Это был субъект довольно крепкого сложения, но небольшого (около 157 см) роста. Вообще-то его следовало бы квалифицировать как «человека прямоходящего» (Гомо эректус), но ему были присущи и отдельные черты, характерные для Гомо сапиенс. Этот случай наглядно демонстрирует тот факт, что почти каждое новое открытие останков человека скорее усложняет, чем проясняет картину его физического развития.
Тело петралонского мужчины лежало у стены пещеры в слегка согнутом положении, голова, чуть приподнятая, покоилась на камне. Большая каменная глыба, рухнувшая сверху и упирающаяся теперь одним концом в землю, а другим — в стену, образовала своеобразный естественный склеп, что, вероятно, и оградило мертвого от каких-либо воздействий сверху, однако не могло служить препятствием действию разрушительных сил снизу. Случилось, по-видимому, вот что: синтровая корка, которая спустя много лет после смерти человека покрыла пол пещеры, накрепко спаяла его череп с камнем. Позднее при иссушении климата пещерные отложения за счет потери влаги уплотнились, и весь скелет, исключая череп, который остался на поверхности слоя, погрузился на глубину 24 см.
Остается добавить, что человек из Петралоны не был в своей пещере одинок. При обследовании пещеры ученые откопали кости еще не менее чем 15 индивидов, а также каменные орудия, изготовленные из оббитых галек и аналогичные тем, что найдены в ущелье Олдовэй в Африке, а кроме того, интересное режущее орудие, лезвие которого сточилось от частого употребления, несомненно, свидетельство того, что его владелец отнюдь не был левшой; достойны упоминания и следы использования огня: зола, древесные угольки (предварительное опробование которых и дало, по-видимому, ошибочную цифру в один миллион лет), обугленные кости животных и растрескивавшиеся от жара камни.
Самый древний очаг в пещере
Только большой оптимист мог бы надеяться на то, что когда-то будет найден самый-самый первый человеческий очаг. Ну, во-первых, мы вообще не представляем, каким образом человек стал обладателем такой наиважнейшей ценности периода своего исторического детства, как огонь. Конечно, на этот счет существует множество гипотез, но из них явствует, как правило, лишь то, что в получении огня человеку, видимо, помогла сама природа (этому способствовали лесные или степные пожары) и что человек стал использовать огонь до того времени, как научился его добывать. Разумеется, при небольшом числе людей, обитавших в древнем палеолите на огромной площади Старого света, кажется правдоподобным, что люди освоили огонь во многих местах (и независимо друг от друга), и то, что умение добыть огонь не раз было вновь утрачено и забыто, прежде чем стало настолько привычным, что о нем уже можно говорить как о непременном элементе человеческой культуры.
Когда, где и как все это происходило, едва ли будет когда-нибудь выяснено детально. Из миллионов огнищ, возникших в процессе развития человека, большая часть безвозвратно погибла, а из числа тех, от которых остались хоть сколько-нибудь заметные следы в земле, археологам удалось зацепить лишь самую малую часть.
Не так давно французские археологи из Марселя выступили с заявлением, что именно они обладают самым древним очагом. Основание для такого утверждения им предоставила интересная пещера, именуемая Грот де Лескаль в долине реки Дюранс. В 1960 г. при строительстве электростанции новым шоссе был срезан кусок склона у селения Сент-Эстев-Жансон. Была вскрыта неизвестная пещера, запечатанная самой природой еще с древних времен, благодаря чему в ней сохранились очень древние отложения. Пещерное заполнение было представлено четвертичными осадками и имело мощность около 25 м: по большей части то были среднеплейстоценовые осадки, относящиеся ко времени предпоследнего оледенения, именуемого в альпийской системе минделем. Исследователи разделили пещерные отложения на пять пачек, слои которых стали обозначать буквами.
Нам интересны два слоя: слой «г» — в четвертой пачке снизу, представленный красными глинами и известковыми осадками — свидетелями относительно теплого и сухого климата (такого рода аномальные отрезки внутри ледникового периода называют интерстадиалами). В этом слое был обнаружен очаг площадью 2–4 м2, по-видимому, достаточно интенсивно и долго использовавшийся, судя по тому, что пол пещеры под ним обожжен до красного цвета. Первоначально очаг располагался на конусовидном возвышении у берега пещерного озерца.
Еще древнее оказался очаг в нижележащем слое «б», отвечающем умеренному и влажному интерстадиалу. Очаг имел в диаметре около метра и не был очерчен столь определенно, как первый, но тоже хорошо выделялся по обожженным камням и уголькам (по большей части это были угли хвойных деревьев). Следов человеческой деятельности здесь сохранилось немного, собственно говоря, лишь несколько известняковых и одна кварцитовая галька со следами оббивки да несколько небольших кремневых отщепов. Но в обоих случаях не вызывает сомнения тот факт, что создали очаги и поддерживали их руки человека и было это, очевидно, в миндельский ледниковый период, что-то более 600–700 тысяч лет назад.
Однако те, кто объявил эти два очага самыми древними, не знали о находке реннепалеолитического очага в слое 24, у самого дна пещеры Петралона в Греции. С помощью палеомагнитного метода и по костям животных, найденных в этом слое, возраст последнего был оценен в 950 тысяч лет; по результатам, полученным другим методом, остатки очага датировали миллионом лет. Целый ряд обстоятельств делает сомнительным определения возраста этой интересной находки, не связанной, к сожалению, с отчетливыми свидетельствами человеческой культуры.
Исследователи Петралоны, таким образом, утверждают, что именно они располагают самыми «древними» доказательствами использования человеком огня. Но что же тогда говорить о пещере Шандалья, где в слое, возраст которого, совершенно очевидно, превышает миллион лет, рядом с зубом человека и каменными орудиями обнаружены также обгорелые кости животных и древесные угли? Не есть ли это, коль скоро речь не идет о последствиях естественным путем возникшего пожара, все-таки самое древнее свидетельство того, что человек овладел огнем?
Древнейшее пещерное поселение
Очаги играют важную роль в понимании сущности древних пещерных стоянок: их находка дает надежную гарантию того, что пещера использовалась в качестве жилища, поселения (не важно, сколь долговременным оно было); несколько обработанных камней или расколотые кости сами по себе этого еще не доказывают. Шандалья I, наиболее интересное открытие среди пещерных стоянок, не дала определенных доказательств того, что она была обитаема человеком: очага как такового там не нашли. Пока не доказано обратное, мы должны в отношении любой пещеры допускать, что те или иные находки, сделанные в ней, попали туда из каких-то других мест, где они находились первоначально: были смыты водой, провалились в карстовый камин и т. п.
Известны, однако, пещеры, где множество находок со всей очевидностью свидетельствует о заселении их человеком, но где очаг все-таки найден не был! Такова пещера Валлоне, которую часто называют самым древним селищем. И это правильно в том смысле, что там мы встречаемся с более богатым жилищным инвентарем «пещерного человека».
Пещера Валлоне, случайно открытая лишь в 1958 г., расположена у селения Рок-Брюн-Кап-Мартэн во Французской Ривьере, на склонах отрогов Альп. Во время межледниковья море достигало самой пещеры, где как память об этом сохранился слой морского песка с обломками раковин и остатками рыб.
Выше залегают опять континентальные отложения, они содержат кости различных животных — обезьян макак, древней формы медведя, слона, этрусского носорога, лошади, бегемота — и, кроме того, скопления сброшенных оленьих рогов, некоторые из них с явными следами надрезов. А также каменные орудия — гальки со следами обработки и отщепы, различные галечные ручные рубила. Жилищем человека служил небольшой зал, расположенный приблизительно в 5 м от входа. Об этом свидетельствуют и кости животных, там найденные: более крупные из них откинуты к стенам, меньшие рассеяны по полу тогдашнего жилища, т. е., по-видимому, были остатками трапез. Каковы были охотничьи возможности человека, обитавшего в пещере миллион лет назад, судить трудно, ибо, как правило, это кости старых (а вероятно, и больных) животных, которых добывать было проще (может быть, их уже находили мертвыми). Во всяком случае, мы не можем переносить на этих людей свои представления о почти что наших современниках — «охотниках на мамонтов», если их возраст (25 тысяч лет) сопоставить с возрастом обитателей пещеры Валлоне.
Как мы уже знаем, очага здесь найдено не было, но, глядя на окрестную природу, поневоле впадаешь в соблазн поверить, что такового здесь и не требовалось. Не исключено также, что люди, обитавшие здесь, огня еще не знали или не умели его добывать.
