что ее мальчик, ее Андрюша, — тварь продажная, все равно готова для него была на многое. Она каждый вечер наряжалась и поджидала его, вздрагивая от звуков в доме. Ее холодильник был всегда забит продуктами, чтобы было чем угощать Андрюшу; в шкафу, на «его» полке мальчика всегда поджидал какой-нибудь подарок: рубашка ли, галстук, блок сигарет, бутылка дорогого виски или водки, новенький телефон, перстень, часы, духи… В ее кошельке, в особом отделении, лежали и приготовленные для него деньги, чтобы отдать их ему по первой же просьбе (или требованию, здесь гордость была неуместна).

Все, что было связано у Василисы с Масловым, было для нее священным. Зная, какой он шалопай, мерзавец и эгоист, Василиса тем не менее была готова принять его любого (пьяного, уставшего, больного, задавленного проблемами) в любое время дня и ночи, накормить его, обогреть, подлечить, помыть, привести в порядок его одежду, успокоить, приласкать. Главным для нее был сам факт того, что Андрюша пришел. К ней. Именно к ней.

В то утро он заявился с глубокого похмелья, больной, сказал, что всю ночь пил, что накануне поссорился с Верой (она была в курсе практически всех его связей), что они даже подрались. Андрей в подробностях рассказал Василисе обо всем, что произошло с ним в номере гостиницы «Синий бор», пожаловался на то, как Вера была груба с ним, как упрекнула деньгами, а ведь они всегда были друзьями. Ну и что, что он время от времени спал с ней, что в этом особенного? Когда ей бывало трудно, он сам в свое время делился с ней и деньгами, и сигаретой, и выпивкой, и что особенного, что она в благодарность спала с ним? Женщины для того и устроены, чтобы принадлежать мужчинам, это естественно, стоит только посмотреть на поведение животных.

И когда Василиса осторожно спросила его, почему он обратился за деньгами именно к Вере, а не к ней, Василисе (спрашивая, она понятия не имела о сумме), Андрей и глазом не моргнув сказал, что он собирается купить новую машину и что денег надо много, он у всех просил. Вот это была новость. Может, на других женщин, с которыми встречался Маслов, это и не произвело бы впечатление, но только не на Василису. Ведь буквально месяц тому назад она сама, лично выплатила его последний взнос за квартиру (ей понадобилось всего два года, чтобы погасить долг Маслова по ипотеке), и теперь вот — машина! Однако аппетиты у мальчугана!