Я на всякий случай уселась. Сложила руки на коленях и приготовилась слушать.
– Я вызвал принца Тигверда на дуэль.
Тяжело вздохнула. Подумала, что надо бы у Ирвина попросить успокоительного. Бочоночек. А то, если все стрессы заливать крепким алкоголем, как я делаю в последнее время, сопьюсь.
– И что? – поинтересовалась только, проглотив все мыслимые и немыслимые ругательства.
– Он заявил мне, что я – его приемный сын. И драться он со мной не намерен.
– Значит, у принца Тигверда в голове есть мозги, чего нельзя сказать о тебе.
– Но ваша честь…
– Моя честь, – усмехнулась я. – Рэм. Все было с обоюдного согласия. Я разорвала помолвку. Прежде всего потому, что не собираюсь в империю Тигвердов. Мне и здесь, дома, хорошо. Поэтому…
Юный герцог коротко поклонился мне и ушел. Недовольный.
Император прибыл всего на полчаса. И выглядел он как-то издерганно. Но он улыбался, поздравлял Пашу. Дал отмашку Ирвину, и тот разрешил Феликсу подняться.
– Только нагрузки увеличивайте постепенно! – порекомендовал главный целитель и недовольно посмотрел на Пашу и Рэма.
Мы всем семейством закивали.
Когда Феликс сделал свои первые шаги – неуверенные, робкие, неуклюжие – у меня на глаза навернулись слезы. Я почувствовала себя счастливой. И какая разница, что там с моим разбитым сердцем! Вот оно – счастье! Здоровье моих детей. И пусть весь мир подождет, как в рекламе…
Да здравствует магия, да здравствует империя Тигвердов, аве Ирвин! Я согласна на огромную белую кошку с глазами-сапфирами вместо мужского внимания навсегда, только пусть Феликс будет здоров…
– Вот видишь – все получится, – шептала я ему. И в какой-то момент поняла, что он тоже плачет.
– Можно я буду называть вас мама, а не миледи Вероника? – тихо спросил он.
– Конечно, сынок, – обняла я его.
Император и Ирвин удалились быстро. Мальчишки убежали во двор.
– Ненадолго! – крикнула я.
Вернулись они быстро и еще и притащили Грея в дом.
– Что за новости? – поднялся отец. – Это с чего бы?
– Мам, – обеспокоенно спросил Паша, – ты не чувствуешь?
Из-за восторгов и нахлынувших чувств я действительно ничего не почувствовала. Описать это сложно – что-то было не так… В воздухе, внутри каждого из нас. Грей выл. Выл и трясся.
Вдруг воздух глухо завибрировал, протестующе загудел, словно сопротивляясь вторжению извне.
– Быстро ко мне! – скомандовал Рэм.
Мы подчинились. Даже отец не стал спорить, только потянул за собой замешкавшегося Феликса.
– Пауль, энергию на меня, – продолжил юный герцог. – Миледи, зовите на помощь.
– Ричард?! – позвала я. Получилось как-то неуверенно.
Воздух сжимался, закручиваясь в воронку. Потом раздался хлопок, от которого я на мгновение оглохла. Мир словно осыпался осколками разбитого зеркала, и я внутренне взвыла от ужаса, зовя на помощь всех, кого знала.
По гостиной смазанными тенями кружили вокруг нас странные существа. Фигуры вроде бы человеческие, а вроде бы и нет. Они клубились, сливаясь с пространством.
– Нашей защиты надолго не хватит. – Лицо Рэма было бледно, он не открывал глаз. Паша стоял рядом. Лоб сына блестел от пота. Я понятия не имела, что они делают, но чувствовала – силы заканчиваются у обоих.
– Ричард! Фредерик! Милфорд! Кто-нибудь! – кричала я безмолвно, понимая, что если буду кричать вслух, то могу сбить концентрацию Рэма и Паши. – Ричард!!! Владыка Ир!
– Мама, сделай что-нибудь, – шевельнулись белые губы Павла.
И тут меня обуял гнев – никто не смеет нападать на моих детей! Я прекратила тратить силы на то, чтобы до кого-то дозваться. Сконцентрировалась и рванулась туда, где безопасно. В поместье Ричарда. Почему-то я была уверена, что там нас никто не достанет.
Самое сложное было захватить всех с собой. Я растворилась в сердцебиении тех, кто меня окружал, кто был дорог мне, без кого я не мыслила своей жизни…
Нападающие, видимо, что-то почувствовали – в уши вонзился голодный пронзительный вой.
У меня было ощущение, что мне вырвали сухожилия и связки. Я рухнула на колени и закричала от нестерпимой боли.
– Доченька! – обняла меня мама. – Мы спаслись. Все хорошо…
С трудом открыла глаза. Огляделась. Все были на месте. Злой отец, испуганная мама. Белые от напряжения Рэм и Паша. Крепко стоящий на ногах Феликс. И даже Грей, нерешительно нюхающий воздух чужого дома.
– Я в восхищении, миледи, – чуть поклонился мне Рэм. – У вас прекрасный магический потенциал.
– Спасибо, – усмехнулась я. Боль вроде бы чуть поутихла, но следом за ней накатила слабость. – Мы совсем недавно выяснили с милордом Милфордом, что я вовсе не маг.
– Я думаю, – мягко ответил мне герцог Рэймский, – это не совсем так. Просто вы не умеете управлять своей силой. И она вас в обычной ситуации не слушается.
– Вероника, что происходит? – спросил отец.
– Понятия не имею, – честно ответила я.
– Кто нападал?
– Ответ прежний. Пап, я правда не знаю…
– Миледи? – выскочил к нам Джон Адерли. – Что происходит?
– На нас напали, – быстро сказал Рэм. – Миледи Вероника нас вытащила, но я не уверен, что за нами не пойдут и в империю.
– Понял, – кивнул Джон. – Прошу за мной.
Мы зашли в кабинет Ричарда. Через минуту к нам присоединились и слуги.
Джон ходил вокруг нас, делая пассы руками. Стены при этом мерцали разными цветами – очень красиво. Я могла только осознавать, что мы спаслись, и любоваться разноцветным маревом. Больше сил не было. Ни на что…
– А милорд? – спросил у меня Адерли.
– Он на каком-то болоте. Занят.
Перед глазами мелькнули губы Ии, ее глаза и распластанное тело Ричарда. Как он раскинул руки. Видимо, для того чтобы обнять прекрасную русалку… Быть может, магическое существо, сестра владыки глубин морских, красавица Ия, действительно подходила сыну императора гораздо больше, чем я – средних лет женщина с тремя детьми и лишним весом.
– Потом объясню, – ответила я на вопросительный взгляд слуги.
– Я не могу связаться ни с хозяином, ни с императором, ни с милордом Милфордом. Кто-то блокирует связь, – сообщил Джон. – Посидим пока здесь. Как только что-то станет ясно – будем действовать. Но я уже вызвал однополчан. Скоро верные принцу Тигверду люди будут здесь.
– Значит, ты здесь прожила полгода? – спросила мама.
– Да, мам… – Я попросила Джона представить маме с папой остальных слуг. Сама отошла в полумрак кабинета, сползла на диван. Дышать. Дышать и не уходить. Только не уходить, не падать в обморок, не отключаться. Я им нужна. Мало ли что…
Эмоции старалась максимально отключить – сейчас не до этого. Сколько Феликс на ногах? Не навредит это ему? Надо позвать кого-нибудь, сказать. Но сил не было даже на это.
А там, дома, в понедельник у меня были пары у заочников. И мои любимые студенты. Ну и что, что уже успели в деканат жалобу на меня накатать? Так я уже их убедила, что они не правы. Они уже каялись. А всего-то прошел один семинар, на котором я объяснила, что знать родную историю не только их гражданский долг, но и важный этап в становлении личности. Гармоничной и всесторонне развитой. Так что на завтрашних парах мне жизненно необходимо быть.
– Миледи Вероника! Посмотрите, кто к нам добрался! – ворвался в мои мысли голос Джона.
Я попыталась сесть. К моему удивлению – получилось.
– Как хорошо, что вы не пострадали, – обрадовался милорд Милфорд.
– Вы знаете, что происходит? – спросила я его.
– Хотел бы, но увы – нет… – печально ответил он. – Пока выглядит все так, будто Ричард поднял бунт и пошел против отца.
– Что? – поморгала я, пытаясь понять: ослышалась я или нет. – Вы же понимаете, что это бред.
– Принц Ричард, конечно, предан отцу, но иногда бывает, что такая преданность имеет свойство заканчиваться. Особенно под гнетом обстоятельств…
– Что? – возмутилась я. – Ричард, когда посчитал, что его предали, просто самоустранился! А в последнее время так вообще в себя пришел!
– Ненаследный принц Тигверд, – нейтрально сказал Милфорд, – несколько часов назад зачаровал начальника охраны императора. После этого граф Крайом пытался убить повелителя. Император ранен.
– Несколько часов назад ваш ненаследный принц был… занят, – ядовито сказала я. – И явно не бунтом.
– Чем был занят? – уточнил начальник контрразведки.
Я осмотрелась и, убедившись, что меня не слышат ни родители, ни сыновья, тихо проговорила:
– Он в каком-то изумрудном, болотистом таком мире с сестрой владыки Ира. И у них там – полная идиллия.
– С Ией? – не поверил мне Милфорд. – И идиллия… В каком смысле?
– В том самом, – скривилась я.
– Этого просто не может быть.
– Да, конечно! – саркастически фыркнула я.
– Этому должно быть какое-то объяснение. Околдовали, зачаровали…
– И слушать не желаю!
– Изумрудный… Болотистый… Запретные земли? Родина кентерберийской змейки? – начальник контрразведки будто разговаривал сам с собой…
